Химмурин: наследие богини - Бакст Ника - Страница 2

Я села в кровати и опустила ноги на холодный дощатый пол. Со мной часто происходили такие вещи, мне снились странные и страшные сны, иногда посреди дня будто выпадала из реальности, но я научилась правильно выходить из этого состояния. Надо концентрироваться на каких-то вещах. Трещины в потолке. Доски на полу. Ткань постельного белья. Все это помогло справиться мне с этим состоянием.

Протерев сонные глаза, я вышла на кухню. Половицы скрипели под моими ногами, поэтому подкрасться к младшему брату не получилось. Он завтракал за столом, но услышав характерный скрип, какой всегда сопровождал наши шаги по дому, тут же обернулся и улыбнулся. Аллен не смог бы притвориться злым даже если бы сильно этого захотел. Один взгляд на этого ребенка, и все беды теряют свой пугающий оскал.

Я потрепала его волосы, роскошные светло-русые локоны, как у его матери, переливались, словно золото, когда на них падали солнечные лучи. Мальчишка унаследовал всю свою красоту от Крои за исключением глаз темно-каштанового цвета, которые достались ему от отца – второго мужа Крои, который умер семь лет назад от заражения крови. Я наклонилась и поцеловала Аллена в лоб.

– Доедай и идем на занятия, – сказала я и отправилась к умывальнику. Надо было ополоснуть лицо холодной водой, чтобы прийти в себя. Впереди последний рабочий день на этой неделе. Надо постараться, чтоб со спокойной душой отправиться на выходные.

Я надела лэйну и платье с короткими рукавами поверх, которое сшила собственными руками. Я еле раздобыла изумрудную ткань, пришлось сделать немало украшений, чтоб заполучить такой материал.

По пути к особняку леди О`Рейли, у которой мы вместе с Кроей работали, я завела Аллена на занятия. Там их учили письму, чтению, счету. Детям очень повезло, потому что в город не так давно приехал один человек, который возложил на себя воспитание подрастающего поколения и, надо сказать, подходил к своей работе он очень ответственно. Когда я была ребенком, нас некому было обучать. Кроя научила меня всему, что знала сама.

Большой особняк леди О`Рейли находился на окраине города. Она являлась самой богатой и, что никогда не казалось мне странным, одинокой женщиной в городе. Многие мужчины старалась завоевать ее сердце, но ни у кого не получалось. Мне даже закрадывалась мысль, что, возможно, мужчины ее вовсе не интересовали.

Ее большое поместье стояло поодаль от всех домов. Надо было пройти через небольшую рощу, поэтому я подняла свое красивое платье, чтоб не испачкать в грязи. После дождей тропинку совсем размыло. Самой леди О`Рейли не было в поместье, только слуги. Каждый раз, как в первый, я разглядывала этот дом и мечтала, что когда-нибудь у меня будет такой же или даже лучше. Высотой он был в три этажа с темно-синей крышей и лианами, обвившими стены. Со всех сторон поместье было окружено лесом, он служил естественным забором. На заднем дворе была потрясающая лужайка, где я любила в отсутствие хозяйки дома лежать и наблюдать за плывущими по небу облаками.

Я прошла через небольшой сад с яблоневыми и грушевыми деревьями. Я даже взяла несколько веточек, чтобы посадить в собственном садике рядом с домом. Леди разрешила мне брать у нее любые цветы и плодовые ростки, какие мне нужны. А я так любила растения, что даже из вежливости не отказалась.

На крыльце меня встретили два пса леди О`Рейли, они всегда так радостно выбегали к гостям. Я предполагала, что они скучают по хозяйке, пока та в разъездах, поэтому резвятся с работниками и прислугой особняка.

Как только я открыла дверь, мои ноздри наполнились невероятными ароматами. Это Кроя готовила на кухне. Она работала кухаркой у леди. На самом деле, будь я так богата, я бы платила очень много за такую еду, потому что вкуснее, чем Кроя, не готовит никто. А какая выпечка у нее получается! Это что-то невероятное.

Кроя стояла у столешницы, умело нарезая овощи. Ее роскошные волосы были туго затянуты в пучок на затылке, на талии был повязан фартук. Она напевала себе что-то под нос, когда я застала ее врасплох и обняла сзади, положив подбородок ей на плечо.

– Ах ты ж! – всплеснула руками Кроя, отчего несколько соломинок моркови упали на пол. – Решила довести меня?

– Прости, – я схватила свежевыпеченную булочку на столешнице и перекинула из руки в руку, потому что она оказалась слишком горячей.

– Выспалась? – улыбнулась Кроя, не отвлекаясь от своего занятия. – Я встала пораньше, чтоб успеть приготовить обед к приезду леди.

– Она приезжает сегодня? – я откусила булочку с джемом из смородины и закатила глаза от удовольствия.

– Да.

– Тогда займусь работой.

Пережевывая на ходу, я направилась к двери, ведущей в холл большого особняка. Мраморный пол был начищен и сверкал, Авелин постаралась на славу. Поэтому псы на улице: обычно они бегают по дому, но Авелин их выгнала, чтобы они не мешали ей и не разводили грязь.

– Сиара! – окликнула меня Кроя. Я тут же обернулась и вопросительно взглянула на мачеху. На самом деле, у меня язык не поворачивался назвать Крою мачехой, потому что с раннего возраста она заменяла мне мать и за столько лет никак иначе я воспринимать ее не могу, ведь свою родную мать я даже не помнила. – У тебя все хорошо? Ты какая-то невеселая.

– Да, просто опять сон снился.

– Какой?

– Пожар. Будто все горит.

– Это плохо?

– Только если верить моим снам, – пожала плечами я. Я не верила и считала некоторые совпадения обычной случайностью. Хотя Кроя всегда мне говорила, что случайности не случайны. – Не волнуйся. Все хорошо.

Я вошла в холл и отправила в рот остатки булочки. Как раз в этот момент по винтовой лестнице с резными белыми перилами спускалась Авелин. Она будто хозяйка этого дома, а не прислуга: такой статной и красивой была девушка. Даже когда наклонялась к ведру с водой, она держала осанку. А чего только стоили ее карие глаза и копна белокурых волос!

Я улыбнулась подруге, стараясь как можно быстрее дожевать булочку. Авелин цокнула языком:

– Так вот кто тут крошит, пока я таскаюсь с тряпкой и ведром.

– Ни одна крошка не покинула моего рта! – с набитым ртом пробубнила я. Авелин рассмеялась и поставила ведро рядом с перилами, сама же вытерла проступивший на лбу пот тыльной стороной ладони.

– Погода стоит хорошая, надо ловить первые теплые деньки, – вздохнула Авелин, мечтательно вглядываясь в просторные луга, на которые открывался вид через большие окна в холле за лестницей.

– Верно, надо вечером прогуляться. Пойдем?

– Конечно, – кивнула Авелин, будто и не слышала меня вовсе. Но через секунду ее взгляд перестал быть стеклянным, она взглянула на меня и обворожительно улыбнулась. – Конечно.

– Хорошо. Зайдешь за мной?

– Да.

Я отправилась по лестнице наверх, на второй этаж. Комната, в которой я коротала рабочие дни не отличалась большими размерами, но то, что хранилось в ней, было ценнее всего содержимого дома. Леди О`Рейли заработала целое состояние на добыче и обработке драгоценных камней, а я работала у нее мастерицей, создавала украшения, которые она продавала и отдавала мне процент.

Мне нравилось работать с драгоценностями, потому что в создании украшений я могла использовать всю свою фантазию. Иногда у меня было цветочное настроение: я могла целыми днями заниматься брошью с фианитами в виде лилии. Не менее я любила делать украшения в виде насекомых. Моими фаворитами были пчелы и шмели, они особенно хорошо получались. Однажды я сделала кольцо с пчелой, за который получила такой хороший процент, что мы смогли починить крышу в доме и даже купить корову. А иногда мне хотелось изображать чудовищ. Разных клыкастых и рогатых монстров, змееподобных женщин и драконов. Но леди запретила мне переводить камни на это, потому что никто не хочет носить броши и кольца с чудовищами. Наверное, потому что они носят этих чудовищ внутри себя, подумала я тогда. Кроя говорила, что иногда я слишком жестока к окружающим. Но я не жестока, я справедлива, так мне казалось.