Зиэль - О'Санчес (Александр Чесноков) - Страница 88

Мы встретимся и разверзнется бездна огненная, и мир этот, столь долго радующий меня, развлекающий меня, тревожащий и раздражающий меня — который поселился во мне, поселившемся в нем — рухнет и станет тлен на вечные времена… Не останется ни растений, ни зверей, ни нечистей, ни демонов, ни оборотней, ни богов… Старая карга, наверное, выживет, очень уж большие силы в ее груди… Но останется одна, ослепшая и оглохшая, черная, никому не нужная… Эта мысль мне приятна, она частично уравновешивает те сожаления, что я испытываю по уходящему в ничто миру, игрушке моей. А он уходит — и ничто и никто его не спасет, Ибо теперь не тупая безглазая чудь поднебесное пространство засоряет, но истинное Морево грядет… Скромно говоря, я и есть то самое Морево, потому что Морево — это Я.