Космический замуж. Мои звёздные мужья (СИ) - Бакурова Маша - Страница 4

Я пробую возразить:

— Но это же ваши правила, а я… землянка. Можно как-то аннулировать этот союз? Может развод?

— НЕТ!

Вздрагиваю, оглушённая коротким словом, которое они снова выкрикивают одновременно.

Но вот, а мне казалось, между Хазарами есть разлад. Только не в вопросах, касающихся меня, видимо.

— Мия, — терпеливо начинает Рамиль, пока Айвар буравит меня взглядом, — Все оформлено не только по законам Хазариона. Союз с кайрой регистрируется по высшему межгалактическому протоколу.

Он выводит перед моим лицом голографический экран. С официальным подтверждением нашего союза, с печатями Галактического Альянса. Мой статус изменен. «Супруга Алихана Айвариона Гур и Алихана Рамиля Сол».

Прилетели, кварк!

Когда они успели? Галактическое законодательство имеет приоритет над земным. Мой статус теперь так просто не отменить.

Рамиль считывает моё отчаяние, пытается успокоить и начинает очень спокойно объяснять:

— Процедура «Вечера Единения» — не просто банкет. Анализы соискательниц, на самом деле, проверяют на био-резонанс. Тех, кто несовместим с Хазарами, мы вежливо отклоняем под предлогом «спящего вируса» в их ДНК. Который якобы опасен для Хазар.

Кварк, значит мой резонанс совместим?

Ещё бы. Как моё тело на них реагирует. Реально предаёт!

Рамиль ещё тише договаривает:

— Мы оба прилетели сюда в надежде найти ту единственную, что откликнется на наш Зов.

Айвар грубовато добавляет:

— Правда, мы не знали, что у нас будет одна кайра на двоих.

— У вас так непринято? — задаю закономерный вопрос. Например, на Земле, многомужество или многожёнство запрещено.

Рамиль думает, что я не замечаю, но он наступает Айвару на ногу. Пытается его заткнуть?

— Всё в порядке, Мия. Если ты про то, может ли у Хазар быть семья из кайры и нескольких мужчин. Да, это норма. В нашей звёздной системе недостаток женщин. Такие семьи живут даже без резонанса. Для Хазар семья и их женщина — это самое святое.

Хм… значит дело в другом?

У них какие-то неприятности между собой? Но они будут вынуждены терпеть друг друга… из-за меня? Вот это да…

Айвар даже не поморщился, когда Рамиль отдавил ему ногу. Хотя через эмпатию я прекрасно всё прочувствовала сама. Это было… больно.

Но он лишь выдохнул тяжело, словно соглашаясь с тем, что сболтнул лишнего, выдав своё отношение к Рамилю.

— Когда мы прошли мимо тебя, нас обоих словно ударило током, — тут же соскакивает со скользкой темы Айвар. — Я увидел свой родовой узор на твоей коже.

— А я свой, — кивает Рамиль. — Это и есть Зов Судьбы. Наша связь подтвердилась, и автоматический запрос ушел в Совет. Мы никому не дадим тебя в обиду, Мия. Никогда.

Я недоумеваю:

— Но… почему об этом никто не знает? О кайрах, о Зове…

— Это священная тайна, — Айвар понижает голос. — Раскрытие правды сделает нашу расу мишенью.

— А если я расскажу? — нервный смешок вырывается у меня против воли.

— Не расскажешь, — спокойно отвечает Рамиль. — Подписав прошение биометрическим оттиском, ты дала согласие не только на союз, но и на неразглашение. В твою матричную структуру внедрен ментальный запрет.

Теперь понятно, почему Алана была так немногословна.

Вот это технологии… Потираю между собой пальцы. Вот так и подписывай не глядя. Да, надо всегда читать документы.

Но…

Всё пошло не по плану. По плану я должна была дождаться Алану именно здесь, используя её гостевое приглашение.

Которое аннулировали, якобы из-за смерти подруги. А без такого приглашения, по правилам посольства закрытого Хазариона, на территории анклава можно находиться не более двенадцати часов.

Мне просто надо было выиграть время, остаться здесь и дождаться подругу.

Она успела сообщить, что жива. Надеюсь, это всё ещё так… Надеюсь и очень жду её.

Даже думать не хочу, что она не спаслась!

Айвар властно заявляет:

— Пока мы не улетим на Хазарион, нам нужны другие апартаменты. Общие.

Он что-то просматривает на своем комме на ходу.

— Как на Хазарион? Когда? — я ошеломлена.

Мысли мечутся. Мне нельзя никуда лететь. Не сейчас.

Я останавливаюсь. Хазары проходят еще пару шагов, прежде чем заметить, что я не иду за ними.

— Я никуда не полечу.

Говорю тихо, без криков и истерик, но с такой твердостью в голосе, на какую только способна.

Мужчины оборачиваются.

И я впервые вижу на их лицах растерянность. Настоящую, неподдельную. Хоть что-то общее у… моих двух мужей.

И это почему-то кажется даже милым.

Глава 4.2

Моё сердце успевает пропустить пару ударов, а растерянность с мужских лиц исчезает.

— Мы останемся здесь. Сколько потребуется, — голос Рамиля звучит мягко, успокаивающе. — Не переживай, наша кайра. У тебя будет время привыкнуть к нам.

Айвар недовольно хмурится, но кивает в знак согласия. Я чувствую волну его раздражения, которую хазар пытается подавить.

— Но раз мы не улетаем, — добавляет он, и в его голосе снова появляется сталь, — ты пойдешь на компромисс. И добровольно переедешь с нами в общие апартаменты.

Я судорожно сглатываю. В памяти вспыхивают их ментальные поцелуи на глазах у всего зала. Мягкие, дразнящие губы Рамиля… властный, дерзкий язык Айвара… Мне снова становится жарко. А что они будут вытворять со мной наедине?

— Но чур ко мне не приставать! — выпаливаю я, прежде чем успеваю подумать.

Они переглядываются. На их шеях снова вспыхивают светящиеся узоры: черные у Айвара, золотые у Рамиля.

«Мы же прекрасно чувствуем, как тебе это нравится», — врывается в моё ментальное пространство Айвар.

От его дикого вторжения по телу бегут мурашки. Так властно. Так интимно… И, конечно же, он прав. Но…

Рамиль же с придыханием добавляет уже вслух:

— И ты сама не сможешь устоять, Мия. Это притяжение, ему невозможно сопротивляться.

Они чего-то не договаривают. Но говорят правду. И это пугает и возбуждает одновременно.

— Прости, но мы не намерены тебе врать. Ни в чем, — серьезно говорит Рамиль. — Мы ничего не сделаем без твоего согласия. За это не переживай.

Мы продолжаем идти по коридору… к моим апартаментам. Чтобы собрать мои вещи. Ну-ну…

Возможно, мне и не придётся никуда переезжать.

Я думаю о своём, а мои мужчины продолжают обсуждать новое жилье.

Перед нами в воздухе появляются голограммы роскошных апартаментов. Одни дороже других. Мысленно присвистываю, прокручивая в голове количество ноликов за аренду такого элитного жилья.

Хазары спорят о количестве комнат, о системе безопасности и о том, чей рабочий кабинет будет ближе к спальне. Моей спальне.

Я с изумлением смотрю на всю эту роскошь. Кто же они такие? Явно не простые Хазары.

Когда мы подходим к двери моих относительно дешевых апартаментов. Я останавливаюсь и разворачиваюсь к ним, прижавшись спиной к двери.

— Прежде чем мы продолжим, у меня тоже есть свои потребности и условия. И я уверена, что сейчас вы передумаете насчет всего этого брачного союза.

Надо бы их уболтать в таком случае, не отзывать моё разрешение на прибывание в анклаве, хотя бы ещё несколько дней.

Хазары переглядываются и почти синхронно хмыкают. У них, определенно, есть согласие. В том, что они решили связать со мной жизнь. Ну-ну.

Как связали, так и развяжут. Тоже синхронно и согласованно. Что ж…

Мне даже немного жаль, что моя головокружительная сказка сейчас закончится, так толком и не начавшись. Ну и пусть. На что не пойдешь ради моих крошек.

Кира, Лео. Мои любимые малютки-близнецы.

Нет, не мои. Аланы. Но теперь мои. Я поклялась.

И я люблю их не меньше, чем она, особенно учитывая, что сама никогда не смогу иметь детей. «Синдром асинхронного генома», — так звучал мой приговор. К моему замку ДНК не подходит ни один ключ...

В какой-то степени я тоже мама малышам. Правда крёстная, по земным традициям. И моя ложь будет не совсем ложь. Никто не должен знать, что я не настоящая мама малышей.