Я все еще царь. Книга XXXI (СИ) - Дрейк Сириус - Страница 29

— Это нормально. Со временем пройдет, — похлопал его по плечу и тише добавил: — Или ты будешь мучиться так всю жизнь…

— Что? — выпучил он глаза. — Вы же пошутили?

— Кто знает, Коля, кто знает… — загадочно добавил я. — Ладно, удивим наших гостей красивыми видами моего царства, — повернулся к остальным. — Пристегнитесь, возможна турбулентность.

— Турбу… что? — не понял Фанеров, но послушно застегнул замок на кресле.

Машина затряслась и… начала взлетать.

— Так! — воскликнул Федор. — Это что за шутки? Мы поднимаемся!

— Я слышал что-то подобное… — добавил Онегин. — Но вживую не видел… Удивительно…

— Больше скажу, — решил похвастаться я. — У меня почти все государственные машины умеют летать.

— Н-да… — вздохнул Толстой и рассмеялся. — Сахалин изведан только на пять процентов.

Летели мы недолго. Под нами были заснеженные деревья, редкие горы. Пролетели над небольшой деревней. Из нескольких домов шли столбики дыма. Одним словом — красота.

У меня же появлялось ощущение, что тут я чувствую себя как дома. Да, жить в Москве или Широково мне нравилось. И там тоже был мой дом… Но тут… Как будто приехал к родителям на дачу, где спокойно, тихо и уютно. Только это был целый остров.

На Сахалине уже была глубокая ночь. Большинство окон в городе темнели. Свет горел разве что в администрации и гостинице, перед которой мы и приземлились.

— Так, я вас провожу, — вылезая из машины, сказал всем присутствующим.

Когда мы зашли в холл, то там был небольшой сюрприз.

На диванах сидели Петр Романов, Софья Андреевна и Виолетта. Дамы тут же соскочили, как только мы вошли. Старушка кинулась на шею своему супругу, а та, что помоложе, сперва тоже хотела прыгнуть Антону на шею, но в конце остановилась.

— Привет… — неловко произнесла Виолетта.

— Я очень рад тебя видеть, — улыбнулся Антон и первым обнял свою девушку. Она не выдержала и расплакалась от счастья.

— Ой, ну прям мелодрама. Встреча героев! — фыркнула Лора. — Хочешь, я тебя каждое утро так буду обнимать? Даже плакать могу.

— Не завидуй! — ответил ей. — Они боялись, что больше никогда не встретятся.

Когда все обнимания и приветствия были закончены, к нам подошел Петр Романов.

— Рад, что с вами все в порядке! — улыбнулся он и каждому пожал руку.

— Ваше Величество, — поклонился Онегин. — Рад, что вы в добром здравии.

— Можно не так формально, Женя, — улыбнулся он. — Я теперь не царь, — и посмотрел на всех. — Господа, вы проделали большой путь. Хорошую работу и сделали все верно! У нас теперь появился реальный шанс побороться с моим отцом.

— Я убил Гоголя, — ляпнул Фанеров, гордо выпятив грудь.

Петр посмотрел на него с легким недоумением и удивлением.

— Простите, молодой человек, а кто вы?

Честно сказать, я бы тоже не сразу узнал в этом заросшем щетиной, грязном парне того самого Евгения Фанерова. Грозу всех японских девушек.

— Я, Евгений Фанеров. Сын Георгия Фанерова! — громко произнес он.

— Вот как! — с интересом произнес Петр наклоним голову набок. — Что ж, у меня для тебя есть хорошая и плохая новость.

Тут даже мне стало интересно.

— Тогда я выбираю начать с плохой, ваше величество!

— Хорошо, — вздохнул Петр. — Но не стоит так кричать в следующий раз. То, что ты убил Гоголя, это похвально и… Да чего уж там, это удивительно. Произошло это случайно, или у тебя действительно…

— Случайно, — расплылся в улыбке Фанеров. — Чистая случайность!

— В общем, Гоголь был братом моей супруги, Ольги, и я бы не рекомендовал тебе так громко кричать про это. Хоть она его и недолюбливала, но все же они семья… Так что… давай я сам ей скажу эту новость, ладно?

Фанеров тут же закрыл рот рукой и активно закивал.

— А что за хорошая новость? — спросил Федор, опередив Женю.

— Хорошая… — вздохнул Петр. — Георгий Фанеров выжил после покушения.

Я посмотрел на Женю. Он застыл и широкими глазами смотрел на Романова. Долго смотрел. Пока из глаз не потекли слезы.

— Спасибо… — тихо произнес он.

Теперь это был совсем другой Фанеров. Не тот шут, который постоянно кричит и бегает, создавая видимость действий. Это был ранимый парень, который очень любит своего отца.

Я помахал администраторше, и девушка быстро подошла к нам.

— Рассели, пожалуйста, всех в хороших номерах, — шепнул ей на ухо.

— У нас плохих номеров нет, — также шепотом ответила она.

— Найдется номер и для молодых? — кивнул я на обнимающихся Антона и Виолетту.

Девушка хитро улыбнулась и кивнула.

На этом я оставил гостей немного передохнуть, заранее договорившись, что мы встретимся с ними завтра во второй половине дня. Пусть хорошенько выспятся, поедят, отдохнут. Помоются, наконец.

Мы же с Данилой запрыгнули в машину с остальными и поехали в особняк.

И, конечно, как я и предполагал, нас ждала вся семейная банда. Даже Света с Машей не спали.

Трофим сиял, словно новогодняя елка. Рыцари прыгали с ноги на ногу на крыльце, но упорно не хотели заходить внутрь, пока мы не поднимемся.

— Что за праздник? — удивился я, когда мы с Данилой поднялись на крыльцо.

— Мы просто рады тебя видеть, дурачок! — обняла Маша.

Остальные закивали.

— Так, все в тепло! Я сегодня нагулялся на морозе! — сообщил всем присутствующим.

Мы зашли в дом, где меня ждал большой стол с едой.

— Ну то, начальник, — пихнул меня в бок Данила, — второй раунд?

Пришлось и тут не обидеть поваров.

— Все же ты погорячился, — в какой-то момент шепнул я водителю. — У Маруси еда вкуснее.

— Тупанул, — пожал он плечами.

Надя успела пожаловаться, сколько всего ей приходится учить и читать благодаря двум старушкам, которые решили сделать из нее эксперта мирового класса.

Рыцари хвастались, что теперь их тренировки стали более продуктивными из-за того, что у многих солдат появились такие же татуировки. Хоть не все еще научились ими пользоваться.

Боря же успел похвастаться, что в школе познакомился с девочкой, и они уже держались за ручки. От этой новости больше всего была рада Лора. Она подключилась к Еве и долго обнимала пацана, пока тот не понимал, что происходит.

Отсутствовали только Эль со своей сестрой да старушки.

В какой-то момент зазвонил домашний телефон.

— Ого, — удивился Трофим, вставая с места. — Кто это так поздно звонит?

Подойдя к телефону, он снял трубку и пару секунд молчал, потом отстранил трубку и позвал меня.

— Господин, вам звонит Петр Романов, — кивнул он и передал трубку.

— Наверное, что-то забыл сказать, — пожал я плечами и взял трубку.

Трофим вернулся к столу и продолжил застолье.

— Слушаю.

— Поздравляю, ты смог сбежать и убить моего верного подданного, — эти надменные и издевательские нотки я ни с чем не спутаю.

— Петр… И тебе не хворать… Зачем звонишь?

— Я то? — хмыкнул он. — Да просто поболтать хотел. Что, один царь не может позвонить другому?

— У меня тут семейный ужин, и мне не хочется портить его общением с таким, как ты. Лучше скажи, твои солдаты все вернулись? И сколько недосчитался?

— Ой, да это копейки, — вздохнул он.

— Тогда с чего ты вообще решил, что это я?

— Как с чего? Ты был замечал в Подмосковье.

— Но я на Сахалине.

— Ой, ладно тебе, Кузнецов, — вздохнул он. — Думаешь я не понял, что ты освоил портальные техники? У меня есть на тебя досье. У тебя способности ко всем предрасположенностям. Это формальность, что ты уже дома. Лучше скажи, Дункан передала документы?

— Передала, — кивнул я и насторожился.

— Вот и чудненько, — весело сказал он. — Тогда до скорого. Жди гостей. Пока.

Я не успел ничего сказать, как он положил трубку.

Последние слова мне очень не понравились. И это не про гостей…

Глава 15

Не всегда пещеры бывают уродливы

Наконец спокойная, размеренная жизнь.

После звонка Петра и возвращения из Москвы прошла неделя. Неделя обычных домашних забот, закрытий метеоритов в Дикой Зоне, царского правления и прочих мелких задач, которые, к слову, мне очень даже нравились.