Имперский колонист. Том 4 (СИ) - Кощеев Владимир - Страница 29

В самой деревне хватало военной техники, как и гражданских машин, так что я легко затерялся среди неё и не выделялся — ровно до тех пор, пока не встал перед воротами особняка. Створки разъехались в стороны, и я вдавил педаль газа, заскакивая внутрь.

Не успел я выбраться наружу, как на крыльце появилась графиня Князева. Она смотрела на меня с такой надеждой, что я не мог удержаться от улыбки. Не став дожидаться, когда я подойду, она сама бросилась ко мне в объятия.

— Ну, здравствуй, Котёнок, — прижав супругу к себе, прошептал я ей в макушку.

Она вздрогнула от сдерживаемых слёз, и я потратил несколько минут, чтобы жена успокоилась в моих руках. Наконец, Екатерина Фёдоровна подняла лицо от моей груди.

— Наконец-то ты вернулся, — произнесла она.

— Вырвался, как только смог, моя дорогая, — ответил я и поцеловал её губы. — Я скучал.

— И я, — едва слышно выдохнула она. — Боже, Ярослав, скажи, что ты больше никуда не поедешь.

— Поеду, дорогая, — усмехнулся я и тут же добавил: — Нам нужно вернуться на Землю. Ты теперь в положении, и будет гораздо лучше, если наш ребёнок будет расти дома. Аэлендорский воздух мне не очень нравится.

На её губах появилась робкая улыбка, и графиня кивнула.

— Я прикажу собирать вещи?

— Да, выезжаем, как только будем готовы, — ответил я. — А пока нужно оставить здесь распоряжения. Мы в Аэлендор не скоро вернёмся, так что не хотелось бы, чтобы без нас тут всё растащили.

Котёнок тихонько посмеялась и, вновь поцеловав меня, за руку повела меня в особняк.

— Мне нравится твой план, — сказала она, когда мы поднимались на крыльцо.

Земля, Российская Империя, Москва, дворянский особняк рода Голубевых.

Арсений Павлович отпил чая, глядя в окно. Ночь ещё не началась, но уже было чертовски темно — налетевшие несколько дней назад тучи перекрыли небесный свет, погружая мир во тьму. Осень в этом году быстро становилась той отвратительной порой, когда совершенно не хочется выходить из дома.

Голубев потягивал горячий напиток, задумчиво перекатывая в руках маленький камешек аннорила. Мысли Арсения Павловича блуждали вокруг неудавшегося покушения на Князеву. С одной стороны, заказ был — показать Ярославу Владиславовичу, что его родные могут попасть под удар. И с этим наёмники справились. Но с другой стороны, стоит признать, что сила, которой Дарья Владиславовна расправилась с нападавшими, выходила за пределы доступного людям.

Взглянув на камень в своих руках, Голубев вздохнул.

Эльфы не обманули, и оплата получена. Так что с этой стороны к нему даже претензий не будет. Однако… Ярослав Князев уже приобрёл определённую репутацию отмороженного на всю голову кровожадного монстра. И то, что он уничтожил королевский дворец, одним чернейшим заклинанием убив всех, кто в нём находился, эту репутацию только подтверждает.

И вставал вопрос — а не продешевил ли Арсений Павлович, согласившись на эту авантюру? На него выйти у ведущих расследование псов императора шансов нет. Но теперь проявлять себя и свои возможности, открывшиеся с получением аннорила, опасно.

Судя по тому, что доносят из Кремля, эльфы умудрились связаться с демонами и буквально приносят их в жертву, чтобы сделать из обычных булыжников аннорил. И что с помощью этих камней демоны могут открывать порталы — тоже не радует. Получается, что Арсений Павлович не только нажил могущественного врага, так ещё и держит у себя в подвале потенциальный демонический прорыв.

Кто виноват в этом — понятно, ушастые ублюдки обманом всучили Голубевым не только пороховую бочку с горящим фитилём, но и сделали так, что теперь Арсений Павлович не может просто прийти к императору и во всём признаться. Князевы ему голову оторвут и со всех сторон окажутся правы — сам бы Голубев так и поступил, окажись он на месте Владислава Константиновича.

Что со всем этим делать? Вот, о чём думал Арсений Павлович, продолжая катать в пальцах камень аннорила.

Отпив чая, Голубев поставил чашку на подоконник и бросил камень туда же. Опасность ситуации раздражала.

Даже просто взять и вывезти аннорил в укромное место, а потом его будто бы случайно найти и сообщить куда следует тоже не выйдет. Что бы ты ни перевозил в таком количестве, незаметно этого не сделаешь. А самому идти на поклон к императору — всё равно что расписаться в предательстве Российской Империи.

Иначе произошедшее государь и не рассмотрит. Ведь Арсений Павлович за плату организовал нападение на русскую дворянку. А это и есть измена.

Отвернувшись от окна, Голубев потёр лицо руками, и потому не заметил, как камень, который он оставил на подоконнике, перестал сиять магией. А в следующий миг ни окна, ни половины кабинета просто не стало. Арсений Павлович ощутил, как его тянет куда-то, и краем сознания успел понять, что портал открылся.

А потом его растворило в пространстве между мирами.

На паркетную доску ступил крупный демон, когтями на ногах оставляя борозды на полу. Быстро оглядевшись, он щёлкнул пальцами, стабилизируя прокол за своей спиной. Кусок стены и пола стал преображаться, формируя стационарный портал.

Облизнув чёрные губы, демон повёл взглядом вдоль заставленных книгами полок и усмехнулся.

Вторжение в Российскую Империю началось.

Глава 15

Земля, Российская Империя, Москва, Кремль.

— Боря, — тяжело проговорил император, опираясь обеими руками на спинку кресла, у которого стоял, — что нам стало известно?

Начальник государственной безопасности выглядел усталым, за эту ночь он ни разу не сомкнул глаз. Впервые столкнувшись с тем, с чем он ничего поделать не мог, Борис Емельянович сцепил зубы, поднимая полки, мобилизуя всех, до кого было реально дотянуться в течение суток.

И теперь на улицах столицы шли тяжёлые бои.

— Ситуация критическая, ваше императорское величество, — проговорил начальник государственной безопасности. — Порталы открылись в четырёх точках столицы. Мы уничтожаем демонов тысячами, но на их места приходят новые, и не похоже, что это может прекратиться. Кажется, весь мир этих тварей лезет в порталы, которые уже стали стационарными. Все силовые ведомства брошены на борьбу, но нам необходимо объявлять всеобщую эвакуацию, государь. И мы должны начать с вас.

Император резко поднял взгляд на своего подчинённого и стиснул зубы.

— Ты хочешь, чтобы я бежал? — с трудом выдавил слова он. — Бросил своих подданных на растерзание тварей?

— Становится слишком опасно оставаться здесь, — покачал головой Борис Емельянович. — Демоны наступают, и мы не можем их сдержать, только выиграть немного времени.

Его императорское величество медленно выпрямился.

— Какие силы мы ещё можем бросить на отражение вторжения? — сухо спросил он, отходя к шкафу с книгами.

— Боюсь, всё, что у нас было в доступе, мы уже выгребли, государь, — ответил начальник государственной безопасности. — Ближайшие подразделения уже получили приказ и направляются к Москве, но они прибудут не раньше завтрашнего дня.

Государь вдавил книгу в полку, и перед ним открылась замаскированная под томики панель. Достав оттуда бутылку с прозрачным напитком, монарх взял из потайного ящика гранёный стакан и щедро плеснул туда жидкости.

Резко выдохнув, его императорское величество осушил ёмкость и, занюхав рукавом, убрал всё обратно в сейф. Следящий за ним Борис Емельянович сглотнул, понимая, что сейчас решится, оставаться на троне династии или же нет.

— Поднимай гвардию, Боря, — проговорил государь. — Поднимай всех, снимай посты, выдёргивай из постелей. Кто там у нас ещё есть? Парадный императорский? Его тоже — в ружьё. Сам бери мою семью и увези их в Новгород.

— Ваше императорское… — всё понявший начальник государственной безопасности попытался возразить, но монарх взмахом ладони остановил его.

— Да, императорское! — повысив голос, сказал он. — Ты давал мне клятву, так исполняй её, Боря. Моя столица горит, враг пришёл, и если никого больше нет, кто защитит подданных Российской Империи, значит, пришло время это сделать мне лично.