Имперский колонист. Том 4 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 45

— Это очень громкие слова, граф, — нахмурив седые брови, произнёс Отто фон Грейфенберг. — Однако пока что мы справлялись без вас, и нет никаких предпосылок к тому, что не справимся и дальше.

Я улыбнулся в ответ и сменил человеческое лицо на облик Жнеца. Взглянув на сидящих передо мной военных, я позволил им ощутить флёр Смерти. Мимолётно, всего на секунду, но этого хватило, чтобы фельдмаршал схватился за сердце, а его заместитель побледнел, до боли сжимая подлокотники своего кресла.

— Осторожнее, барон, — вновь вернув человеческое лицо, я кивнул на сломавшуюся сигару в его пальцах, — вы же не хотите устроить пожар во дворце кайзера.

Замерший на своём месте Панков поспешил потушить собственную сигару. Бледный, с чуть трясущимися руками, он торопливо поднялся на ноги.

— Г-господа, — заикающимся тоном пробормотал Валерий Сергеевич, — пожалуй, я вас оставлю. Мне срочно нужно отойти. Прошу извинить.

Не дожидаясь ответа, наш атташе поспешил убраться подальше. Я же смотрел на немецких военных с доброжелательной улыбкой.

— Ну-ну, не стоит так напрягаться, господин фельдмаршал, — сочувственным тоном проговорил я, не сводя взгляда с тяжело дышащего старика. — Этот бал должен сплотить наши народы, а не стать поводом для международного скандала.

Отто фон Грейфенберг взял себя в руки, хоть это и далось ему непросто. Его заместитель всё ещё не мог пошевелиться, его губы подрагивали, глаза оставались выпученными от ужаса.

— Итак, на чём мы там остановились? — непринуждённо спросил я. — Ах да, на ничем не подтверждённых словах, верно, господин фельдмаршал?

Он стиснул челюсти, но всё же нашёл в себе силы кивнуть.

— Похоже… — с трудом выдавил он из себя, — слухи о вашей силе и связи со Смертью не врали.

Я чуть наклонил голову, подтверждая его слова.

— И что же нас ждёт после? — спросил старик, набравшись внутренней силой.

Та скорость, с которой он взял себя в руки, достойна уважения. Не многие смогли бы успокоиться и начать реагировать столь быстро, как Грейфенберг. Впрочем, с его опытом это и не удивительно. Человек, способный отразить и возглавить отражение вторжения, по определению не может быть трусом.

Чего не скажешь о бароне фон Лёвенштайне.

— Понятия не имею, — развёл руками я. — Я всего лишь доставляю души на последнюю станцию. А уж куда они отправляются — не моя епархия, господин фельдмаршал. Впрочем, мы отвлеклись от истинной сути наших переговоров. Итак, аннорил.

Он посмотрел на меня из-под нахмуренных бровей.

— Чего вы хотите, граф?

— Он должен быть уничтожен, — пожал плечами я. — А для этого вам нужно будет его собрать и зашвырнуть в портал. Ну и, разумеется, вывести весь контингент из демонического мира. Если только не желаете похоронить своих людей внутри. Потому что, когда туда войду я, всё, что там есть живое, умрёт. Я не стану перебирать, кто там человек, кто демон, а кто полукровка.

Зигфрид фон Лёвенштайн бросил на своего ментора опасливый взгляд.

— Как вы узнали? — спросил заместитель.

Он прекрасно понял, что подслушать нас нельзя, а потому явно и не видел повода скрывать. Я уже показал, что мне известно слишком многое, и смысла таиться от меня никакого нет. Потому что-то, что известно мне, известно и в Москве.

— Это было довольно просто, — с улыбкой ответил я. — Повстречал такого полукровку в Аэлендоре. Он, конечно, оказался чертовски опасен и силён, но, как вы можете убедиться, здесь сижу я, а не Абарат. За эксперименты с демонической родословной, назовём это так, королевство Элендор, которое их организовывало, поплатилось в достаточной степени. Их армия разбита, королевский род вырезан. Как и всё правительство, просто случайно попавшееся под горячую руку. Думаю, не такое наследие вы хотите оставить Германии, господин фельдмаршал?

Он молчал около минуты, размышляя о моих словах. Наконец, фон Грейфенберг заговорил.

— Я передам ваши слова кайзеру, ваше сиятельство, — произнёс он.

Я кивнул и поднялся на ноги. От моего движения барон фон Лёвенштайн дёрнулся, но тут же скривился от гнева на самого себя. Заместитель фельдмаршала боялся меня до дрожи и ненавидел за это. Но что мне до его чувств?

— Рад, что мы поняли друг друга, — наклонив голову, проговорил я. — Хорошего вечера, господа.

Покинув курительную комнату, я оказался тут же перехвачен Элеонорой фон Адельсберг. Молодая вдова схватила меня за руку и чуть ли не повисла на ней. При этом моё плечо оказалось в плену её груди, которой женщина не постеснялась немного потереться об меня.

— Ваше сиятельство, — томным голосом прошептала баронесса. — Подарите мне ещё один танец?

Фанатичный блеск в глазах этой женщины выглядел даже пугающе. Лёгкий аромат алкоголя, не иначе как выпитого для смелости, розовые губы со следами зубов — она явно нервничала больше, чем хотела бы показать.

— Не смею отказать такой обаятельной даме, — ответил я и повёл баронессу на танец.

Свою программу на этот вечер я отработал, так что мог себе позволить немного расслабиться. Пусть и в компании такой сомнительной дамы, чьё психическое здоровье вызывало вопросы.

— Вы такой сильный, граф, — лихорадочно облизнув губы, заметила она. — Такой мужественный. Даже наш фельдмаршал побледнел, просто поговорив с вами. Признайтесь честно, вы здесь, чтобы поставить Германию на колени?

Я лишь усмехнулся, однако отвечать не спешил.

— Может быть, вы могли бы начать с меня? — опустив взгляд, как будто стесняется, предложила Элеонора. — Уверена, вы оцените.

Настолько недвусмысленное предложение заставило меня улыбнуться. Земля в опасности вторжения демонов, прямо в этой же стране валяются залежи аннорила, на балу присутствует Жнец Смерти, а женщина в моих руках думает о том, как бы соблазнить столь интригующего мужчину.

— Вы улыбаетесь, граф, — немного сбитая с толку моей реакцией, произнесла Элеонора. — Значит ли это…

— Нет, баронесса, — покачал головой я. — У меня есть супруга, мы ждём появления на свет нашего первенца. Поэтому несмотря на то, что я крайне польщён вашей готовностью удовлетворить мои инстинкты самца, вынужден отказаться.

Она нахмурилась и отвернулась, продолжая двигаться в танце, а я посмотрел поверх её головы, мысленно возвращаясь домой. Туда, где меня ждала Котёнок.

— Что ж, раз у меня не получилось заинтересовать вас так, — сжав пальцы на моём костюме, выдохнула Элеонора фон Адельсберг, — я сделаю иначе.

И, резко остановившись, она прильнула ко мне. Я уже не удивился бы, вздумай вдова меня поцеловать, но вместо этого она прошептала мне на ухо и тут же отстранилась. Музыка стихла, и Элеонора, подмигнув мне, спешно удалилась.

Я посмотрел ей вслед и, усмехнувшись, направился к Дмитрию Ивановичу. Министр как раз собрал вокруг себя подчинённых и выслушивал доклад Панкова, который, очевидно, рассказывал о моём разговоре с фельдмаршалом и его заместителем.

— Ярослав Владиславович? — обернувшись ко мне, с вопросом в глазах обратилась Татьяна Васильевна.

— Мне нужно отлучиться, — с улыбкой проговорил я. — Вернусь в номер, как только смогу. Дмитрий Иванович, у меня согласована встреча на завтра с военными, как появится точное время — напишите.

И, не слушая, что они могут мне сказать, я направился к выходу из дворца.

Там же.

— Государь меня казнит, — глядя в спину уходящему графу, негромко произнёс Дмитрий Иванович.

Атташе взглянул на министра иностранных дел с откровенным сомнением. Да, собственно, никто из членов русской делегации не верил, что его императорское величество хоть как-то станет наказывать простых людей за самовольство Князева. Всё-таки Ярослав Владиславович прибыл в Берлин не для того, чтобы красоваться на балах своим парадным мундиром с ворохом наград. И если граф решил срочно покинуть бал его высочества Фридриха Леопольда, очевидно, что причина у него имелась.

— Кажется, его сиятельство ушёл сразу же после того, как поговорил с баронессой фон Адельсберг, — заметила Татьяна Васильевна. — Может быть, вам стоит с ней поговорить?