Абсолютная Власть 4 (СИ) - Майерс Александр - Страница 5

— О, наш общий друг прибудет завтра утром, — ответила Эмилия, тоже спешиваясь. — Я уже велела доставить его сюда. Правда, он несколько… не в лучшей форме. Но говорить сможет.

— Вы что, пытали его?

— Я? Нет. Да и разве можно считать пыткой отказ от лишней еды? Ему не повредит, — Карцева беззаботно махнула рукой в перчатке.

Поступки Эмилии всё больше меня огорчали. Я знал по слухам, что у неё жестокая натура, но теперь столкнулся с этим лично — и был разочарован.

Всегда жаль, когда столь красивая женщина оказывается мерзкой внутри.

Впрочем, за слоем гнили тоже можно отыскать что-то хорошее. Если постараться. Я был уверен, что жестокость Эмилии — такое же следствие сурового воспитания, как и её неуверенность в себе как главе рода.

Мы уже почти дошли до дверей, когда Анна Михайловна, шедшая рядом с мужем, вдруг остановилась и приставила ладонь к глазам, всматриваясь вдаль, за ворота усадьбы.

— Ещё кто-то… Подходит.

— Войска, — мрачно добавил Добрынин.

Я обернулся. На горизонте действительно виднелась новая колонна войск. Я протянул руку, и Никита подал мне свою подзорную трубу. В окуляр были видны знамёна — серебряная сова на жёлтом поле.

— Барон Неверов, — сказал я, опуская трубу.

— Предатель! — не сдержался Евгений, вернувшийся тем временем на крыльцо. — Как он посмел явиться сюда⁈

— Причины есть, и не одна. Подождём его, — спокойно ответил я. — Послушаем, что он скажет.

Войска Неверова встали поодаль, не проявляя никаких враждебных действий. От общей массы отделилась небольшая группа всадников и вскоре подъехала к нам.

Это оказался сам барон, а с ним — несколько кирасиров и два боевых мага. Оба владели элементом Земли, как я сразу понял по их ауре.

Георгий Викторович Неверов оказался невысоким мужчиной с глазами навыкате и щёткой седеющих усов под носом. Он спрыгнул с коня с неожиданной лёгкостью и, как ни в чём не бывало, направился к нам.

— Барон Градов! Графиня Карцева! Ваше сиятельство! — он раскланялся, его взгляд скользнул по антимагическому ошейнику на Муратове, но не задержался на нём. — Какая неожиданная встреча! Не ожидал увидеть вас здесь. Вы позволите мне перекинуться с Рудольфом Сергеевичем парой слов наедине?

Ведёт себя так, будто мы случайно встретились на балу. Любопытный персонаж. Похоже, наглости ему не занимать.

— Нет, — ответил я без колебаний. — Граф Муратов — мой пленник. Поэтому все разговоры с ним будут вестись в моём присутствии.

Неверов на мгновение смутился, но тут же восстановил своё насмешливое выражение лица.

— Ну что же… тогда здесь. Рудольф Сергеевич, вы, конечно, помните наши договорённости. В частности, о браке вашей племянницы Анфисы с моим сыном. Я полагаю, сейчас самое время исполнить ваши обязательства.

«Вот как, — мелькнуло у меня в голове. — Не та ли самая племянница, на которой когда-то хотели женить Михаила, чтобы завладеть нашим Очагом? Бедная девушка, похоже, стала ходовым товаром в этих интригах».

Муратов взглянул на Неверова с таким ледяным презрением, что тому, казалось, стало физически неловко.

— Мои обязательства? — прошипел Рудольф Сергеевич. — Перед тобой, предатель? Ты обманул меня! Твои войска так и не пришли! Ты тянул время, пока моя армия гибла! О каких обязательствах может идти речь⁈

Георгий развёл руками, изображая обиду.

— Рудольф Сергеевич, какие тяжкие обвинения! Мои войска столкнулись с непреодолимыми препятствиями! Разрушенные мосты, диверсии… Но вы правы в одном, — он внезапно стал серьёзен. — Формально я являлся членом нашего альянса. Однако раз вы сами говорите, что я и мои солдаты не участвовали в боевых действиях против барона Градова и его союзников… — он многозначительно посмотрел на меня, — то, полагаю, на меня не должны распространяться условия капитуляции.

Я едва сдержал усмешку. Хитрый жук! И не воевал, сохранив силы, и наверняка заранее получил какие-то выгоды от Муратова. А теперь пытается вывернуться, чтобы не платить.

— Барон Неверов, — мой голос прозвучал твёрдо, привлекая всеобщее внимание. — Неважно, что ваши войска «задерживались» из-за досадных недоразумений. Вы были членом альянса, и это заверено документально. А значит, вы будете нести ответственность за поражение вместе с графом Муратовым и бароном фон Бергом. Есть возражения?

Улыбка на лице Неверова мгновенно исчезла. Его глаза стали жёсткими.

— Есть, барон Градов. Я не намерен платить за чужие ошибки. Мои войска не сражались с вами. Вы не можете наложить на меня контрибуцию.

— Это не вам решать.

— А кому же? Вам?

— Вот именно. Мне, — ответил я, чем заставил глаза барона вспыхнуть от гнева.

Обстановка накалилась до предела. Муратовы молчали, с удивлением глядя на меня. Эмилия, стоявшая рядом, усмехнулась.

Неверов, видя, что его доводы не работают, отступил на шаг и резким жестом подал сигнал одному из своих офицеров. Тот поднёс к губам горн, и пронзительный, тревожный звук прокатился по округе. Войска Неверова, стоявшие в отдалении, тут же начали суетливо перестраиваться, разворачиваясь в боевые порядки.

Карцева ахнула и вскинула руку. Она чуть было не крикнула своим готовиться к бою, но я снова остановил её.

— Стоп! — скомандовал я. — Никакой крови.

Я медленно подошёл к барону Неверову, который пытался выглядеть грозно, но в его глазах читался страх.

— Георгий Викторович, — сказал я тихо, так, чтобы слышал только он. — Вы правда думаете, что эта жалкая демонстрация силы вам поможет? Позвольте прояснить. Я могу убить вас прямо сейчас. Или взять в плен, как и графа. В первом случае вы лишитесь жизни. Во втором — лишь части имущества в виде контрибуции. Так что решайте. Готовы ли вы умереть из-за денег?

Неверов замер. Он смотрел на меня, на моих солдат на стенах, на мрачные лица Муратовых и на Карцеву, которая с интересом наблюдала за развязкой. Он видел, что я не блефую. Что для меня он — всего лишь очередная помеха, которую можно устранить, не моргнув глазом.

Его плечи опустились. Вся напускная решимость из него вытекла.

— Это… это беззаконие… — слабо протестовал он.

— Война — вот что есть беззаконие, — ответил я. — А мы как раз действуем по закону. Итак, ваш ответ?

Георгий сглотнул, его лицо покрылось мелкими каплями пота. Он бросил последний, умоляющий взгляд на Муратова, но тот лишь с ненавистью отвернулся.

— Я… я согласен, — проговорил он. — Обсудим условия капитуляции.

— Разумный выбор, — я кивнул и обернулся к Никите. — Воевода, проводи барона Неверова и его офицеров в зал. Они будут ждать там начала переговоров вместе со всеми. Да, барон, и отдайте своим войскам приказ сложить оружие. Моя дружина заберёт его.

— Вы не имеете!.. — возмутился было Неверов, но слова застряли у него в глотке под моим взглядом. — Хорошо, Владимир Александрович. Как скажете.

Дерзкая попытка выйти сухим из воды обернулась для Георгия Викторовича провалом. А я уж было начал думать, как достать его… Но Неверов сам пришёл ко мне в руки.

Чудесно.

Пока что всё складывалось как нельзя лучше.

Деревня Орловка. Тем же вечером.

Альберт Игнатьев сидел за столиком в единственном более-менее приличном трактире Орловки, сжимая в руках кружку с дешёвым пивом, которое даже не думал пить. Это было просто для антуража — чтобы слиться с толпой, чтобы стать просто ещё одним усталым путником, пережидающим непогоду.

Ирония судьбы была изощрённой. Орловка. Та самая деревня, под которой род Градовых потерпел сокрушительное поражение в начале войны. Место, где были убиты прошлый барон Александр Градов и его старший сын. Место, с которого началось восхождение Муратова, как ему казалось, к абсолютной власти.

И теперь вот Альберт сидел здесь, в этом символическом месте, и слушал, как посетители трактира обсуждают последние горячие новости.

Война окончена. Градов победил. Муратов разбит, взят в плен и, по слухам, публично стоял на коленях перед Владимиром Градовым.