Я не бог. Книга XXXIV (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 11

— Я это прекрасно понимаю, — кивнул я. — Но у меня есть методы уничтожения мелких божеств. И судя по всему, они уже не спешат захватить моих детей. Люся, ты же видела, что одно божество просто сгорело.

— Да, это так, — согласилась женщина. — Хоть это и невероятно. У ребенка вообще не должно быть никакой магии. По крайней мере, в его возрасте. Они уже инстинктивно пользуются защитными барьерами.

— Но мы позвали тебя не только затем, чтобы сказать про высокий потенциал. Необходимо очень аккуратно следить за их ментальным контролем. Сейчас в них чрезмерное количество энергии. Они могут навредить сами себе.

— Я вас поняла… — Лора появилась рядом. И судя по ее лицу, у нее был план. — Постараюсь решить эту задачу.

— Надеемся на тебя, Миша, — кивнула Люся, и обе женщины отправились к моим женам.

Болванчик передал, что скоро сюда прибудет Петр Романов с супругой. И надо было хоть немного подготовиться. Но у Лоры было, что сказать.

— У меня есть идея.

— Выкладывай.

— А что если мы временно запечатаем большую часть сил у ребятишек? Мне надо побольше времени, чтобы узнать все детали, но, возможно, я смогу закупорить их силы и оставить только защитные функции. Но опять же, надо посмотреть…

Эта идея мне понравилась. Щиты защитят детей даже от божеств, и при этом, если они вдруг захотят совершенно случайно что-то взорвать, у них это не получится.

— Тогда после встречи попробуем, — кивнул я.

Неужели все налаживалось? Наверное, рано думать об этом.

Я направился к выезду, чтобы встретить Романовых, но в кармане начал играть телефон.

— У аппарата.

Разумеется, мне уже было известно, кто звонит. И если это сам король Англии, то почему я должен отказывать себе в удовольствии немного над ним поглумиться?

— С вами говорит секретарь короля Англии, Вильгельм Смитсон.

— Замечательно, а по какому поводу?

Я даже позволил себе немного замедлить шаг.

— Англия хочет временное перемирие в сегодняшней войне.

— А почему мне звонит какой-то секретарь вместо самого короля? — было даже забавно слушать, как они пытаются сохранить остатки гордости.

— У него полно других дел. Давайте по существу…

— Нет уж, неуважаемый Вильгельм Смитсон. Я буду говорить только с королем Англии. Думаете, мне неизвестна причина вашего звонка? Вы что, сказочно тупой секретарь? Если через минуту мне не перезвонит сам король Англии, то боюсь, потом некому будет звонить, и мне придется взять под контроль вашу страну.

После чего я отключился.

— А ты тот еще переговорщик, — услышал я мысли Валеры.

— Теряешь хватку. Король Франции был более обходителен.

— Ну… Просто мне понравился Биг-Бен и мне не хотелось его разрушать. Там так, только парочку военных баз…

Телефон опять зазвонил.

— Слушаю?

— Это Карл Восемнадцатый. Король Англии. С кем имею честь?

Видимо, Валера и впрямь не сильно там повеселился.

— Король Сахалина, Михаил Кузнецов.

— Я требую установить временное перемирие на границе нынешнего ведения боя, в противном случае…

— Ого! Какая наглость! Откуда столько гонору? — перебил я его. — Давай так, король Англии. Вы мне уже как-то изрядно насолили своим Холмсом с его играми в детектива. Теперь объединились с Северной Империей. И ты хочешь еще устанавливать правила? Ну уж нет. Я убью всех твоих солдат на моей территории, если таковые остались. Прибудут еще, я и их убью. Но это ты уже не узнаешь. Мой человек сейчас рядом с тобой и стоит мне попросить, он без особого усилия разрушит и твой замок, и твою страну.

— Один в поле не воин, — попытался возразить напыщенный король, но послышался глухой удар и писк. — Как ты смеешь⁈ Я король Англии! — и опять глухой удар. Затем трубку вырвали, и я услышал голос Валеры.

— Мишаня, он меня утомляет. Подзатыльники не работают… Может, нахрен его?

— Дай трубочку, последняя попытка…

Вскоре я опять услышал правителя Англии.

— Уважаемый Карл. У вас последний шанс поступить благоразумно, на благо своей же страны, и не посылать больше солдат. Если вы на это согласны, то вечером я направляю вам счет и сумму, которую вы должны уплатить до конца месяца. И мы с вами будем в хороших, товарищеских отношениях!

— Вы смеете просить…

— Да, смею, — спокойно ответил я. — Напомню, что произойдет, если вы откажетесь. Мой товарищ вас убьет и захватит власть. Поверьте, опыта у него куда больше, чем у всей вашей родословной. Я объявлю Англию частью своей страны. И так или иначе получу свои деньги. Выбор за вами.

— Вы блефуете…

— Миша, дорогой, — услышал я голос Лоры. — Он просто не пробиваем. Хватит с ним сюсюкаться! Я понимаю, что Англия будет для нас сейчас в тягость, но лучше так, чем общаться с таким бараном.

— Да нет, уж лучше с ним, чем подвергать стольких людей смене власти и государства…

И тут же я поставил точку в разговоре.

— Ответа я не услышал. Передай трубку моему человеку…

— Постойте! — голос Карла немного дрогнул. — Я согласен… Могу я отозвать своих людей?

— Боюсь, уже некого отзывать.

— Хорошо. Я вас понял. Всего хорошего, — и первым положил трубку.

Вот так еще одна страна вышла из войны. Пока только на словах. Хотя мне и этого было достаточно.

— Валера, — связался я с ним через внутреннее хранилище. — До вечера побудешь там? Погуляй! Говорят, сейчас там красиво! А потом можешь полететь в Речь Посполитую, если они еще не сдадутся.

— Да я бы уже закончил эти путешествия, — ответил Валера. — Надоело. Это последняя страна, Миша. Наездился. У меня ощущение, что я пропустил все веселье.

Глава 6

Бытовые дела никто не отменял

Я сидел в своем кабинете гостевого дома, опираясь локтями о массивный дубовый стол. За окном, в туманной дымке, виднелся лес. Мысли метались между сводками с фронтов, донесениями о потерях и одним-единственным неотступным желанием побыстрее все это закончить.

Передо мной сидел Петр. Закинув ногу на ногу, он рассматривал данные с передовой. В дверь постучались, и тут же вошла почти вся делегация. Впереди Эль с папкой под мышкой. Рядом с ним Софья Андреевна и Арина Родионовна. За ними Надя с каким-то особенно сияющим, несмотря на все тяготы, лицом. И завершала делегацию Мисс Палмер с ее вечно невозмутимым выражением лица. Так же в комнату проскользнул кот Васька, чем очень удивил Романова.

Поприветствовав всех, мы начали. Первым заговорил Петр.

— Михаил, я понимаю, ситуация сложная. Но каждый день промедления играет против нас. Надо действовать на опережение.

Я посмотрел на него. Глаза горели фанатичным огнем. Отомстить отцу, разгадать загадку его бессмертия — вот что стало для него смыслом последних месяцев.

— Понимаю, — сказал я тихо. — Но вы сами сказали, что ситуация сложная. Речь Посполитая и пруссаки еще ошиваются у наших берегов. Отправить вас сейчас — все равно что подписать вам смертный приговор. Сейчас Петр Первый только этого и ждет. Что-то мне подсказывает, что эта война началась как раз для того, чтобы отсрочить поиски разгадки.

Он сжал кулаки, но кивнул. Романов был солдатом и понимал стратегию.

В этот момент Надя не выдержала и, нарушив протокол, воскликнула:

— Михаил! Поздравляем! У тебя сын и дочь! Это просто невероятная радость! Передай Маше и Свете поздравления от нас.

На мгновение все забыли о войне и долгах. По лицу Эля расплылась улыбка. Даже суровая Арина Родионовна смягчилась.

— Спасибо, Надя, — я чувствовал, как камень на сердце на миг становится легче. — Это лучшая новость за последние месяцы. Обязательно передам.

Но долг был безжалостен. Я перевел взгляд на Софью Андреевну и Арину Родионовну.

— Теперь о менее приятном. Отчет.

Софья Андреевна вышла вперед, открыла свой портфель.

— Михаил, цифры безрадостные, но не катастрофические. Основные убытки — разрушенная инфраструктура в портах Корсаков и Холмск. Верфи, склады. Предварительная оценка — тридцать миллионов. Потери казны от прекращения торговли — еще пятнадцать.