Лекарь Его Величества. Том 5 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 23

— О чём это? — напрягся Елисеев. — Я… занят сейчас!

Он мгновенно испугался. Но изо всех сил пытается это не показывать.

— Вы не можете быть заняты, ведь сейчас у нас должно быть занятие, которое сорвалось по вашей милости, — парировал я. — Так что пойдёмте.

Он неохотно поднялся с места, и мы вышли на улицу. Остальные разбрелись по своим делам, хотя многим и было интересно, о чём мы будем разговаривать.

— Итак, — проговорил я. — Нам уже давно пора было провести этот разговор. Вы обращаетесь ко мне без уважения. Участились случаи вашего недовольства всем на свете. И ваши истерики по каждому поводу начинают утомлять.

— Не понимаю, о чём вы, — попытался включить дурачка Максим. — Я просто сказал, что такие перемены в преподавателе выглядят очень странно.

— Нет, вы не просто это сказали, — вздохнул я. — Вы сделали это специально, несмотря на то, что я даже созывал собрание. Таким образом вы решили унизить преподавателя. Но я говорю не только про этот случай. Вы всё чаще своим поведением переходите все границы. Ваши непонятные угрозы, наезды.

Елисеев занервничал ещё больше. Вид у него был такой, словно он готов сбежать от меня в любой момент. Но выбора у него не было, приходилось продолжать со мной разговаривать.

— Я… не угрожал вам, — неуверенно заявил он.

— А как это тогда назвать? — приподнял я бровь. — Вы были готовы вызвать меня на дуэль за якобы флирт с вашей невестой. Вы саботируете мои выступления и сорвали занятие, оскорбив преподавателя. Как мне ко всему этому относиться? Или вы правда думали, что я буду и дальше закрывать на это глаза?

Ради интереса я проверил Елисеева психологической магией. Что ж, испугался он очень сильно. Даже искусственное нагнетание страха не нужно, он и так почти на максимуме.

А на что же ещё он рассчитывал? Что я и дальше буду молча терпеть все его выходки? Не по адресу.

— Я приношу вам свои извинения, — промямлил тот. — Я… не подумал.

Он действительно думал, что это прозвучит, как разумное объяснение его действий? Просто «я не подумал». Гениально.

Можно вызвать его на дуэль, но смысла в этом особого не будет. Я и так знаю, что легко смогу его победить. А мозгов у него от этого не прибавится, уже пробовали.

— Значит так, — холодно проговорил я. — Мне плевать на ваши оправдания. Я просто предупреждаю, что больше я такого не потерплю. Слишком уж снисходительным был всё это время. Так что больше никаких выпадов в мою сторону, ни явных, ни скрытых. Иначе мне придется принимать кардинальные меры. Вы меня поняли?

— Да, — быстро закивал тот. — Я больше… не буду.

Как будто вернулся в прошлое и поговорил с Уваровым. Такие детские высказывания я обычно слышал от него. Я усмехнулся про себя, и разговор был окончен.

Максим труслив, и теперь он не позволит себе никаких скандалов или возмущений. И друзей своих подначивать не будет. А значит, Леонид Трофимович спокойно будет преподавать.

После обеда и занятия по алхимии я встретился с Тарасом, и мы отправились на мой завод. Пора было приступать к научной работе, которую я обещал ещё до осенних каникул.

Первым делом показал Тарасу обустройство завода и рассказал про основные цеха. Слушал он с интересом, не каждый день доводится побывать на таком предприятии. Я даже задумался, что подобные экскурсии можно организовать и для остальных членов тайного клуба.

Затем я оставил его в лаборатории и попросил Платона Владиславовича провести экскурсию там. А сам направился решить некоторые накопившиеся проблемы.

В частности, меня очень интересовало состояние оранжереи. Когда я пришёл туда, Олег Иванович был на месте и суетился возле растений.

— Добрый вечер! — окликнул я его. — Как вы себя чувствуете?

— Николай Владимирович, здравствуйте, — радостно ответил тот. — Прекрасно, моя магия вернулась, и я снова могу работать с растениями. Мой коллега очень помог в течение нескольких дней, и ему удалось спасти большую часть нашей оранжереи.

— Хорошие новости, — кивнул я. — Значит, убытки будут не такими уж большими. Но всё равно, Олег Иванович, эта ситуация должна научить вас, что магический центр лучше не перенапрягать.

На первый раз я не стану выписывать штрафы и списывать убытки с Олега Ивановича.

Хотя я прекрасно понимаю мага природы. Будь моя воля — я бы тоже сутками напролёт отдавал всю магию для лечения других людей. Однако я прекрасно помню, чем чревато расходование всей магии. Потом остаёшься без неё вовсе.

— Я это уже понял, — ответил тот. — Обещаю, теперь буду осторожнее.

После оранжереи я заглянул к своему управляющему, и он показал мне бумаги о точном количестве убытков. Не так и много, даже учитывая оплату трёхдневного труда этого мага земли и все потерянные растения. Я ожидал худшего.

Закончив со всеми организационными делами, я вернулся в лабораторию. Платон Владиславович уже закончил экскурсию, и Тарас с нетерпением ожидал меня.

— Лаборатория просто на высшем уровне! — восторженно заявил он. — Гораздо круче, чем в нашей академии.

— Я рад, что вам понравилась, — улыбнулся я. — Ну что, рассказывайте о своей идее.

Тарас откашлялся и взволнованно начал рассказывать свою концепцию.

— Меня очень интересует тема лёгочных заболеваний, — начал он. — А особенно бронхиальная астма.

Начало мне уже нравится. За основную тему он взял лёгочное заболевание, которое полностью неизлечимо, а потому надо строго контролировать с помощью алхимических препаратов. Я помню, что таким заболеванием страдают сёстры Черновы. София тогда испытала приступ на приёме, вдохнув цветочной пыльцы.

Повезло, что у неё с собой оказался порошок из цветков мать-и-мачехи.

— Я много читал о влиянии тимьяна на бронхолёгочную систему, — продолжил Тарас. — Тимьян обладает бронхолитическим эффектом, помогает эвакуировать слизь и мокроту, а также обладает антисептическими свойствами.

— Всё верно, — удовлетворённо заметил я. — И вы хотите создать новый препарат для астматиков на основе тимьяна?

— Да, причём он подойдёт не только людям с бронхиальной астмой, — Тарас вдохновился моим одобрением и начал говорить более бодро. — Но и при хронической обструктивной болезни лёгких, например. Его можно будет использовать в периоды обострений.

Этот препарат может стать отличным прорывом в сфере алхимии. Тарас потрудился на славу, не зря я предложил ему заняться этой работой.

Был риск, что он отнесётся к этому с недостаточной ответственностью, но такого, к счастью, не произошло.

— Идея отличная, — кивнул я. — А что вы планируете добавить к тимьяну в комбинацию?

Одного растения будет мало для достижения полного эффекта. При терапии лёгочных заболеваний чаще всего использовалась комбинация.

— Комбинировать надо с мать-и-мачехой, — заявил Тарас. — Этот препарат используется в монотерапии, но в тандеме с тимьяном он будет действовать совершенно по-другому.

А вот здесь ошибка. Тимьян и мать-и-мачеха не достигнут взаимной синергии, то есть усиления друг друга. Наоборот, мать-и-мачеху используют только в качестве отдельного препарата.

— Мать-и-мачеха не подходит для этой цели, — спокойно ответил я. — У неё совсем другие свойства. Порошок из неё способен снимать краткосрочные признаки, а мы говорим о более серьёзном препарате, который будет применяться в периоды обострений.

— И мать-и-мачеха отлично для этого подходит, — заупрямился Тарас. — Николай, я проводил все расчёты. И читал описания этих растений. Тем более, я учусь уже на шестом курсе, а значит, знаний на эту тему у меня больше.

А вот и первый конфликт. То, чего я опасался, но всё же надеялся, что такого не будет. Тарас не видит во мне достаточный авторитет, чтобы прислушиваться к моим словам.

На этом этапе можно было бы прекратить с ним научную работу, заявив, что если он не доверяет моему мнению — то у нас не получится совместного проекта. Однако я решил действовать иначе.

Просто один раз наглядно докажу его неправоту. Если он сделает правильные выводы — то мы продолжим проект. Если нет — тогда прекратим.