Я до сих пор царь. Книга XXXII (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 12

— Блин, они крутые, — вздохнул Борис. — Хотелось бы, конечно, посмотреть, как они сражаются.

— Да… — кивнул Стас. — Эта компания мощная…

— Так а чего не познакомитесь? — удивился я, смотря, как Аня проверяла натяжение лука.

И все же должен отметить, что в мое отсутствие они явно обзавелись деньгами. Материалы из Дикой Зоны приносят много денег, а значит, и новое обмундирование, подогнанное под них, оружие, новые артефакты. Собственно, так было у всех, кто был Специалистом.

— Они же друзья того самого Кузнецова? — шепотом спросил Альберт.

— Говорят, что да, — кивнула Ника и обратилась ко мне. — Миша, а ты видел Кузнецова?

— Ну… Было дело. Но лично с ним не знаком, — соврал я.

— Я слышала, что он был что-то вроде гангстера…

— А мне парни с прошлого года сказали, что он подмял под себя весь город, — ответил Борис.

— Он же спасал от прорыва институт несколько раз, и когда его разрушили, говорят, там были его питомцы… — ответил Стас. — Миша, у него реально несколько питомцев?

Я же боялся ответить что-то лишнее, не выдав себя. Неужели обо мне и вправду ходит такая молва, что я почти мифическое существо? Что им говорят те, с кем я учился? Даже интересно было послушать еще сказок.

— И они постоянно ходили вместе, — кивнул Стас на группу Марка. — Еще с ними был младший сын из Рода Есениных! И дочери Кутузова и Нахимова!

— Точно! Я тоже про это слышал! — кивнул Боря. — Блин, хоть бы одним глазком посмотреть на этого парня!

— Дак ты ж зассышь даже смотреть на него! — рассмеялась Ника.

— А сама то? — фыркнул пухляш.

— А мне папа рассказывал, что он в одиночку уничтожил все банды в Широково. И доставки еды его. И еще он занимается мусором… — выпалил Альберт.

— А твой отец лично с ним знаком? — удивился я.

— Не знаю, — честно признался парень. — Моя мачеха работает с представителем из его рода.

— О как? — удивился я. — А кто твоя мачеха?

— У нее свой модный дом. Может, слышал, графиня Кантемирова-Пожарская? У нее работает одна из моделей из рода Кузнецовых.

Тесен ли мир? Кажется, да, очень тесен. Виктория после того, как на нее было совершено нападение и ее сердце разбил Шерман Холмс, решила всерьез заняться своей личной жизнью. И даже Алиса ничего не сказала по поводу того, что она успела выскочить замуж за какого-то аристократа. Хотя они почти каждый день созваниваются. Или просто меня не поставили в известность.

— Вообще удивительно, что она нашла в моем отце, — продолжил Альберт. — Чтобы графиня взяла в мужья простолюдина…

— Так ты не из знати? — удивился я.

— Нет, это же не проблема? — аккуратно спросил он.

— Конечно нет. Тут все равны!

— Ладно, пошли, — Стас махнул рукой, и мы направились к распределителю.

Открытие машинного завода в Подмосковье.

— Таким образом, график роста показывает аж десять процентов через год! — поднял бокал директор завода, стоя на сцене перед публикой. — Для нас большая честь приветствовать на открытии в присутствии самого царя Российской Империи! Петра Первого! Поприветствуем!

Зал разразился овациями, и Петру показалось, что они даже чересчур яркие.

— Переигрывают, — про себя проговорил он, но встал и поприветствовал всех присутствующих.

После завершения официальной части он недолго поговорил с представителями знати. Дал добро на развитие экспорта и покинул мероприятие через запасной выход.

Его лимузин с охраной уже ждал. Помощник открыл дверь и сел следом за своим начальником.

— Как обстоят дела с ликвидацией поместья Кузнецова? — тут же спросил Петр, как только двери закрылись.

— Ваше величество, так мы же…

— Я не про это, — вздохнул Романов. — Что с оставшимися участниками?

— Их постепенно ликвидируют. Уже были убиты два из четырех посредников. Думаете, это Кузнецов?

— Наплевать, кто это. Уже не наши проблемы. Главное, мы его спровоцировали. У него есть большинство козырей на руках, и скоро они отправятся за последней частью пазла, — глядя на снежный город, царь на секунду закрыл глаза.

Ему нравилось это ощущение. Затишье перед бурей. Все становится как будто в порядке. Нет преступлений. Враги и друзья тоже не высовываются. Эти мелкие проблемы с ликвидацией посредников тоже были запланированы. Даже больше… Петр сам распорядился оставить подсказки в надежде, что кто-то из людей Кузнецова их найдет. Так и вышло.

— Связи меня с начальником жандармерии по Москве.

— Слушаюсь.

Через несколько секунд в трубке послышался сонный мужской голос.

— Ваше величество?

— Спишь? — спросил Петр.

— Никак нет, Ваше величество! Работаю!

— Ага, как же… — вздохнул Петр. — Скажи-ка мне статистику экономических преступлений за последние два месяца.

— Так… Секунду… Ага вот, значит, за последние два месяца процент экономических преступлений снизился на двадцать процентов.

— Как там тебя?

— Гоша… Ой, Георгий…

— Гоша, не заставляй меня сердиться. Я не собираюсь тебя ругать или убивать, или еще что. Просто скажи мне как есть. Без прикрас.

— Ну… — он пару секунд ломался, думая, что ему за это будет, и все же выпалил: — Девять процентов.

— Вот можешь же, когда захочешь. Значит, ты меня понял. Мне важна честность. Это была твоя последняя оплошность. Еще одна, и по первому каналу покажут твой арест. Все понял?

— Так точно! Ваше Величество! Больше такого не повторится! Бес попутал!

— Смотри, чтобы это был только он… — после положил трубку.

Остаток пути они ехали молча. Перед самым Кремлем в кармане у Петра зазвонил мобильный, по которому с ним связывались только высшие члены его организации. А если так, значит было что-то действительно серьезное.

— Неужели Кузнецов что-то учудил? — ухмыльнулся Романов, отвечая на звонок. — Слушаю?

— Господин, тут у нас человек из Российской Империи. Говорит, что был преподавателем в КИИМе.

— Я его с этим поздравляю. Ближе к делу.

— Он говорит, что у него есть кое-что важное, касательно Кузнецова Михаила.

— Вот как? — даже бровью не повел Петр. — И что это?

— Он не говорит. Хочет встречу с начальством.

— Он рядом с тобой?

— Да, господин.

— Дай ему трубку.

Послышалось шуршание и через мгновение раздался более грубый голос.

— Слушаю, — раздался уверенный голос.

— Представьтесь, — сказал Петр.

— Буслаев Леопольд Викторович.

— Какая у вас информация касательно Кузнецова?

— Боюсь, не по телефону. Может быть опасно.

— Вот как? — удивился Петр. — И почему же? Этот телефон не знает никто посторонний. И то, что вы по нему говорите, уже делает вас потенциально тем, кто не доживет до завтра.

— Как раз, чтобы избежать проблем, я и хочу встретиться с вами лично. Зная Кузнецова, ему вполне по силам подслушивать ваш телефон. Даже сейчас.

— Вы знаете, кто я?

— Да, царь Петр. — голос Буслаева звучал уверенно, и Петра это заинтересовало.

— Вы либо глупец, который не понимает, с кем связался, либо очень отчаянный человек, которому нечего терять…

— Или тот, у кого есть свои цели, и он хочет их выполнить любой ценой, — перебил его Буслаев. — То, что я знаю о Кузнецове, не знает никто. И это вам точно понравится.

— Что ж, хорошо. Буслаев Леопольд Викторович, я дам вам шанс меня заинтересовать. Через десять дней будьте в Валахии. У меня там назначен визит к местному правителю. Если же нет…

— Не стоит меня запугивать, ваше величество, я знаю, на что иду. И вполне понимаю риски. Увидимся в Валахии, — после чего сам отключился.

Романов несколько секунд смотрел на трубку, не понимая, что сейчас произошло. С ним говорили, так как никто не осмеливался, по крайней мере, триста лет. Ну и не считая Кузнецова, который априори казался психом.

— Господин? — окликнул его секретарь. — Хорошая новость?

— С чего ты решил?

— Вы улыбаетесь.

Петр посмотрел в отражение в стекле. Он действительно улыбался. По настоящему. Это было из-за того, что с ним не говорили уважительно, или по тому, что у него скоро, возможно, будет еще один джокер в рукаве?