Павел Повелитель Слов. Том 3 (СИ) - Кун Антон - Страница 28

— ВЕЧНЫЙ СОН! — осознав масштабы проблемы, воскликнул я, но было уже поздно.

Недавние мертвецы за мгновение ока переместились к Маркусу, и встали перед ним.

— Я знал к кому шёл, — донёсся довольный голос из-за спины военных, которые уже начали оседать на землю. Именно они приняли на себя всю мощь магии, вместо Маркуса.

— Это тебя не спасёт! — нахмурился я. — БЕЛЫЙ ОГОНЬ!

Марионетки Повелителя Боли и Страданий вновь перетянули на себя мою магию и вспыхнули, будто спички.

Тем временем, сам Маркус наращивал свою магическую силу, и уже почти вырвался из оков.

— Я помогу! — тенью пролетел рядом Слава.

— Идиот! — крикнул я. Я ведь неспроста никого из учеников не задействовал в бою! Но этот придурок! — Назад!

— Ты вовремя, — голос Маркуса сейчас будто состоял из ядовитого злорадства.

А в следующий миг Слава выпал из тени, а самого его скрутило в приступе дичайшей боли. — Иди ко мне, мальчик.

Из-за тел марионеток выскочила незримая рука, схватила моего ученика и потащила к Повелителю Боли и Страданий.

— Нет! — взревел я и понимая, что сейчас могу навсегда потерять друга, сделал единственное, что мне оставалось. А ведь не хотел, ибо это, очередной откат в моём развитии, если вообще не выжгу энергетику, без которой не смогу выжить.

— ВЕЛИКИЕ ВЕТРЫ АДА, ЗАБЕРИТЕ МАРКУСА ПОВЕЛИТЕЛЯ БОЛИ И СТРАДАНИЙ К СЕБЕ. И ПУСТЬ ЕГО МУКИ НИКОГДА НЕ ЗАКОНЧАТСЯ, ДАЖЕ ЕСЛИ МИР ИСЧЕЗНЕТ НА ВЕКИ! — когда я произнёс последнее слово в Абзаце, то почувствовал, как хрустнуло нечто важное внутри. Будто кто-то вытащил один из моих позвонков, причём без анестезии.

Боль отпустила резко. Вообще всё произошло безумно резко. Вот он несётся в прохладной тени к новому врагу, затем его скручивает от невыносимой боли, а затем он падает рядом с вопящем противником.

— Боль, это моя стихия! Как ты посмел! — кричал мужчина, колотя мёрзлую землю, отчего по ней во все стороны побежали трещины. — Ненавижу! Я ненавижу тебя, Павел Повелитель Слов! Наступит день, и я избавлюсь от твоего проклятия! И…

Тут его скрутило, и он не оборачиваясь рванул в сторону ворот. Слава хотел было его догнать, но тело не слушалось. Всё что он мог сделать, лишь молча смотреть на спину убегающего врага.

В последний миг ему показалось, что от тела Повелителя Боли и Страданий начал исходить дым и запахло палёным мясом. Но было не ясно, то ли это фантазия разыгралась, то ли налетевший ветер унёс запах.

— Крепкий какой, — донеслось сзади, но Слава не был способен даже головы повернуть. — Это бы убило любого Повелителя, сожгло бы просто.

— Тогда почему он сбежал?

— Знаешь, большинство палачей, что применяют на практике пытки, сами не способны терпеть боль. Так вот, его тело сейчас жарится, буквально, и только его сила и воля не позволяют ему сгореть.

— Это… внушает уважения, — пробормотал Слава, но на это ему ничего не ответили.

Он попытался повернуть голову, и когда у него получилось, всё его естество сначала погрузилось в океан боли, а затем нырнуло в блаженное забытьё.

Очнулся я в белой бесконечности. Вокруг, насколько хватало глаз, ничего не было. Прислушавшись к себе, понял, что нахожусь здесь чистым сознанием, а моё бренное тело осталось где-то в реальности.

Несколько мгновений поразмыслив, я выпустил вокруг себя ману. Белизна пошла рябью и на её поверхности проявились золотой треугольник, а также шары — серый мерцающий и разноцветный.

И что всё это означает? Три моих источника силы, которые несовместимы друг с другом. У каждого свои слабые и сильные стороны. И вот они вместе.

А затем, я краем глаза заметил что-то ещё. Я попытался разглядеть это, но глаза будто кто-то отводил, и никак не получалось сконцентрироваться.

Так, нужно это всё обдумать с точки зрения логики. Ведь магия, как бы это ни звучало странно, она больше похожа именно на науку, где каждое действие имеет причину и последствия.

Я начал перебирать в голове разные варианты возможного моего попадания в эту пелену и тут же отринул эту пустую трату времени.

Почему я тут оказался? Потому что использовал Абзац, когда был ещё не готов даже к Предложениям средней силы.

Что со мной стало, помимо попадания сюда? Я должен был как минимум лишиться всего прогресса и откатится до состояния в момент пробуждения.

В чем разница моего пробуждения и нынешней ситуации?

И мой взгляд, до этого всё время ищущий ускользавший объект, остановился на источниках силы.

Катя смотрела на мертвенно бледное лицо Павла и не могла отделаться от мерзкого ощущения утраты. Умом женщина понимала, что всё будет хорошо, но её душа страдала от собственной беспомощности, в особенности, когда её целительская энергия не приносила никакого толку. Она ощущала, как её сила будто в бездну падает вместо того, чтобы лечить.

— Как он? — зашла в комнату Оксана и села рядом с Павлом.

— Всё так же, — опустошённо ответила Катя. — Как там люди?

Это было отдельной интересно темой. Когда Павел, невероятный и практически всемогущий, решил сделать из города территорию с повышенной плотностью маны, он наложил на каждого жителя телепортационную и иллюзорную метку. Срабатывала она только в тех случаях, когда человека пытались убить. В этом случае все вокруг видели материальную иллюзию гибели человека, а самого меченного перемещало в специально отстроенное общежитие, где было всё необходимое для временного проживания.

Именно потому Павел не отправился защищать город и придержал военных. Он ждал, когда врагам надоест сеять смерть и разрушения. План весьма рискованный, но Катя подозревала, что у её возлюбленного был и другой, и скорее всего не один.

Уже третий день Павел находился в коме, а энергия из двух природных источников, слитых в один поток, а также энергия эгрегора вливались в него непрерывно.

Более того, Катя заметила, как в его источнике серая антиэнергии тоже постоянно пульсировала, но при этом, не вступая в противостояние с маной, как это было всегда.

— А ещё, без Павла мы…

В этот момент на улице раздался взрыв. Катя подскочила и бросив на бегу:

— Защищай его, — умчалась на встречу угрозе. Она обязательно защитит дом.

Фёдор Тютчев вместе с Маргаритой сидели в специально обустроенном общежитии, когда на улице что-то рвануло. Окна задрожали, но выдержали. По коридорам забегали люди и к ним в комнату забежал один из учеников Павла, кажется охранник полковника полиции Говорухина, или он подполковник?

— Уходим, нападение! — рявкнул он.

Бледный мальчишка назвавшийся Пашкой внимательно всматривался в окно. Он даже не испугался, когда произошёл взрыв, лишь обернулся и холодно уточнил, как могут только взрослые:

— Кто напал?

Рослый парень, практически живущий в спортзале, на мгновение замер, после чего сглотнул и сказал:

— Неизвестно. Пока идёт обстрел чем-то убойным с магической начинкой. Щит прорвали за несколько выстрелов.

— Хорошо, — кивнул Пашка. — Я к учителю Хуну.

— Как знаешь, — пожал плечами парень и посмотрел на Тютчева. — Вы идёте?

— Конечно, — он взял за руку свою девушку, и они зашагали следом за парнем, а за ними и несколько детей, которые так же очутились в общежитии во время нападения на город.

Фёдор с Маргаритой в последнее время много работали. В связи с изменениями в городе многое свалилось и на Фёдора Тютчева, как на сотрудника канцелярии, и на Маргариту, как секретаря и делопроизводителя. И никто не посмотрел на то, что он исследователь, а не бюрократ. Шпак лютовал и напрягал всех, кого можно и нельзя, и Федор бы возмутился, но сам Ерема Николаевич так же работал на износ, буквально ночуя в офисе.

И вот они впервые за неизвестно сколько дней смогли выбраться и просто прогуляться вдвоём, как началось вторжение.

Фёдор хорошо помнил, как в тот момент, когда они гуляли с Маргаритой, рядом с ними внезапно остановилась чёрная машина, двери которой распахнулись и из неё высыпали люди в чёрных глухих шлемах с автоматами и сразу же открыли огонь по гражданским. Вспышка, мир смазался, и вот они с Маргаритой уже в комнате вместе с детьми, что до этого ещё в городе играли рядом.