Идеальный мир для Химеролога 4 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 12

Он побледнел.

— Так что запомни, юный падаван, — продолжил я, ставя банку обратно, — в химерологии нельзя просто взять и смешать всё подряд. Это как в кулинарии. Ты же не будешь смешивать всё подряд в один котёл и ждать, что получится шедевр?

— Не буду…

— Вот и с генами так же. Каждое изменение тянет за собой цепочку последствий. Ты меняешь один ген — перестраивается метаболизм. Меняешь метаболизм — начинаются проблемы с гормонами. Гормоны сбиваются — отказывают органы. И так далее, по цепочке. Это как дёргать за ниточку в свитере. Рано или поздно весь свитер расползётся.

— То есть… невозможно?

— Возможно, но это требует точности, терпения и готовности к тому, что из ста попыток девяносто девять закончатся вот такими вот баночками.

Так что сейчас мне нужны были простые исполнители. Ассистенты, которые смогут выполнять базовую работу: готовить инструменты, смешивать реагенты, проводить простейшую диагностику… С этим справится любой, у кого есть хоть капля Дара и немного мозгов. Так что да, этот парень, кем бы он ни был, мне подходил.

Но теперь, глядя на него, я понимал, что всё не так просто. Он сидел передо мной, всё ещё дрожа, и пытался прийти в себя после того, как моя «гвардия» так эффектно разобралась с его преследователями. Он был напуган, но в его глазах я видел не только страх. Там была ещё и растерянность. И какая-то затаённая злость.

— Они меня подставили, — наконец выдавил он из себя, когда я протянул ему стакан воды. — Это была ловушка.

Он рассказал всё, что знал. А знал он немного. Анонимный заказ через сеть. Встреча с посредником в условно-безопасном месте. Передача сферы-накопителя, которую нужно было «продиагностировать и подзарядить». Стандартная, рутинная работа.

Вот только его ждали с какой-то другой, пока непонятной для меня целью.

— И ты понятия не имеешь, кто заказчик? — спросил я.

— Нет. Поймите, я просто хотел заработать.

Я кивнул. Да уж. История была мутной. И мне, конечно же, было до чёртиков интересно, кто и зачем устроил всю эту охоту на молодого химеролога. Кто-то хотел его убрать? Или просто проверить? Или это была часть какой-то более сложной игры?

Вопросы, вопросы…

Но сейчас было не до них. Я посмотрел на часы. Уже поздновато. За прошедший день я довольно сильно вымотался, так что голова гудела от усталости.

— Ладно, — сказал я, поднимаясь. — С этим мы разберёмся потом. Сейчас тебе нужно отдохнуть. Вон кофемашина, а вон холодильник и микроволновка. В конце коридора есть свободная комната. Располагайся. Поговорим, когда выспишься.

Он с благодарностью посмотрел на меня и, пошатываясь, поплёлся в указанном направлении.

А я пошёл спать.

Разборки, интриги, тайные заказчики… всё это, конечно, увлекательно. Но даже у самого гениального химеролога в сутках всего двадцать четыре часа. И иногда их нужно тратить на сон.

На следующий день я работал.

Клиенты, все дела…

День начался с боевого хомяка. Нет, серьёзно. Ко мне притащили пушистый комок ярости, которого его хозяин, прыщавый студент, гордо именовал «Крушителем Черепов».

Этот Крушитель, по словам владельца, «потерял боевой дух» и перестал с фанатизмом грызть прутья своей клетки.

Я положил ладонь на крошечное тельце. Ну да, конечно. Какой-то недоучка-химеролог вживил бедному зверьку атрибут «Берсерк» низшего ранга, но забыл укрепить ему нервную систему. В итоге хомяк просто выгорел. Его крошечный мозг не выдержал постоянных всплесков немотивированной агрессии.

— Так, понятно, — сказал я, возвращая Крушителя хозяину. — У него просто переутомление. Пропишу ему курс успокоительных травок и побольше сна.

Студент с благодарностью отсчитал мне пятнадцать рублей и унёс своего «воина» отдыхать.

«Пятнадцать рублей за то, чтобы вытянуть атрибут „Берсерка“, погладить хомяка и посоветовать ему выспаться, — с улыбкой подумал я. — Бизнес идёт в гору».

Я уже привык к этому потоку. Кошки с аллергией на хозяев, собаки с экзистенциальным кризисом, игуаны с насморком… Рутина. Скучная, но полезная. Каждый такой пациент — это не только деньги, но и возможность пополнить свою коллекцию низкоуровневых атрибутов. Так, по мелочи, но копилка пополнялась.

Я как раз заканчивал вправлять вывих крыла какому-то пафосному, который, по словам его хозяйки, «неудачно поскользнулся на полированном паркете», как в операционную ворвалась Валерия.

— Вик! У нас выездной заказ!

— Лера, мы же договорились. Никаких выездов. У нас тут, знаешь ли, и без этого конвейер.

— Вик, там две тысячи! — выпалила она.

Мои руки на мгновение замерли. Я медленно повернул голову.

— Сколько?

— Две тысячи! — повторила она, её глаза сияли, как две новенькие имперские монеты. — Просто приехать на дом и вылечить хомяка!

— Хомяка? За две тысячи?

— Да! Представляешь⁈

— Скажи им, пусть идут лесом со своими хомяками.

— В смысле⁈ — опешила Валерия. — Вик, ты в своём уме? Две тысячи!

— Вот именно, — я отпустил павлина и вытер руки. — Ни один здравомыслящий человек не будет платить две тысячи за лечение хомяка, который в магазине стоит пять рублей. Это либо развод, либо ловушка. Скорее всего, второе. Так что нет.

Валерия хотела было возразить, но я бросил на неё такой взгляд, что она лишь поджала губы и, развернувшись, ушла обратно в приёмную.

Я проводил её взглядом. Ну а что? У меня уже был опыт общения с местными бандами. И я прекрасно понимал, что просто так такие деньги не предлагают. Это приманка. Дешёвая и очевидная.

Через десять минут Валерия вернулась. На этот раз её лицо выражало целую гамму эмоций — от шока до азарта.

— Они удваивают ставку! — прошептала она, подбегая ко мне. — Четыре тысячи! И там уже не хомяк!

Я удивлённо поднял бровь.

— В смысле, не хомяк? Его что, за десять минут успели на кого-то обменять?

— Его сожрали! — выпалила она.

— А вот это уже меняет дело. Рассказывай.

— В общем, они позвонили, сказали, что готовы заплатить четыре тысячи. Потому что пока они ждали твоего ответа, их хомяк сбежал из клетки, его сожрала их домашняя химера, и теперь эта химера подавилась и её рвёт с кровью!

Я несколько секунд молча смотрел на неё. А потом расхохотался.

— Какая прелесть.

— Что смешного⁈ — не поняла Валерия. — Там животное умирает!

— Конечно, умирает, — кивнул я. — Потому что это ловушка. Причём настолько тупая и предсказуемая, что мне даже как-то обидно за тех, кто её придумал.

В моей голове тут же всплыла похожая история. Когда-то меня так же пытались заманить в ловушку одни работорговцы. Обещали показать «уникальную поющую сирену», а когда я пришёл, оказалось, что сирена — это просто хитрая голографическая проекция, а меня уже ждёт засада из полусотни наёмников. Тогда, правда, всё закончилось для них не очень хорошо.

— Люблю, когда всё так предсказуемо, — сказал я, поднимаясь. — Скучно, но зато знаешь, чего ждать.

— Так ты поедешь?

— Конечно, поеду. Четыре тысячи, знаешь ли, на дороге не валяются. К тому же, мне любопытно посмотреть на этих гениев.

— Вик, а это не опасно?

— Опасно, — согласился я. — Но мы же любим, когда опасно. Это держит в тонусе.

Я вышел из операционной. Нужно было подготовиться. Просто так, с голыми руками, в логово к волкам я не полезу.

«Так, кого взять с собой?» — размышлял я, направляясь в подсобку.

Рядовая — слишком заметная. Её вид в тактической броне может вызвать ненужные вопросы ещё на подходе.

Борис? Нет, он специалист по диверсиям, а не по лобовым атакам.

Значит, остаётся только один кандидат.

Я спустился в подвал, где в своём личном, специально оборудованном вольере, дрых Псих. Он спал, развалившись на старом матрасе, и тихо похрапывал.

Я подошёл и легонько толкнул его в бок.

— Подъём, боец. Нас ждут великие дела.

Псих открыл один глаз, лениво зевнул, обнажив два ряда острейших зубов, и посмотрел на меня. В его взгляде читался немой вопрос: «Опять?»