Падший (ЛП) - Райт Сюзанна - Страница 62

Рейни стояла рядом, пока её родители и Джолин задавали Деми вопрос за вопросом, но та ни разу не ответила. Ни словом, ни жестом, никак. Её демон всё больше злился, и Рейни сделала шаг к кровати.

— Деми, пожалуйста, расскажи нам, что случилось.

Сестра очень медленно повернула голову в её сторону, и Рейни посмотрела в её заплаканные глаза. В её глазах было столько отчаяния, что у Рейни защемило сердце. Но сестра ничего не сказала. Рейни сделала ещё один шаг к кровати.

— Пожалуйста, Деми. — Просьба осталась без ответа.

Мэддокс шагнул вперёд, и Деми перевела на него взгляд.

— Как думаешь, Рейни, какое самое болезненное воспоминание у твоей сестры? — спросил он как ни в чём не бывало.

Рейни моргнула.

— Что?

— Её самое болезненное воспоминание, — повторил он, глядя на её сестру. — Как думаешь, какое?

Не понимая, к чему он клонит, Рейни пожала плечами.

— Я-я не знаю. Наверное, когда узнала, что у Дуэйна есть пара. Хотя на самом деле это не так. Но не думаю, что она знала об этом. По крайней мере, сначала.

— Хм. — Мэддокс поднял руку, и она засветилась красным. Все напряглись, словно собираясь защитить Деми, но она не вскрикнула от боли.

Мэддокс посмотрел на Рейни.

— Ты неправа. Самое болезненное воспоминание для неё — это не известие о том, что у Дуэйна есть пара. Это признание в любви — это случилось много лет назад, но время не уменьшило боль. Тогда она знала, что, на самом деле, он не испытывал к тебе таких чувств — он не знал тебя достаточно хорошо, чтобы полюбить. Вот почему этот момент так сильно её расстроил. Он знал её хорошо, чтобы полюбить, просто она ему не нравилась в этом смысле.

Сглотнув, Рейни оглянулась на сестру, которая настороженно смотрела на Мэддокса.

Наклонив голову в сторону Деми, он сказал:

— Знаешь, когда я допрашивал одного из ангелов, напавших на мою Общину, он так же неохотно говорил, как и ты. Он передумал, когда я сказал, через какие страдания могу заставить его пройти, не пошевелив и пальцем. Уверен, ты знаешь, что такое временная петля. Я могу загнать кого-то в ментальную временную петлю, заставляя его снова и снова переживать что-то. И поскольку теперь я знаю твоё самое болезненное воспоминание…

Глаза Деми расширились, а дыхание стало быстрым и прерывистым.

Прижав руку к своему взбунтовавшемуся желудку, Рейни повернулась к нему.

— Мэддокс…

— Я знаю, что она твоя сестра, — сказал он, не сводя глаз с упомянутой сестры. — Но могла бы помочь тебе, Рейни. Она могла бы рассказать всё, что нужно, чтобы обеспечить твою безопасность. Но не станет. Даже ради собственной безопасности.

Чёрт, если он не прав, то почему демон Рейни не возражал против того, чтобы подвергнуть Деми любым мучениям, которые запланировал Мэддокс?

— Ты думаешь, что Джолин или твои родители остановят меня, — сказал он Деми. — Нет. Не смогут. И ты не должна хотеть, чтобы они столкнулись лицом к лицу с парой и анкором твоей сестры.

У Деми отвисла челюсть.

— П-парой? — хрипло прошептала она.

— Да.

Деми зажмурилась, её лицо исказилось от боли. Боли, которая, без сомнения, вызвана завистью, потому что теперь у Рейни официально было именно то, чего больше всего хотела Деми.

— Может она не может говорить о том, кто её похитил, — предположила Эванджелин. — Может, на неё наложено какое-то заклинание молчания или что-то в этом роде.

Мэддокс поджал губы.

— Возможно. Есть только один способ это выяснить. — Он прищурился, и Деми громко ахнула от удивления.

Деми резко выпрямилась и яростно затрясла головой.

— Убирайся из моей головы! Убирайся! — Она посмотрела на Джолин. — Заставь его остановиться.

Предводитель невозмутимо посмотрела на неё.

— Мы дали тебе возможность поговорить. Тебе лишь нужно было ответить на наши вопросы. Ты отказалась.

— Мам, заставь его исчезнуть из моей головы! — взмолился Деми.

С болезненным выражением лица Эванджелин сжала руку Деми.

— Так будет лучше, правда. Тебе не придётся говорить вслух то, что ты держишь в себе, но мы всё равно получим нужные нам ответы.

— Скоро все закончится, — успокоил её Лахлан.

Деми откинулась на спинку кровати и снова уставилась в потолок, демонстративно игнорируя попытки с ней заговорить.

Наконец, Мэддокс хмыкнул и провёл рукой по подбородку.

— Что ты видел? — спросила Рейни.

— Многое, — ответил он небрежным тоном, холодно глядя на неё. — Она не знала, что Дуэйн и Хармони не пара. Только за несколько дней до того, как должна была отправиться в круиз.

Он во всём признался: что Хармони играла лишь роль, что он бойкотировал Городские чернила, что он хотел немного отомстить.

Лахлан выругался себе под нос.

— Вот крысиный ублюдок, — сказал он, повторяя слова Рейни.

— Сначала Деми злилась, — сказал Мэддокс, глядя на упорно молчащего импа. — Ей не нравилось, что ты настолько важна для него, что он всё это организовал.

Кстати, Хармони отправилась путешествовать — она ничего об этом не знает. Деми, однако, знала всё. Но не собиралась никому рассказывать. Она считала, что ты должна немного пострадать.

Рейни молча поморщилась, потому что, да, это было больно.

Деми перевернулась, чтобы показать всем свою спину, и свернулась калачиком.

— И что потом? — настаивала Джолин.

— Она собиралась отправиться в круиз, как и планировала, но потом её накачали наркотиками и похитили, — сказал Мэддокс. — Когда она очнулась, оказалась в подвале, и кто-то поставил ей ментальный блок, который не позволял телепатически связаться с кем-то. Её похититель приходил к ней каждый день и оставлял еду. Сегодня утром он также накачал её снотворным — это последнее, что она помнит перед тем, как очнуться здесь.

Скрестив руки на груди, Рейни спросила:

— Кто её похитил?

— Дуэйн. Или, по крайней мере, кто-то хотел, чтобы мы так думали. Её воспоминания о похитителе были изменены.

Напрягшись, Деми взглянула на него через плечо.

— Откуда ты знаешь? — спросила его Рейни.

— Это похоже на просмотр фильма с очень плохими спецэффектами вокруг одного персонажа, — ответил Мэддокс. — Я предполагаю, что её воспоминания были изменены, пока она была под действием наркотика, потому что она не помнит, как это произошло. Это была очень профессиональная работа, но изменения в её воспоминаниях легко заметить, потому что они не стойкие — она не хочет верить, что Дуэйн мог причинить ей вред; её интуиция не принимает то, что она помнит. И правильно делает. Это был не Дуэйн; а кто-то другой.

— Может, все её воспоминания о случившемся ложные, — предположила Эванджелин. — Может быть, всё это ей внушили.

Мэддокс покачал головой.

— Единственное, что неправда, — это присутствие Дуэйна.

Деми снова выпрямилась.

— Так если это был не Дуэйн, то где Дуэйн?

— Мы не знаем. Он пропал, как и ты. — Джолин повернулась к Мэддоксу. — Можешь ли ты удалить изменения, внесённые в её воспоминания, и вернуть прежние?

— Да, — ответил Мэддокс. — Но это займёт время. И ей может быть немного больно.

Не то чтобы эта мысль беспокоила. Его демону это понравится. Но ясно, что Рейни нет.

И не должно нравиться, потому что…

— Деми была вне себя от радости, когда услышала, что я, кажется, не хочу связываться с тобой, Рейни. Она считала это кармой; типа, справедливо, что у тебя не будет анкора, если у неё нет.

— Это ложь, — заявила Деми дрожащим голосом.

Не обращая на неё внимания, Мэддокс продолжил:

— Когда она начала подозревать, что это может измениться — что произошло вскоре после того, как я установил сигнализацию в твоём доме, — она решила прийти ко мне и посоветовать не связываться с тобой.

Она даже подумывала о том, чтобы соблазнить меня. Хотела посмотреть тебе в глаза и заявить, что переспала с твоим анкором. Только внезапное появление Дуэйна в Вегасе заставило её отложить свои планы — она собиралась вернуться к ним после его отъезда.