И зовите меня Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 73

— То есть, авария вчера случилась? — уточнил я и развёл руками. — Кто ж на дачу в понедельник едет? И какой эльф берёт с собой на дачу парочку орков-алкоголиков?

— Это не единственные вопросы к случившемуся, — вздохнул Лев. — Будем разбираться.

— Так тебя на это дело поставили? Поздравляю!

— Пока не с чем, — усмехнулся лейтенант. — Следствие в тупике.

— Разберётесь ещё!

Мелькнула мысль рассказать о вчерашнем нападении, но после недолгих раздумий я выкинул её из головы, попрощался с лейтенантом и поспешил в раздевалку. Там долго-долго стоял под душем, но на медосмотр всё равно явился сонным и помятым.

— Ты хоть предупреждай в другой раз, что ночевать не придёшь! — потребовала Эля. — Больше окно открытым держать не стану!

— Договорились, — покаянно кивнул я, изрядно порадовавшись тому, что медсестра не закатила скандал.

— Ох уж мне эти служебные романы! — вздохнул врач.

Эля развела руками.

— А как иначе, Вадим Иванович, если всё время на работе да на работе?

— Спорное утверждение, — не согласился с этим высказыванием врач, ну а дальше я слушать не стал и поплёлся в гараж.

По дороге поздоровался с попавшимся навстречу Жорой.

— Сейчас приду, — сказал тот. — Надо топливные талоны получить.

Разобидевшаяся на весь белый свет Дарья сидела на пассажирском месте в кабине автомобиля скорой помощи, дядя Вова подгонял тросик и крепил кейс с препаратами строгой отчётности. Он с интересом уставился на меня, я испытывать терпение упыря не стал и протянул заявление о нападении с отметкой дежурного горотдела.

Дядя Вова ознакомился с моим показаниями, вернул листок и спросил:

— А меня чего не сдал?

В милиции я заявил, будто бы уголовников спугнула компания орков, и об участии в этом деле упыря не обмолвился ни словом, причин чему было превеликое множество.

— Чтоб ты в отказ пошёл? — привёл я основную из них. — Меня и так на смех подняли!

— Оно и неудивительно, — хмыкнул дядя Вова и вдруг предложил: — Ну что: пять на пять?

— Да все десять себе оставляй, только меня в это дело не впутывай! Сам, всё сам!

Распахнулась дверца кабины, к нам выглянула встревоженная Дарья.

— Георгий где? Ехать надо!

— Куда? — удивился упырь и взглянул на наручные часы. — Без десяти восемь ещё!

— На Карнавальной выброс, туда все машины отправляют!

И точно: сразу несколько автомобилей скорой помощи покатили к воротам. Впрочем, и мы от них так уж сильно не отстали, поскольку Жора прибежал обратно чуть ли не вприпрыжку.

— Выброс! — оповестил он нас.

— Знаем уже! Поехали! — отозвался дядя Вова. — Дарья, давай к нам! Бодяжь нейтрализатор, на месте времени этим заниматься уже не будет!

Ну и поехали, без малого полетели под вой сирены и всполохи проблескового маячка. Упырь и эльфийка занялись приготовлениями, я рискнул отвлечь их вопросом:

— А что там на Карнавальной?

— Промзона, — пояснил Жора. — Серьёзных производств нет, но оттуда до обогатительной фабрики рукой подать.

— И за пределы города их никак не вынести?

— Издержки непродуманной застройки.

Нас обогнала пожарная машина, Жора сел ей на хвост, так вместе на промзону и влетели, а когда проезжую часть впереди затянуло синее мерцание, свернули с дороги в распахнутые ворота. Энергетический туман переползал через забор и накатывал на производственный корпус, из которого лесостепные орки выносили бьющихся в судорогах людей, эльфов и гномов. Огнеборцы в пять секунд размотали пожарный рукав и направили ствол на верхние этажи, но ожидаемой мной мощной струи из него не вырвалось — там словно рассекатель установлен был. В воздухе заискрилась водная взвесь, электрическое облако замигало и потускнело, перестали дёргаться и случайно попавшие под душ пострадавшие.

Оркам — по барабану, так и продолжили метаться в цех и обратно с горящими синим огнём глазами. На подмогу им устремились серьёзно экипированные пожарные, а вот меня дядя Вова придержал.

— Нам и тут работы хватит! — И он кинул кейс с разомкнутым тросом шофёру. — Жора, препараты на тебе! Гудвин, за мной!

Как ни странно, усилия бригады огнеборцев не канули втуне и накатившее на производственный корпус облако синего свечения быстро рассеивалось и распадалось на отдельные клочья. Мы с фельдшером взялись перетаскивать пострадавших из захваченной выбросом пси-энергии области к автомобилю, где Дарья без промедления колола им нейтрализатор.

Во двор заехала ещё одна машина скорой помощи — врач начал помогать эльфийке, а санитары стали грузить эльфов в салон для транспортировки в больницу.

— К машинам тащите! К машинам! — заорал дядя Вова на орков, но в боевом раже те соображали не лучшим образом и продолжили укладывать пострадавших на асфальт сразу, как только выносили их из цеха на улицу. В итоге нам приходилось лезть в синее мерцание, и вскоре у меня начала зудеть кожа и посерело в глазах.

При этом пси-энергия словно избегала дядю Вову, и эдакая несправедливость изрядно взбесила — серость сменилась красной пеленой, я распалил ярость и вытолкнул её из себя, тогда сияние перестало цеплять уже и меня самого.

Ха! Натуральный экстрасенс!

Облако заколыхалось и начало рассеиваться, тогда пожарные принялись окатывать моросью фасад и вытащенных из цеха пострадавших. Вторая машина скорой помощи задом сдала в ворота и умчалась прочь, а парочка санитаров начала грузить эльфов уже и в наш автомобиль.

Почему занимали их исключительно эльфы, я не понял, но мы и сами в первую очередь оттаскивали от цеха именно их. Впрочем, вскоре всё прояснилось само собой, но уж лучше бы так дальше и пребывал в неведении.

Сверкнуло! Один из лежавших дальше других лесной эльф вдруг дёрнулся и воспарил в воздух, когда над ним завис отделившийся от начавшего рассеиваться облака пси-энергии клок. В макушку ударил жгут мощного электрического разряда, мужчина заискрил, и огнеборцы вмиг нацелили на него ствол пожарного рукава, но морось лишь погасила начавшие разлетаться во все стороны искры — те никого не зацепили, и только, а клубившееся над эльфом облачко лишь ещё больше сгустилось, словно тот выступил неким якорем или же стабилизатором.

— За мной! — позвал дядя Вова. — Сдёрнешь его, как я ударю! Только сразу, не медли!

Я рванул вдогонку за упырём и даже так едва не упустил момент, когда фельдшер толчком своей воли породил странное искажение, накатившее на зависшего в воздухе эльфа и отшвырнувшее присосавшийся к нему искрящийся разряд. Светловолосый мужчина средних лет тотчас грохнулся на землю я ухватил его за ноги и, едва не надсадившись, рывком оттянул от забора. Рядом тотчас оказался дядя Вова, и мы поволокли пострадавшего прочь, а жила энергетического разряда забилась в облаке мороси, но ни до кого больше не дотянулась и потухла, а следом рассеялся и сияющее облачко.

Эльф оказался плох, и его первой же машиной отправили в реанимацию, а дальше приехало сразу несколько пожарных расчётов, и ситуация мало-помалу стабилизировалась. Нам даже внутрь цеха лезть не пришлось — все производственные помещения проверили сами работавшие тут орки. Большинство пострадавших откачали на месте, самых тяжёлых развезли по больницам другие бригады скорой помощи. Мы остались дожидаться возвращения Жоры.

— Если разобраться, от лесостепных орков одна сплошная польза, — сказал дядя Вова, когда сели на солнышке перевести дух и обсохнуть. — Сильные, с повышенной сопротивляемостью пси-излучению, а при выбросах даже худо-бедно боевой раж контролировать способны, пусть и на одних только инстинктах. Вот с гоблинами бы мы тут хлебнули лиха полной ложкой.

— А что с ними не так? — удивился я. — Сопротивляемость у них ещё выше нашей, нет разве?

Упырь вновь пристегнул к себе кейс с препаратами строгой отчётности и кивнул.

— Выше. — И окликнул тяжело отдувавшуюся Дарью: — Отличница, что с гоблинами не так?