Доспехи света (ЛП) - Фоллетт Кен - Страница 61

— Значит, если я напишу неправильно, ты не узнаешь.

Он рассмеялся.

— И не расстроюсь.

Сэл написала: «Джардж Бокс и Сара Клитроу».

— Очень хорошо, — сказал Джардж.

Сэл показалось, что выглядит это не совсем правильно, но дело было сделано. Она подула на чернила, чтобы высушить их. Когда они перестали блестеть и стали тускло-черными, она закрыла книгу.

— А теперь, — сказала она, — пойдем посмотрим, как гости съезжаются на бал.

*

Элси была неважной танцовщицей, но ей нравилось танцевать с Эймосом, грациозным и точным. Контрданс был энергичным, и в конце они покинули зал, тяжело дыша от усилия.

Залы собраний сегодня выглядели совсем не так, как когда Элси использовала их для своей воскресной школы. Именно таким это место и задумывалось. Полным музыки и болтовни, с вылетающими пробками, наполняемыми, осушаемыми и снова наполняемыми бокалами. Но она предпочитала, когда единственными обитателями здесь были бедные дети, жаждущие знаний.

— Ну вот, я и в тюрьме побывала, — сказала она Эймосу. — Впервые в жизни.

Он рассмеялся.

— Я давно знаю Сэл. Она очень любила своего первого мужа, Гарри, и я рад видеть ее снова счастливой.

— Вы добрый человек, Эймос.

— Иногда.

Она знала, что Эймос смущается от комплиментов, поэтому быстро сменила тему.

— Мне жаль, что Сократовское общество пришлось прикрыть.

— Спейд и пастор Мидуинтер считают, что так лучше.

— Какая жалость.

— Осталось немного денег, и они собираются на них основать книжный клуб.

— Что ж, это уже что-то, хотя тем, кто не умеет читать, это не поможет.

— Напротив, мужчины вступают в него, чтобы научиться читать. — Он посмотрел ей через плечо, и его лицо изменилось.

Она обернулась, чтобы увидеть, что привлекло его внимание. Джейн Мидуинтер разговаривала с Нортвудом. «Могла бы и догадаться», — подумала Элси. Она услышала, как Джейн сказала:

— Пойдем к буфету, съешь что-нибудь, прежде чем пить еще шампанское. Не хочу, чтобы ты опозорился.

Такое могла бы сказать жена или невеста.

Элси снова повернулась к Эймосу и спросила:

— Что вы будете делать, если Джейн выйдет замуж за Нортвуда?

— Она не выйдет. Граф не позволит.

Она настаивала.

— Но что бы вы сделали, если бы это случилось?

— Не знаю. — Эймос выглядел неловко. — Ничего, полагаю. — Он оживился. — Идет война, и Нортвуду рано или поздно придется сражаться. Если его убьют в бою, Джейн снова будет свободна.

Это было бессердечно, что не походило на Эймоса.

— Значит, вы бы просто ждали и надеялись.

— Вроде того. Прошу прощения. — Он оставил ее и последовал за Джейн и Нортвудом.

Отчаяние навалилось на Элси. Для нее не было надежды. Эймос останется верен Джейн, даже если она выйдет замуж за другого.

Пора было взглянуть правде в глаза.

«Мне двадцать два года, и я не замужем, — подумала она. — Все, чего я хочу, — это дом, полный детей. Бель Марш теперь Бел Хорнбим, а Дебора Хорнбим — Дебора Риддик, и у них, вероятно, скоро будут дети, а я все еще цепляюсь за мужчину, который любит другую.

Я не собираюсь превращаться в старую деву. Я должна забыть об Эймосе».

Она взяла бокал шампанского, чтобы подбодрить себя.

*

Арабелла Латимер выглядела восхитительно в рыжевато-коричневом платье из одного из кашемиров Спейда. Лиф со сборками и высокая талия подчеркивали ее пышную грудь. Спейд едва мог отвести от нее глаз.

— Если мне удастся уговорить оркестр сыграть вальс, вы потанцуете со мной? — спросил он.

— С удовольствием, — ответила она. — Но я не умею.

— Я вас научу. Я научился в Лондоне. Это легко. Будет много тех, кто только учится — в Кингсбридже его еще не танцевали.

— Хорошо. Надеюсь, духовенство не сочтет это возмутительным.

— Они любят возмущаться. Это их будоражит.

Спейд подошел к эстраде и, когда текущий танец закончился, показал капельмейстеру серебряную крону — монету в пять шиллингов — и спросил:

— Можете сыграть вальс?

— Конечно, — ответил капельмейстер. — Но не думаю, что олдермену Хорнбиму это понравится.

Это разозлило Спейда, но он заставил себя улыбнуться.

— Мистер Хорнбим не всегда добивается своего, — сказал он, сдерживая раздражение. Он поднял монету. — Решать вам.

Капельмейстер взял деньги.

Спейд вернулся к Арабелле.

— Движение такое: раз-два-три, раз-два-три. Вы делаете шаг назад левой ногой, затем в сторону и назад правой, а потом сводите ноги вместе, как те иностранцы, что щелкают каблуками при поклоне.

Он встал перед ней, не касаясь, и они вместе повторили шаги.

Арабелла быстро все поняла.

— Это и вправду несложно, — сказала она.

Ее глаза горели, и она была полна нетерпения. Спейд начал думать, что, возможно, она влюблена в него так же сильно, как и он в нее.

На них почти не обращали внимания. На таких балах часто можно было видеть, как люди учат друг друга сложным шагам строго поставленных танцев, вроде котильона, в котором участвовали четыре пары в каре, касаясь лишь рук друг друга.

Аллеманда подошла к концу, и в музыке наступила пауза. Обычно капельмейстер объявлял следующий танец, чтобы люди могли приготовиться, но на этот раз он промолчал, возможно, опасаясь, что вальс остановят, не дав ему начаться, и ему придется вернуть пять шиллингов. Музыка заиграла без объявления, но этот ритм «раз-два-три» нельзя было ни с чем спутать. Люди в толпе выглядели озадаченными незнакомой мелодией.

— Начинаем, — сказал Спейд. — Положите правую руку мне на левое плечо.

Он положил руку ей на талию, мягкую и слегка теплую. Другую ее руку он держал на уровне плеча. Их тела соприкоснулись.

— Это очень интимно, — сказала она. В голосе ее не было и тени упрека.

Спейд сделал первый шаг, и она плавно подстроилась. В мгновение ока они вальсировали так, будто делали это уже много раз.

— Мы танцуем одни, — сказала Арабелла.

Спейд заметил, что гул разговоров и смеха несколько поутих, и многие смотрели на него с женой епископа. Он начал сомневаться, не было ли это ошибкой. Он не хотел, чтобы у Арабеллы возникли неприятности с мужем.

Он заметил, что Хорнбим смотрит на него с яростным выражением лица.

— Ох, Боже, все на нас смотрят, — сказала Арабелла.

Спейд держал в объятиях свою любовь и не хотел прекращать танец.

— К черту их всех, — сказал он.

Она рассмеялась.

— Глупец, я вас обожаю.

Тут Дебора Хорнбим вытащила на паркет Уилла Риддика, а брат Деборы, Говард, последовал за ней со своей новоиспеченной женой Бел; и обе пары начали вальсировать.

— Слава небесам, — сказала Арабелла.

Спейд посмотрел на молодых Хорнбимов и сказал:

— Они репетировали дома. Спорю, Хорнбим об этом не знал.

К ним присоединились и другие пары, и вскоре уже сотня человек вальсировала или пыталась это делать. Почувствовав себя увереннее, Спейд притянул Арабеллу ближе, и она ответила, прижавшись к нему, пока они кружились по залу. Она прошептала ему на ухо:

— О боже, мы же как будто трахаемся.

Спейд счастливо улыбнулся.

— Если вы думаете, что это напоминает трахание, — пробормотал он, — значит, раньше вы делали это неправильно.

*

Вальс закончился, и капельмейстер объявил котильон. Кенелм пригласил Элси, и она согласилась. Он вел ее хорошо, и она подумала, что ее неловкость не слишком заметна. После танца он сказал:

— Давайте выпьем шампанского.

Это был ее третий бокал, и она расслабилась.

— Вы много танцевали в Оксфорде? — спросила она.

Кенелм покачал головой.

— Женщин не было. — Затем он добавил: — Во всяком случае, тех, с кем стал бы танцевать будущий священник.

— Прекратите, — сказала она.

— Что прекратить?

— Осуждать. В этом нет ни капли обаяния. Вы священник, все и так полагают, что неподходящие женщины вас не интересуют. Не нужно это подчеркивать.

Он обиженно нахмурился и, казалось, готов был возразить, но потом замялся и задумался.