Идеальный мир для Химеролога 4 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 18

Я подошёл, молча взял зверька в руки.

— Это вообще не гематома, — сказал я, возвращая его на стол. — Это подкожный паразитический грибок. Он выделяет токсин, который вызывает локальное потемнение тканей и отёк. Похоже на синяк, но природа совершенно другая.

Они оба замолчали, уставившись на меня.

— Ну, или так, — выдавил из себя Андрей.

— А долго спорили?

— Минут сорок, — виновато призналась Катерина.

— Понятно.

Я достал из шкафа маленькую баночку с мазью, которую приготовил ещё на днях. Зачерпнул немного на палец и втёр в потемневший участок.

— Вот. Через час пройдёт. И не спорьте больше. Лучше учебники почитайте. Или, на крайний случай, у меня спросите.

Я вышел, оставив их в растерянности переглядываться.

Вернувшись в свой кабинет, я снова завалился в кресло. Ну, в принципе, всё шло неплохо. Новички учатся, Роман время тянет, Кеша… А где, кстати, Кеша?

И только я о нём вспомнил, как он и прилетел. Как говорится — вспомнишь… кого не надо, а он тут как тут.

Кеша тут же затараторил, захлёбываясь словами:

— Хозяин! Там кипиш! У этой твоей, ну, аристократки! Войска собираются! Броневики, гвардейцы, все бегают, суетятся! Кажется, война!!!

— В смысле?

— В прямом! — взвизгнул попугай. — У них там во дворе целый отряд выстроился!

Я нахмурился.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь. — Надо съездить, посмотреть. Заодно и проветрюсь.

Я быстро собрался. Взял с собой Психа и Рядовую. Мало ли что.

Я, конечно, слегка подправил своей макаке внешность. Уменьшил клыки, сделал черты лица более мягкими, почти человеческими, убрал лишнюю шерсть с щёк. Накинул на неё длинный плащ с капюшоном, нацепил тёмные очки. Получилась такая… очень крупная и неразговорчивая дама. Сойдёт.

Мы приехали к поместью Новиковых. Кеша не соврал. Во дворе действительно царила военная суета. Гвардейцы в полной боевой выкладке грузили в броневики ящики с боеприпасами и снаряжением.

Меня встретил Макар.

— Виктор? Проходите. Госпожа здесь, во дворе.

Агнесса стояла у огромной тактической карты, разложенной на капоте одного из броневиков, и отдавала короткие команды. Увидев меня, она нахмурилась.

— Виктор, что ты здесь делаешь?

— Приехал проведать, как у тебя дела. А, кстати, что происходит?

Она смерила меня долгим взглядом.

— Это дела рода, Виктор. Тебя это не касается.

— Хорошо, — кивнул я. — Тогда я свои рецепты тебе тоже буду так рассказывать, как ты мне сейчас. «Это секрет моей клиники, тебя это не касается».

Она поджала губы. Я видел, как в её глазах борются досада и понимание.

— Это другое, ты же понимаешь!

— Ага. А потом ты со своими гвардейцами не вернёшься из военного похода, и мне нужно будет искать нового партнёра? Или с братом твоим дела вести? Так его сначала вылечить надо до конца. А кто мне платить будет за всё?

Она вздохнула.

— У нас закончились некоторые ингредиенты. Очень редкие. Их можно достать только в одном месте, в определённое время года. Мы знаем, где обитают нужные нам твари. И раз в несколько лет род Новиковых отправляется в экспедицию, чтобы пополнить запасы.

— Отлично, — кивнул я. — Я еду с вами.

— Нет, Виктор. Извини, но мы тебя не возьмём, — отрезала она. — Это дела рода.

— Знаешь… Вдруг мне в дороге придёт вдохновение? И я придумаю какой-нибудь интересный рецепт… Например, сыворотку, которая временно делает химеру невосприимчивой к боли и удваивает её силу. Ну, так, на полчасика. Чтобы прорваться через засаду. Или… зелье, которое заставляет диких тварей впадать в ступор от запаха. Чтобы можно было спокойно пройти мимо стаи.

Я видел, как загорелись её глаза.

— Собирайся, — коротко бросила она. — Через полчаса выезжаем.

Мы ехали в головной машине — огромном бронированном внедорожнике, который Агнесса, видимо, считала своим личным кабинетом на колёсах. Внутри было всё: от голографического проектора до кофемашины и холодильника.

Я сидел напротив, а рядом со мной, стараясь не отсвечивать, застыла Рядовая.

Через несколько часов мы углубились в Дикие Земли.

Началась охота. А точнее — отстрел. Нам нужны были какие-то особые болотные птицы. Гвардейцы Новиковых работали умело. Одарённые-воздушники сгоняли птиц в кучу, а снайперы сбивали их точными выстрелами.

Когда охота закончилась, и гвардейцы начали собирать тушки, я заметил, что Агнесса нервничает. Она то и дело посматривала на скалы, видневшиеся вдалеке.

— Что, не туда приехали? — спросил я.

— Туда, — коротко ответила она.

Вскоре мы добрались до небольшой пещеры, скрытой в скальном уступе. Гвардейцы заняли позиции у входа.

— Вот, — сказала Агнесса, кивая на тёмный провал. — Они там.

— Кто?

— Летучие мыши. Очень редкий и опасный вид. Переносчики жуткой заразы. Нам нужны только их лапки.

В пещеру полетели светошумовые гранаты. Из темноты с визгами вырвался чёрный рой. Гвардейцы открыли шквальный огонь.

Через десять минут всё было кончено. У входа в пещеру лежала гора из сотен крошечных тел. Бойцы в защитных костюмах принялись за работу, аккуратно отделяя то, за чем они пришли.

Агнесса стояла рядом со мной, глядя на эту картину.

— Даже не спрашивай, зачем они нам нужны, — сказала она, предвосхищая мой вопрос.

Я усмехнулся.

— А что тут знать? Берёте их лапки, извлекаете костный мозг. Там содержится уникальный фермент, который при правильной обработке нейтрализует их же собственный яд. Затем выводите из него токсин альфа и бета, катализируете через вытяжку из… — я на секунду задумался, прикидывая варианты, — ну, например, из печени болотной жабы. Получаете основу для мощнейшей сыворотки, повышающей иммунитет и сопротивляемость к большинству известных ядов.

Агнесса медленно повернула ко мне голову. На её лице было такое выражение, будто я только что на её глазах превратил воду в вино.

— Я половину из того, что ты сказал, не поняла. Но да. Примерно такой результат.

— Зато я теперь понимаю, почему вы так нервничали, — сказал я, глядя на гору из сотен крошечных тел. — Зараза, которую они переносят… она же не просто убивает. Она переписывает генетический код, превращая жертву в рассадник.

Агнесса побледнела, глядя на то, как её гвардейцы в защитных костюмах сжигают останки летучих мышей. Даже пепел они потом собирали в специальные контейнеры.

Ночь опустилась на Дикие Земли быстро, почти внезапно, укутав лес в плотное покрывало тьмы. Воздух стал холодным и влажным.

Гвардейцы Новиковых разбили полевой лагерь. Несколько броневиков встали в круг, создав подобие передвижной крепости. Между машинами натянули силовые барьеры, способные остановить некрупную тварь. На крышах зажглись мощные прожекторы.

— Значит, вы ночевать тут будете? — спросил я, когда мы устроились у небольшого костра, который развели в центре круга.

— Ну да, — кивнула Агнесса. — Это стандартная процедура при долгих вылазках. Ночью передвигаться по Диким Землям — самоубийство. Проще занять оборону и переждать.

Я оглядел их лагерь. Казалось, всё было продумано до мелочей. Периметр под контролем, дозорные на постах, даже полевая кухня уже дымила, распространяя аромат жареного мяса.

Через час мы, сытые и довольные, всё ещё сидели у костра. Агнесса, я и Макар, который, хоть и был на дежурстве, нашёл минутку, чтобы присоединиться. Атмосфера была на удивление спокойной. Пили горячий чай из термосов, ели какие-то питательные батончики, которые по вкусу напоминали шоколадные конфеты с орехами.

Я был спокоен. Потому что чувствовал. Лес вокруг жил своей жизнью. Я слышал его дыхание, тихий шёпот. Стрекот ночных насекомых, далёкий уханье совы, шелест листвы… Всё было в гармонии. Никаких признаков угрозы.

Но внезапно всё изменилось.

Лес замолчал. Резко, разом. Будто кто-то нажал на кнопку «выкл».

Я замер, прислушиваясь.

— Что такое? — Агнесса почувствовала моё напряжение.