Идеальный мир для Химеролога 4 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 9

— Окей, я пойду первый проверю.

И он, не дожидаясь ответа, сорвался с места. Вжух-вжух-вжух… Он нёсся между деревьями с грацией и скоростью пантеры, как будто ему не сорок девять, а от силы лет двадцать.

Петрович проводил его ошарашенным взглядом.

— А это вообще нормально?

— Ну, с его теперешним сердцем его возраст — лет тридцать, не больше. И это оно ещё в полную силу развития не пошло. Теперь веришь мне?

— Верю, — медленно произнёс Семён Петрович. — И теперь я сижу и думаю, кто бы мне тоже такой укол сделал в шею.

— Ой, ну с тобой так просто не будет, — вздохнул я.

— Почему?

— У тебя ж там вообще полная каша. Но у тебя недели две точно есть, так что куда спешить? Ладно, пойдём.

— В смысле, две недели? — он удивлённо посмотрел на меня. — Мне врачи минимум четыре года ещё давали.

Глава 4

Дикие Земли

Барон Владислав Лаврентьев медленно вытер клинок о рукав тёмного плаща одного из убитых. Сталь отозвалась холодным звоном, сбрасывая с себя чужую, почти чёрную кровь. Вокруг, на небольшой поляне, усеянной валунами, царил хаос, застывший в предрассветной тишине.

Воздух всё ещё был тяжёлым — смесь запахов озона от магических техник, влажной земли и приторно-сладкого смрада распоротых внутренностей. Под ногами хлюпала грязь, перемешанная с кровью. Десятки тел уродливых тварей — каких-то странных химер с зазубренными конечностями и нескольких бронированных, похожих на кабанов, созданий — были разбросаны по поляне, как сломанные игрушки.

Владислав оглядел своих людей. Из пятнадцати бойцов двое были убиты, ещё трое — ранены. Сейчас им как раз оказывали помощь, накладывая жгуты и вливая в глотки зелья регенерации. Остальные, не обращая внимания на потери, методично добивали ещё дёргающихся тварей и собирали трофейное оружие.

Взгляд Владислава зацепился за коренастую фигуру Гриши — ветерана, прошедшего с ним не один десяток вылазок. Тот, присев на корточки у самой крупной кабаноподобной твари, с пыхтением пытался выломать из её пасти огромный желтоватый клык. Он упёрся ногой в склизкую челюсть монстра и тянул изо всех сил.

— Гриша, мать твою, ты что творишь? — не повышая голоса, спросил Владислав.

Боец вздрогнул и обернулся. Лицо его было серьёзным донельзя.

— Так это… клык, ваш-бродие. Красивый. Жене на ожерелье.

— Твоя жена носит ожерелья из зубов мутантов?

— Ну, прошлое, из жвал болотного клешня, ей не очень зашло, — с досадой признался Гриша. — Сказала, царапается. А этот гладкий.

Владислав на секунду прикрыл глаза, сдерживая одновременно смех и раздражение.

— Брось эту гадость. Заражение ещё подцепишь. Проверь лучше периметр.

Гриша с тоской посмотрел на клык, который как раз с противным хрустом поддался, но ослушаться не посмел. Выругавшись себе под нос, он вытер руки о штаны и пошёл выполнять приказ.

Главная же добыча лежала в центре поляны. Четыре тела в тёмных балахонах, с капюшонами, откинутыми назад. Их лысые головы были сплошь покрыты татуировками в виде извивающихся червей.

К Владиславу подошёл его заместитель. Его лицо было забрызгано кровью, но взгляд оставался спокойным.

— Наши догадки оказались верны, — сказал Владислав, кивнув на трупы культистов. — В этом районе действительно какая-то чертовщина происходила. Теперь у нас есть доказательства.

— Дорогой ценой достались, ваше благородие, — глухо ответил заместитель, бросив взгляд на тела своих павших товарищей.

— Они знали, на что шли. И получили достойную плату. Их семьи будут обеспечены до конца жизни.

Он снова посмотрел на поляну, и в его голове, как на киноплёнке, прокрутились события последних суток.

«Приманка сработала идеально», — с долей цинизма подумал он.

Они специально наняли небольшую группу обычных следопытов — четверых парней, которые промышляли охотой на мелкую дичь. Заплатили им баснословные деньги за простую, на первый взгляд, задачу: пройтись по этому лесу, пошуметь, поохотиться на каких-то безобидных болотных куропаток. И ждать.

А сами они — элитный отряд рода Лаврентьевых, с лучшими химерами и Одарёнными, — сидели в засаде неподалёку, скрытые под куполом невидимости.

«Почти сутки просидели, как крысы в норе. Ждали, пока эти ублюдки клюнут».

И они клюнули.

Разведка докладывала, что в этом секторе за последние месяцы бесследно исчезло несколько групп. Не просто погибли в бою с тварями. А именно исчезли. Ни тел, ни следов борьбы. Будто испарились. И Владислав предположил, что здесь орудует кто-то разумный. Кто-то, кто охотится на людей.

Нападение началось внезапно. Культисты и их твари выскочили из-за деревьев, окружив группу следопытов. Они явно не ожидали сопротивления. Думали, лёгкая добыча.

И в этот самый момент ударил отряд Лаврентьевых. С флангов, с тыла… Это была бойня. Его личная химера — огромный снежный барс с костяными наростами на спине, — одним прыжком снёс голову их предводителю. А дальше — дело техники.

Владислав подошёл к одному из мёртвых культистов и носком ботинка перевернул его на спину. На груди, под разорванным балахоном, виднелась татуировка — извивающийся червь, пожирающий солнце.

— Вот и доказательства, — сказал он заместителю, который подошёл следом. — Привезу это отцу. Пусть покажет Императору или в Канцелярию отнесёт. Хватит делать вид, что ничего не происходит.

Он снова оглядел поле боя. Ему не нравились дела, которые сейчас происходили в Диких Землях. Совершенно не нравились.

Отец рассказывал, как они в молодости ходили в такие походы. По неделе, по две бродили по лесам. Да, было опасно. Встречали сильных тварей, убегали от них, прятались по пещерам… Но это была честная охота. Ты — или тебя. Всё просто.

А сейчас… сейчас всё изменилось. Люди пропадали. Их подставляли, заманивали в ловушки. И вот теперь — эти сектанты. Которые, судя по всему, целенаправленно охотились на людей из города. Не ради еды. А ради чего-то другого.

«Такое ощущение, что город постепенно начинают обкладывать с разных сторон. Как волка флажками. Только вместо флажков — вот такие вот ублюдки».

Владислав стиснул зубы. Что-то надвигалось. Что-то большое, тёмное и очень злое. И он чувствовал это каждой клеточкой своего тела.

— Собираемся, — коротко бросил он заместителю. — Забираем тела наших и этих уродцев. Остальных — сжечь. И уходим. Здесь нам больше делать нечего.

Заместитель кивнул и отошёл, отдавая распоряжения. Бойцы работали быстро. Тела павших товарищей бережно заворачивали в плотные брезентовые плащи. Никаких слёз или лишней болтовни. Просто суровая мужская работа.

Когда Владислав уже собирался двинуться к точке сбора, заместитель снова подошёл к нему.

— Пахомов и Мельников, — тихо сказал он, кивнув на два свёртка. — У Пахомова дочь родилась месяц назад. Он её даже не видел.

Владислав на мгновение замер. Его лицо, до этого непроницаемое, дрогнуло. Он молча подошёл и положил тяжёлую руку на плечо заместителя.

— Мы вернём их домой. И их семьи получат всё, что им причитается. За этим я лично прослежу.

Заместитель коротко кивнул, и в его уставшем взгляде промелькнула благодарность.

— Я знаю, ваше благородие.

Владислав в последний раз окинул взглядом поляну, где уже начинали разгораться погребальные костры для тварей, и отвернулся.

Впереди был долгий путь домой. И ещё более долгая война, которая, как он чувствовал, только начиналась.

Петербург, Российская Империя

Андрей в сотый раз обновил страницу с объявлениями. Ничего подходящего.

«…нужен специалист с опытом работы от пяти лет».

«…требуется Одарённый с рангом не ниже Мастера».

«…ищем химеролога с собственной клиентской базой».

Он с тоской посмотрел на последнюю пачку лапши быстрого приготовления, сиротливо лежавшую на столе. Ещё день, и придётся переходить на подножный корм. В смысле, ловить голубей в парке.