Сломай меня (ЛП) - Такер К. А. - Страница 41

Я постанываю, притягивая его губы ближе, не решаясь сейчас взглянуть на Коннора.

Ронан задирает мою футболку, и прохладный воздух касается кожи. С другой стороны грузовика раздаётся тихое:

— Твою мать. — Теперь Ронан обнажил мою грудь перед Коннором.

О боже. Это действительно происходит.

— Всё ещё хорошо? — Ронан шепчет мне в губы.

Каким-то больным, испорченным образом моё сердце тает от его заботы о моём комфорте.

— Да. — И каким-то другим больным, испорченным образом то, как он меня обнажает, заставляет кровь бежать быстрее.

— Хорошо. — Он улыбается мне в губы, продолжая целовать и так властно касаться моей груди, что с моих губ начинают срываться тихие стоны.

А затем его рука опускается ниже.

Я судорожно втягиваю воздух, когда его пальцы скользят по моему животу к рабочим брюкам. Они останавливаются на пуговице, большой палец играет с ней. Он отрывается от моих губ — теперь опухших от такого внимания — ровно настолько, чтобы заглянуть мне в глаза, показать, как сильно он меня хочет.

А затем расстёгивает пуговицу и молнию. Я задерживаю дыхание, когда его пальцы скользят вниз, под трусики. Он просовывает палец внутрь меня.

Не могу поверить, что позволяю Ронану ласкать меня перед Коннором.

И не говорю ему остановиться.

Я попаду за это в ад?

Внутрь и наружу, медленно, ритмично, Ронан двигает пальцем, его дыхание учащается. Я становлюсь всё влажнее, пока звук не заполняет кабину. Придётся сменить трусики по возвращении.

— Хочешь кончить? — спрашивает Ронан у моих губ.

— Да, — шепчу я, потому что уже почти готова. Ещё несколько минут, и мои стоны наполнят грузовик. Я почти забыла, что у нас есть зритель. Коннор не проронил ни слова с тех пор, как увидел мою грудь.

— Ладно. Но нам нужно устроиться поудобнее.

Нам?

Вторая пара рук ложится на пояс, чтобы медленно стянуть одежду с бёдер, ниже колен.

Коннор поднимает мои ноги на сидение, сгибая, пока ботинки не упираются в его бедра.

Рука Ронана выскальзывает, чтобы раздвинуть меня.

Я пытаюсь справиться со своим волнением.

— Посмотри на него. Он очень этого хочет.

Собравшись с духом, я наконец перевожу взгляд на Коннора, он смотрит на мое тело тяжёлым взглядом, грудь вздымается от частого дыхания.

Ронан подносит палец — тот, что был во мне — к моим губам.

— Соси.

Я подчиняюсь, открываю рот и пробую себя на вкус, когда он глубоко вводит палец. Я не могу сдержать стон, когда он вынимает его и начинает лениво поглаживать мой сосок.

— Ты такая чертовски красивая, Эбби, — бормочет Коннор, поворачиваясь ко мне, его руки медленно скользят по внутренней стороне бёдер, раздвигая их ещё шире. Его взгляд прикован к моим глазам, словно он оценивает мою реакцию.

Часть меня хочет сказать ему остановиться, натянуть штаны и прекратить это безумие. Это голос совести, ангел на плече, шепчущий — что скажут люди, если узнают?

Но моё тело гудит от предвкушения.

Когда руки Коннора добираются до верха бёдер, большие пальцы ложатся по обе стороны моих опухших губ, а я всё еще не сказала ему остановиться, на его лице появляется странное выражение. Не могу объяснить. Это смесь шока, счастья и обожания.

Коннор вводит в меня два пальца.

— Она офигенная и такая мокрая, — бормочет Ронан, наблюдая, как его друг ласкает меня без намёка на ревность или собственничество, сосредоточившись на моей груди.

Большой палец Коннора находит клитор, и он начинает тереть его тоже. Ощущения его пальцев внутри и пальцев Ронана на соске почти невыносимы. Мои мышцы сводит судорога.

Коннор усмехается.

— Не смей, еще нет. — Наклоняясь, он накрывает мой клитор ртом.

Я вздрагиваю и стону, глядя на Ронана, пока Коннор сосёт клитор, и кровь приливает к тазу.

Ронан улыбается с выражением «я же говорил тебе» и снова целует меня.

Это слишком. Ронан целует меня, его руки на груди, язык Коннора между ног. Этого достаточно, чтобы свести с ума.

Через тридцать секунд я уже бьюсь в конвульсиях, стону и кричу, испытывая волну, подобной которой ещё не знала, все запреты исчезли.

Коннор садится, со стоном откидывая голову назад, его губы блестят от моей влаги. Он расстёгивает штаны. Мне даже не нужно смотреть, чтобы знать, что он возбуждён. Уверена, Ронан тоже.

— Он будет рад, если ты поможешь ему, — шепчет Ронан, добавляя: — Но только если ты сама этого хочешь.

Я сажусь и долго смотрю на Коннора, который ласкает себя, не отрывая взгляда от меня, полураздетой, хотя футболка уже сползла вниз. Он мне нравится, я испытываю к нему влечение, как и к Ронану, и после того, что он только что сделал, определённо чувствую себя в долгу.

К тому же, мне просто любопытно, каково это — быть с ним.

Поэтому я протягиваю руку и обхватываю его член, наслаждаясь тёплой, гладкой кожей и твёрдостью в ладони.

Он позволяет мне взять инициативу, приподнимает бёдра, чтобы стянуть штаны, просто чтобы обеспечить мне легкий доступ и дать как следует рассмотреть его. Он примерно такого же размера, как Ронан, но толще.

— Эбби… — стонет он.

— Да? — мягко поддразниваю я.

Сначала он протягивает руку, чтобы нежно коснуться моей щеки костяшками пальцев, а затем обхватывает рукой затылок. Он нежно притягивает мою голову к себе на колени.

Я не делала этого со времён Генри.

Отбросив эту мысль, я встаю на колени и наклоняюсь вперед, сначала обхватываю губами головку, затем беру его глубже. Он мягко подталкивает бёдра вверх.

Пока я занята Коннором, Ронан возится с моими ботинками, развязывает и стягивает их. Затем штаны и трусики, пока на мне остаётся только футболка. Коннор быстро стаскивает её через голову, заставляя меня прерваться на мгновение.

И вот я совершенно голая в служебном грузовике с Ронаном и Коннором. Дождь по-прежнему льет как из ведра, но стёкла уже запотели от нашего горячего дыхания.

— Чёрт, какая же ты идеальная. Невероятная, — с обожанием бормочет Коннор. За спиной слышу шорох одежды — Ронан расстёгивает ремень, затем штаны — и шуршание упаковки.

Затем он двигается у меня за спиной, поправляет бёдра, сталкивает левую ногу с сиденья, чтобы я стояла на одном колене, а бёдра были раздвинуты. Слава богу за широкие сиденья в этом грузовике, иначе у нас бы ничего не вышло.

Он пристраивается у входа, и я отрываюсь от Коннора как раз вовремя, чтобы вскрикнуть, когда Ронан входит в меня. Как я должна делать Коннору минет, пока Ронан трахает меня сзади?

— Ты справишься, Эбби, — говорит Коннор, будто читая мысли, и снова притягивает мою голову к себе. На этот раз я беру его полностью, стараясь сосредоточиться на нём, а не на твёрдом члене сзади. — Слегка зацепи зубами. Мне нравится.

Я делаю, как он просит, и он стонет.

Мы находим общий ритм, Ронан входит в меня, я беру Коннора в рот, двигаясь в одном направлении, чтобы избежать ударов. Коннор держит мою голову, Ронан — бёдра, и я не знаю, на чём сосредоточиться, потому что, если слишком задумаюсь о том, что делаю — с двумя парнями — это подавляет, и я боюсь, что буду мучиться угрызениями совести, когда физическое наслаждение пройдёт.

Поэтому я не позволяю себе думать. Я позволяю себе чувствовать.

Коннор начинает двигать бёдрами, входя глубже.

— Да, вот так. Возьми всё. Чёрт. — Он усмехается сквозь стоны. — У тебя нет рвотного рефлекса, да?

В ответ я беру его ещё глубже, до конца, заставляя его ускориться, бёдра двигаются быстрее, пальцы впиваются в волосы, пока Ронан продолжает двигаться сзади.

Крик срывается с губ Коннора, когда горячая солёная жидкость бьёт мне в рот, заполняя горло.

Едва я проглатываю последнюю каплю, как Ронан выходит из меня садится, притягивая меня за бёдра к себе.

— Оседлай меня, — требует он, помогая перекинуть ногу через его бёдра. Просунув руку между нами, он направляет свой член в меня и, обхватив за талию, резко опускает меня на свой член.