Феникс для несносного дракона (СИ) - Зимина Евгения - Страница 17

На завтрак я пришла вовремя, хоть и последней из всей группы. Ребята уже сидели за тем же столиком, что и накануне.

— Аканта, иди к нам! — я прошла сразу к ним, на меня они взяли порцию, я увидела поднос перед пустующим местом на лавке.

В столовой присутствовали и преподаватели. Они сидели за своими столами, окрашенными в сапфировый цвет, недалеко от нас сидели адепты постарше, я бы дала им двадцать три – двадцать четыре, то есть не совсем юнцы, как за моим столом. И среди них я заметила того самого, который помог мне на полигоне.

— Сегодня столько народу. — села на предложенное место, поднос и правда, как я предположила, был моим.

— Все курсы собрались. Нет нескольких групп их старшекурсников, они сразу уехали на границу. практика. Мы тебе всё взяли. Аргон тебя не сильно загонял, выглядишь не уставшей.

— О, поверь мне, душ творит чудеса, а вот завтра боль в мышцах мне обеспечена.

На завтрак я поела кашу из крупы, вкусная, кстати, питательная, напиток вроде киселя, и съела целую булочку. Фух, так и растолстеть недолго.

— Мне кажется, или за нами наблюдают преподаватели? — сказал Левир. — Тсс, только не смотрите все разом!

— Зачем им мы? — я доедала булку и расслабленно сидела, вытянув ноги под столом.

— Не мы, а ты. Ты – феникс, этим всё сказано.

— Может, они боятся, что ты спалишь столовую? — хмыкнул блондин, а я усмехнулась.

— Не выдумывай, Марон. Они смотрят, как мы ладим в группе. И не только за нами. Но, да, интерес, к Анканте особый. Говорят, тут давно Фениксов не было.

— Вот и весь секрет, я просто музейный экспонат. Расходимся. — я развела руками.

— Куда? У нас же лекция.

— Марон, это выражение такое. Но идти и, правда, пора. У нас сначала зельеварение, да? Кто смотрел, были изменения в расписании?

— Зельеварение. — с кислым лицом произнес Левир. — Бесполезная трата времени для боевика.

— Ну не скажи. Мне, например, интересно. — я поднялась вместе с остальными, унести подносы поручили двум парням.

— Любовным зельям там не учат. А вот как отвадить нечисть, да. — добавил кто-то за спиной, а я вздрогнула.— От нечисти лучше огневого удара нет ничего. Но ему учат на последнем курсе, слишком сильное заклинание.

— Вы сказали нечисть? — я шумно сглотнула.

Глава 23. Аканта

Глава 23. Аканта

— Скажите мне, что вы пошутили. — взмолилась я, идя по коридору вместе с одногруппниками. А потом в потоке адептов увидела понурого Игнара.

— Игнар! Привет. Ты почему такой… сломленный, что случилось? Ребят, идите, я догоню.

Парень остановился, узнал меня в форме, сделал попытку улыбнуться.

— Ну же, где твоя фирменная улыбка на пол лица? Что стряслось?

— Ректор разговаривал с моим отцом. — он отвел меня к стене, у которой стояли в ряд лавки. Мы присели. Не могу его оставить, какой-то он потерянный. Что ректор мог наговорить его отцу? И почему именно ректор лично?

— Тебя, что, отчисляют? — я просто не вижу других причин, смотрю на Игнара взволновано. — Да как он может! Ты же прошел вступительные испытания, да мы учимся всего ничего! Он не имеет права, что он вообще себе позволяет?

— Аканта… — Игнар тронул меня за руку. — Меня не отчисляют. Во мне обнаружился дар целительства равный артефакторному, и меня перевели на целительский.

— Но… а тебя спросить не хотели? Ты против? Ты поэтому так убиваешься?

— Я не знаю… — он опустил голову на руки. — Отец против. Он никогда в жизни не разрешит мне стать целителем.

— Понятно. У вас династия аретфакторов. Слушай, а откуда у тебя этот дар? Если в роду одни артефакторы? Он же по наследству передается, как я понимаю.

— Верно. Моя бабка была целительницей, сильной магичкой, но отец забрал маму и меня и запрещал нам видеться. Я даже не знаю жива ли она еще.

— А мама?

— Мамы не стало когда мне было три года.

— Сочувствую… — я дотронулась до его спины. — Игнар, я уверена, что твой отец тебя простит. Тем более, это не твоя вина. Ты родился с этой магией. Если уж сам ректор взялся разговаривать с твоим отцом…

— Никто не посмеет ослушаться ректора Лангорна.

— Угум… — я поджала губы.

— Он будет курировать вашу группу из-за тебя.

— Из-за меня? — в груди похолодело. Неужели из-за того, чтобы следить и держать меня под контролем, свою женушку-нищенку?

— Ты феникс, и ты спалила оранжерею.

— А-а, так только из-за этого? — я напряженно засмеялась. — Ладно мне пора на зельеварение. Увидимся, Игнар, уверена, у тебя всё скоро наладится!

Очень и очень плохо, что “мой муженек” теперь мой куратор. Избегать его не выйдет! Ну почему я такая “везучая?”

Я влетела в аудиторию последняя, практически одновременно со звонком. Небольшой колокольчик в аудитории звонил, оповещая о начале и завершении занятий. Каким образом это происходило, я домыслить не могла. Просто магия.

— Аканта де Ланж Соро Эмбер, впредь прошу больше не опаздывать!

— Простите. — опустив голову, уселась на последнюю парту. На доске белым мелом было выведено “Мариэлла Крон”, похоже на имя преподавательницы, я быстро открыла тетрадку, записала и стала слушать, о чем говорит женщина.

Мыслями возвращалась к истории Игнара.

Ректор мог вообще ничего не делать и доучился бы Игнар на артефактора. Но он решил перевести его на целительский. Если отбросить, каким я считаю самого ректора, и учесть величину его статуса, то значит, Игнару, действительно лучше будет на целительском.

После занятия я пошла поискать Игнара, хотелось убедиться, что парень пришел в себя, сильно он переживал, боюсь, мои слова его не успокоили. Понимаю, что семейная династия это сильно, и его отец сильно авторитарен, смириться ли он на самом деле? Игнар вынужден будет выполнить волю главы семьи, по крайней мере, до дня своего совершеннолетия, у драконов оно наступает в двадцать пять.

Парня я обнаружила в окружении его одногруппников.

— Игнар?

— Аканта! Знакомься это мои друзья Лерой и Ризар, они тоже артефакторы, а это Гардея с целительского и Кассандра с зельеварного.

— Привет, — помахали ладошками девушки. Тоже молоденькие, румяные, как и все первокурсницы. Я в столовой Академии тоже немножко отъела бока. Совсем немного, но я хотя бы уже не выгляжу дистрофичной девицей. Даже несколько дней нормальной жизни вернули телу здоровый блеск глаз и цвет кожи. Волосы мои чуть порыжели после случая оранжереи. Как сказал Феликс, мой истинный облик проявляется. Я его много расспрашивала, но он тот еще хитрый жучара, отмахнулся тем, что сама увижу скоро.

— Значит, ты с боевого? И как там? Много парней? — улыбчивая Кассандра ткнула в бок локтем Гардею, которая задала вопрос.

— Все, кроме меня.

— Ох, как повезло.

— Не скажи. — помотала головой. — я на утренней пробежке чуть последний дух не испустила, а еще узнала, что придется бороться со всякой нечистью, да защищать границы. Если я доживу до последнего курса, то с радостью перезнакомлю тебя со всеми.

— Ты уж выживи, пожалуйста. — рассмеялись девушки. А я им даже позавидовала. Молодо-зелено! Гормоны играют, я хоть в молодом теле, но уже взрослая женщина. Мне бы справиться с тем, что я непонятной для меня самовозгорающейся расы, да еще и муж у меня имеется. Целый дракон.

Браслет на запястье зачесался. Сначала легонько, а потом прижгло так, что я мечтала сунуть руку в лед.

— Я отойду. — предупредила ребят и быстро пошла в сторону уборных. А когда развернулась, то столкнулась взглядом с ректором. Он тоже потирал свою кисть. Под обшлагом рукавов черного камзола, расшитого золотыми галунами, виднелись всполохи магии. Это браслеты так реагируют на нашу близость? Я развернулась в другую сторону, не хочу проходить мимо него и побежала к восточной лестнице, которая вела в холл и была ближе всего к выходу из главного корпуса.

— Аканта! — вслед что-то прокричал Игнар, но я его уже не расслышала из-за шума в ушах. Лишь на улице мне полегчало. Я отбежала к небольшой рощице за лекарской башней. Прислонилась к широкому стволу дерева, кажется, полегчало и я медленно опустилась на траву.