Павел Повелитель Слов. Том 3 (СИ) - Кун Антон - Страница 6

Вампир, почуяв чем запахло, вернулся в гуманоидную, на этот раз человеческую форму и взмахом руки разорвал нашу связь. Я же почувствовал прилив сил куда больший, чем от того вампира, которого поглотил полностью.

— Теперь понятно, почему ты вознамерился сожрать Оболенского с его женой. В них этой вашей антиэнергии куда больше, нежели в простых вампирах или людях. Видимо, тебе доступно частичное управление этой силой, — сделал я вывод, делая шаг к Носферату.

Тот от этого движения вздрогнул и вытащил из кармана брюк бутылёк с серебристым содержимым. Не тратя впустую драгоценные мгновения, он закинул его в рот, не заморачиваясь с откупориванием.

Послышался хруст стекла, и на лице вампира заиграла победоносная ухмылка.

На самом деле я не из тех, кто во время смертельного боя даёт своим врагам время на отдых и подготовку, вот только этот Носферату действительно обладал чем-то вроде зерна антиэнергии, однако, настолько крошечным, что казалось: с ним кто-то поделился. Хотя, очевидно, кто именно и зачем.

Так вот, мне искренне было интересно каким образом это сделали и главное, смогу ли я создать аналог этого чудовища для своих личных нужд. Благо врагов у меня много и такая боевая единица никогда не помешает, а лучше всех своих кровососов модифицировать.

— Сдохни! — рыкнул Носферату и обратившись в размазанный силуэт рванул ко мне.

Можно было бы воспользоваться эгрегором, здесь в непосредственной близости от особняка он особенно силён, но зачем? Нужно привыкать к новой силе и лучшего способа, кроме как сражение с пусть и не равным, но весьма сильным противником, не найти.

— Не сегодня, — покачал головой я, и чуть не пропустил удар, а в следующий миг перед моим лицом заклацали громадные челюсти.

Из глаз Носферату струился призрачный серый свет, а тело его полыхало антиэнергией.

Ещё несколько десятков секунд мы сражались на предельных скоростях, после чего вампир стал замедляться. Видимо время действия допинга подходило к концу, как, собственно, и его тело. Носферату стал буквально разваливаться, и с каждым моим ударом от него будто от каменного истукана отлетала какая-то часть.

Спустя секунду мы остановились и я, влив максимум антиэнергиии, что была мне доступно для манипулирования, гаркнул:

— ГДЕ ГРАФ?

Вампир замер, а спустя мгновение нахально ухмыльнулся, норовя полностью рассыпаться и оставить меня без ответа.

— Тогда я сам найду его, — рыкнул я и одним движением оказался рядом с погибающим монстром, некогда бывшим человеком.

Моя рука легко вошла в его солнечное сплетение и вытащила серую, невзрачную горошину.

Вампир удивленно посмотрел на меня, затем на то, что я вытащил у него из тела, а после превратился в прах, который тут же подхватил зимний ветер и унёс в неизвестные дали.

«Что же, у меня теперь есть часть графа, остальное вполне можно найти», — сказал я и вернувшись в особняк, отпустил антиэнергию, позволив той заснуть в глубине моего источника.

А в следующий миг меня скрутило так, будто меня несколько часов жесточайшим образом избивали.

Я упал на колени и схватился за солнечное сплетение. Там был настоящий пожар, который нарастал с каждым мгновением.

В этот раз долгожданного беспамятства не пришло. Кто-то перенёс меня в комнату, уложил на кровать. Кажется, рядом была Оксана, ну да, ведь Катя отправилась зачищать город вместе с остальными. Моего лба касалось нечто холодное и мокрое, а ещё я ощущал слёзы тоски и даже отчаянья. И всё это под аккомпанемент страданий и лихорадки.

Не знаю сколько времени прошло, но кончилось всё в один момент. Я вот только адски мучаюсь, и в следующую секунду — всё отлично, словно ничего и не было.

Оглядевшись, обнаружил Оксану. Моя женщина спала в кресле, видимо специально принесённом для неё.

Я осторожно, прислушиваясь к собственному телу, присел на край кровати, а затем, прикрыв глаза, оглядел свой внутренний мир.

С энергетикой всё осталось ровно так же, как и было до этого, а вот физические характеристики изрядно выросли. Я не могу сказать, как именно это понял, скажем так, это стало очевидно для меня. Кости, мышцы, внутренние органы укрепились и увеличились, как некогда у Хуна, но в разы сильнее. Скорее всего нервная система тоже улучшилась, как и органы восприятия.

Я с опаской дотронулся до антиэнергии, спящей в сердце моего источника. Сила сразу отозвалась и заполнила всё моё естество, пожирая скопившуюся за время лихорадки ману.

«Ещё не совсем готов к такой силе», — покачал я головой.

Несмотря на окрепшее физическое тело, всё моё естество кричало, что если я превышу временной лимит, то меня снова ждёт лихорадка, если не что похуже.

И как этот лимит узнать? Только эксперименты. Начну, пожалуй, с минуты и буду увеличивать на тридцать секунд.

Я лёг обратно и стал проверять насколько способен просто удерживать антиэнергию, без активных трат.

Достаточно быстро выяснилось, что мой временной лимит на сегодня — пять минут. Если дольше — то приходит разбитость, будто я болен.

Тихонько поднявшись с кровати, заметил, что стою в одних трусах. Небольшое усилие, и вокруг Оксаны вспыхнул кокон тишины, а я отправился в душ. Хотелось поскорее смыть с себя пот, грязь и вообще, весь этот болезненный опыт.

Найдя свои вещи рядом с кроватью, причём поглаженные и чистые, подумал о том, сколько меня лихорадило? Интересно, что там в городе?

Выйдя из комнаты и прикрыв за собой двери, набрал Катю.

— Павел, — обрадовалась она моему звонку. — Привет!

— Привет, — с теплотой отозвался я. — Ты где?

— Патрулирую улицы города, уже вторую ночь. Устала ужасно, но мы сменяем друг друга.

— Ясно, — скривился я. — Созывай остальных, возвращайтесь домой.

— Но как же город? — она не испугалась, что я внезапно стал чёрствым, просто ей было любопытно.

— Вы молодцы, но теперь этим займусь я.

— Конечно, учитель, — промурлыкала она, а у меня аж мурашки поползли по спине.

Всё же женская магия не ведает границ. Для меня телефон лишь способ связи, не больше, а для неё разницы нет, будь я хоть на другой стороне планеты, всё равно эти её мурлыкающие нотки сведут с ума.

— Вот и хорошо, — прокашлявшись, сказал я и отправился к вампирам.

Они уже пришли в себя и теперь преданно смотрели на меня, даже не моргая.

— Сейчас ночь и мы с вами отправимся в город. Вы будете искать всех заражённых. Надеюсь, вы можете это сделать?

— Конечно, хозяин, — поклонился Оболенский.

Они все были облачены в свободные чёрные плащи с капюшонами, поэтому только по лицу и помаде можно было определить пол.

— Тогда вперёд, в город. Я последую за вами на машине.

— Хозяин, — нерешительно начал Оболенский. — Мы давно не питались, боюсь у нас не хватит сил на дорогу.

На это я лишь хмыкнул и, разлив внутри антиэнергию серыми лучами из пальцев, поделился ею с моими упырями. Мда, звучит так себе, конечно, но как есть.

Глаза у них загорелись, особенно у вампирши, которая даже облизнулась.

— А теперь вперёд. И надеюсь, до рассвета вы закончите.

Вампиры хором, будто это был солдатский строй, гаркнули:

— Слушаюсь!

После чего растворились в ночи. Я же набрал своего водителя и отправился в гостиную, где до этого успел заказать просто прорву еды. Несмотря на ночь, меня накормили, да так, что часть принесённого просто в меня не вошла.

Тяжело дыша, я поднялся из-за стола и заглянув на кухню с личными благодарностями, отправился к ожидавшему у особняка водителю. Только машина тронулась, зазвонил телефон.

— Внимательно слушаю.

— Это Шпак, — отозвался знакомый голос. — Спасибо вам и вашим ученикам за помощь с заразой.

— Не переживай, — сказал я, понимая, что его беспокоит. — Я лично еду разбираться с напастью, а моим ученикам требуется отдых.

— Спасибо, — с явным облегчением выдохнул Шпак.

На этом мы попрощались, а я сделал пометку в памяти: Шпак не только о себе печётся, но и за город переживает.