Покорись мне (ЛП) - Такер К. А. - Страница 24

Я с улыбкой наблюдаю за его спокойной, уверенной походкой. На последних девяти лунках он играл не в пример хуже. Он все равно обыграл Джорджа, но тот несколько раз отметил, что Генри кажется рассеянным.

— Так где вы познакомились? — уперев локти в стол, спрашивает Анастасия, отрывает свои серые, как у совы, глаза от откровенного восхищения упругим задом Генри и переводит на мое лицо. Я бы дала ей лет тридцать с небольшим — на двадцать пять лет моложе Джорджа, судя по его словам. Она его третья жена.

Кроме того, я почти уверена, что она пьяна.

— На работе. Я была его ассистенткой.

— Неужели... — Ее идеальные блондинистые брови ползут вверх, пока она окидывает меня беглым взглядом. — Не думала, что он из тех, кто встречается с прислугой. — Ни в ее взгляде, ни в словах нет ничего вежливого, но Генри уже предупредил меня, что после третьего бокала она может стать вздорной.

Он также предупредил, что в какой-то момент она начнет к нему приставать. Скорее всего, прямо на глазах у своего мужа.

Я изображаю широкую улыбку.

— Мы начали встречаться после того, как я уволилась.

— И чем ты занимаешься теперь, после того как ушла из Wolf, милая? — спрашивает Шелли со своим южным акцентом. Она жена Дайсона из Теннесси, и я готова расцеловать ее за то, что она уводит разговор в сторону. Генри сказал, что она милая леди и послужит хорошим буфером.

Я рассказываю Шелли — а заодно и Анастасии, и жене Рика Тэми — о травме отца и ферме.

— Так что я заканчиваю последний курс заочно и помогаю там, где могу. И начинаю свой маленький бизнес по производству мыла. Ничего серьезного, но Генри помогает мне. Я понятия не имею, как все это организовать, а он так хорош в этом. Он очень хочет, чтобы я этим занималась. — Я тараторю, но Шелли лишь ободряюще улыбается.

— Вульф теперь собирается заняться мыльным бизнесом? — бормочет Анастасия, отхлебывая шампанское.

— «Farm Girl Co». Отличное название, — вежливо говорит Тэми, игнорируя ее. — Расскажи подробнее.

Следующие пять минут я объясняю, с чего начала, и что для меня сделали «Nailed It» на текущий момент. Я даже показываю ей несколько профессиональных фотографий упаковки, что прислала Захира. Я упоминаю имя Марго, полагая, что она не стала бы возражать.

— Полагаю, Генри тебя финансирует? — спрашивает Тэми, ее проницательные зеленые глаза прищуриваются, словно ей ужасно интересно. Она привлекательная женщина лет под сорок, с каштановыми волосами до плеч и фарфоровой кожей.

— О, нет. То есть, мы не обсуждали это, но я хочу сделать это сама. Или хотя бы попытаться. Он и так помог уже более чем достаточно.

— Что ж, звучит так, будто у тебя отличный продукт. — Она залезает в сумочку и протягивает мне визитку. — У меня компания, занимающаяся стартапами. Мы всегда ищем новые идеи для инвестиций. Позвони мне.

— О, вау. Ладно... спасибо. — Я не совсем уверена, что это за компания, но не собираюсь выставлять себя дурочкой, спрашивая об этом.

Я убираю карточку в сумочку, когда официант подходит, чтобы убрать наши тарелки. Вслед за ним сразу же появляется второй с кофейником.

— Вот, Анастасия. Уверена, тебе не помешает немного кофе, — говорит Шелли, отодвигая бокал с шампанским подальше.

Анастасия что-то ворчит, но не спорит, ее пальцы рассеянно теребят прядь волос, большие глаза прикованы к Генри, который разговаривает с каким-то мужчиной. Он вот-вот начнет свою благодарственную речь.

— Боже, я никогда не осознавала, насколько Генри похож на отца. Его брату явно не повезло в этой лотерее.

Потому что у него нет ДНК Уильяма Вульфа.

Интересно, как скоро люди узнают об этом.

— А где его брат, кстати?

— Полагаю, он не смог приехать, — вежливо отвечаю я, занимая себя тем, что наливаю сливки в кофе, и делаю вид, что тема Скотта не является болезненной.

— Хм... — Ее пальцы продолжают теребить волосы. — Я так и не узнала, из-за чего была та грандиозная ссора.

Я хмурюсь.

— Какая ссора?

— Та, что была у Скотта и Уильяма прямо здесь, в зале. Вон там. — Она говорит это так, будто это очевидно, указывая на место у окна. — Я не знаю, что Уильям сказал Скотту, но Скотт просто взбесился. Должно быть, он теперь чувствует себя полным ослом, если не извинился.

Тревога ползет по моей спине.

— Когда была эта ссора?

— Утром перед его смертью! Ты что, не слушаешь!

Я игнорирую ее грубость.

— Они были здесь утром перед смертью Уильяма, и у них была грандиозная ссора?

— Да! — раздраженно восклицает она. Она тянется мимо своего кофе за шампанским.

— Всем добрый вечер. — Ровный, глубокий голос Генри раздается из динамиков, лишая меня возможности спросить что-либо еще.

Я слушаю десятиминутную речь, в которой он так красноречиво благодарит всех за участие и щедрые пожертвования в благотворительный фонд детской больницы. Он вызывает шок и аплодисменты, когда объявляет ошеломительную общую сумму собранных средств. Он даже отпускает несколько непринужденных шуток, над которыми все смеются, а женщины в зале тают.

Хотя меня переполняет гордость, что этот мужчина — мой, мысли постоянно возвращается к словам Анастасии о грандиозной ссоре между Скоттом и Уильямом утром перед смертью Уильяма. Скотт говорил Генри, что не видел и не разговаривал с отцом в течение недели, предшествовавшей его смерти.

Генри ошибся? Нет... Генри никогда не ошибается, даже когда пьян.

Значит, Скотт солгал ему.

Почему? Из-за чего была эта ссора?

Скотт все-таки знал о намерениях Уильяма вычеркнуть его из завещания?

***

— И он это сказал. Ты слышала, как он это сказал? — Генри нависает над миниатюрной официанткой.

— Да. То есть, я думаю, что да. То есть... — Бедная девушка дрожит, ее взгляд мечется между пугающим Генри, Дайсоном, менеджером обслуживающего персонала и мной, которая слоняется в глубине этого служебного коридора рядом с обеденным залом. — Пожилой мужчина, мистер Вульф... то есть, ваш отец, сказал тому, что помоложе, что он не заслуживает права называться Вульфом и что он позаботится о том, чтобы тот больше не мог причинить вреда.

Я не планировала говорить что-либо Генри, пока мы не доберемся до дома. Но когда он закончил речь и подошел к столу, он увидел беспокойство, написанное на моем лице, и потребовал рассказать, что случилось, кто меня расстроил, что было сказано. Так что мне пришлось признаться.

Я видела по его глазам, как кусочки пазла складываются воедино, и поняла, о чем он думает, прежде чем Генри вылетел из обеденного зала, чтобы найти официантку, работавшую в тот день, а Дайсон поспешил за нами.

Теперь Генри обращает свой грозный взгляд на Дайсона.

— Он знал об аудите. — Они обмениваются многозначительными взглядами. — Я хочу, чтобы в отношении этого сукиного сына провели расследование. Я хочу знать, где он был в ночь смерти моего отца. И если он имеет какое-либо отношение к…

— Я займусь этим, — обрывает его Дайсон, доставая телефон. Он указывает на испуганную официантку. — Ты пойдешь со мной. — Обращаясь к менеджеру ресторана, он требует: — Мне нужно расписание всех, кто работал в ту ночь. Мне нужно... — Он выдает дюжину указаний. Он может быть юристом, но я понимаю, почему Генри поручает ему разбираться со своими проблемами. — Иди домой и ни с кем об этом не говори. И держись подальше от своего брата, Генри, — предупреждает он суровым голосом.

— Он мне не брат, — рычит Генри. Он мечется, как зверь в клетке. — Я убью эту мразь… — Его слова заглушает звук бьющейся о стену посуды, когда он опрокидывает тележку с тарелками.

— Выведи его через черный ход и подгони машину, — говорит Дайсон менеджеру. — Ему сейчас не стоит находиться рядом с кем бы то ни было.

Мне с трудом удается не отставать, пока мы пробираемся через огромную кухню в разгар уборки, а затем по лабиринту коридоров для сотрудников. Черный «Porsche» Генри подъезжает, как только перед нами открываются наружные двери. Парковщик выскакивает из машины и с любопытством смотрит на нас, когда Генри, не говоря ни слова, проходит мимо него и садится на водительское сидение. Если это место хоть немного похоже на Wolf Cove, слухи об этом расползутся еще до полуночи.