И зовите меня Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 64

— Слушай, ты же всех знаешь, — обратился на проходной к вахтёру, — Эля из третьей городской ещё здесь или уже ушла?

— Это которая? — уточнил дедок. — Для меня что Эля, что Юля — разницы нет. Описание дай! Она кто вообще? Лесостепная?

— Именно. Чёрная помада, обесцвеченные волосы, коса…

— Очень стройная для ваших девок, но с титьками? — уточнил вахтёр и хохотнул: — Нет, такой не знаю! — Он выудил из коробки папиросу, взял коробок спичек и вышел из своей каморки. — Ушла уже. С подружайками на танцы намылились.

— Куда?

— Да кто их знает, вертихвосток этих?

— А почему именно на танцы?

— Так вырядились все — просто срамота! Юбки такие короткие, что иные пояса шире!

Мы встали на крыльце, и я спросил:

— А что там за шабаш в коридоре?

— Сбор дружины, — пояснил дедок, закуривая.

— А Роман к ней каким боком? — удивился я.

— Так он председатель совета!

Услышанное нисколько не порадовало, я попрощался с вахтёром, сбежал с крыльца и потопал к «Сугробу», размышляя на ходу, связаны ли друг с другом сбор дружины и грядущий дебош в кафе.

По всему выходило, что связаны, и ничего хорошего мне это обстоятельство не сулило. Как там профорг сказал?

Задержание дружинниками, товарищеский суд, поруки?

Но возьмут меня на поруки или вышибут с работы пинком под зад?

Почему-то более реалистичным представлялся второй вариант.

На подходе к «Сугробу» я углядел Арсена Игнатовича, курившего в компании парочки лесостепных орков в джинсах и цветастых футболках, и вопреки его настоятельному совету кивком не удовлетворился и мимо проходить не стал.

— Всё по плану? — уточнил, не здороваясь.

— Да, — подтвердил гном. — Только погуляй где-нибудь минут пятнадцать пока. Подготовиться надо.

— К контрольной закупке? — уточнил я.

Профорг кивнул.

— Именно.

По идее, я мог насесть на него с неудобными вопросами или даже послать к чёртовой бабушке, но всё так или иначе сводилось к тому, что без представителя от профсоюза на допросе в горотделе меня попросту вывернут наизнанку, ну а тут были возможны варианты. Главное, самому всё не запороть.

Уже стемнело, я прошёлся по кварталу и огляделся, потом заглянул на задворки кафе, но никого там не застал. Тогда оправил олимпийку, которую сегодня в динамовской раздевалке решил не оставлять, счёл свой вид достаточно респектабельным и отправился в «Сугроб».

На крыльце курил бритый наголо таёжный орк, он смерил меня пристальным взглядом и отвернулся, ну а я припомнил рассказ эльфа-маникюрщика о бомбардирах и скромненько просочился мимо чёрно-зелёного громилы в кафе. Там играла ритмичная мелодия, завывал на незнакомом языке вокалист, мигала разноцветными огнями цветомузыка, поблёскивал под потолком зеркальный шар. На танцполе — столпотворение.

Больше всего тут было моих модно наряженных сородичей, но несколько столиков оккупировали белобрысые лесные эльфийки, а на барные стулья взгромоздились два крепыша с короткими рыжеватыми бородками. Не обратил бы на них внимания, когда б не бритые головы, ну а так зацепился взглядом и замешкался.

А ну как они тоже из вышибал?

Или не тоже, а в напарниках у громилы на входе именно они и есть? Просто других бритых орков покуда не видать…

И тут мне на плечо опустилась тяжёлая ладонь.

— Первый раз тут? — перекрикивая музыку, спросил вернувшийся с улицы таёжный орк.

— Ага, — подтвердил я и драку начинать повременил, щёлкнул себя по кадыку. — Мне бы…

Вышибала смерил придирчивым взглядом и отрезал:

— Оркам не наливают!

— Даже пива?

Заявись сюда в майке, наверняка бы получил от ворот поворот, а так бритый громила указал на бар.

— Там спроси!

Я двинулся к стойке и обратил внимание, что бутылки с крепким алкоголем составлены в запирающиеся шкафчики, а ещё приметил спортивного сложения девицу с зелёной кожей и обесцвеченной косой, тянувшую через соломинку ядовитого оттенка коктейль в компании заметно более крепко сбитых модниц.

Коротенькое бежевое платьице соблазнительно обтянуло мускулистый зад, вот по этому заду я от души ладонью и приложился. Эля взвизгнула и едва не выронила высокий бокал, резко развернулась, явно намереваясь влепить нахалу пощёчину, но при виде меня изумлённо округлила глаза.

— Гудвин⁈

Я вынул у неё из руки и поставил на ближайший столик бокал, после чего потянул медсестру за собой.

— Ну-ка идём!

Зеленокожие девахи уставились на нас во все глаза, и Эля при подружках кочевряжиться не стала — возмутилась, лишь когда мы от них уже отошли:

— Отпусти! Совсем сбрендил⁈ Ну ты чего?

— Я твой парень! — усмехнулся я. — Забыла разве?

— Да ты…

— И теперь всем это предельно очевидно. Идём!

Эля бросила упираться, пошла за мной и зло выдала:

— Здесь мне парень и даром не сдался! Уж лучше бы в больнице это представление устроил!

— Устрою ещё, — пообещал я. — Всенепременно!

Планировку кафе я более-менее представлял, поэтому безошибочно отыскал проход к уборным, а там прижал Элю к стене с такой силой, что она даже тихонько пискнула. Судя по лёгкому перегару, безалкогольным её коктейль отнюдь не был, как точно не был бокал и первым.

— Слушай меня внимательно… — начал было я, но договорить помешала последовавшая за нами подружка медсестры.

— Всё в порядке, Элла? — встревоженно спросила она.

Прижатая к стене девица, сделала вид, будто обнимает меня и натянуто улыбнулась:

— Всё хорошо! — А когда мы вновь остались вдвоём, прошипела: — Отпусти!

— Окна в туалете открываются? — спросил я, это требование проигнорировав.

Эля так удивилась, что даже вырываться бросила.

— Да, мы курим там иногда. А что?

— Вылезай через него и дуй домой.

— Ты с дуба рухнул⁈

— А если остановят дружинники, скажешь, что выпила кружку пива. О коктейлях молчок. Ясно?

— Дружинники⁈ — охнула медсестра и как-то даже обмякла разом.

— Они, — подтвердил я. — Тебе ведь не нужны неприятности на работе?

— Нет, но с чего ты это взял, что в «Сугроб» дружинники заявятся?

— Я тебя в центре повышения квалификации искал, их там собрали, ну и разговорился. Всё! Пошли!

Но Эля упёрлась.

— Я же не могу всех бросить!

— Подружкам скажешь, что в туалете от меня заперлась и через окно сбежала! Давай! А то и тебя загребут!

И не став больше ничего слушать, я подтянул медсестру к двери с направленным вверх треугольником.

— Только шпингалет задвинь!

Захлопнув за Элей дверь, я выждал миг и потянул на себя ручку. Но — заперто.

— Что с окном?

— Открыла! — прозвучало из туалета.

Я ещё немного выждал, затем позвал:

— Эля! Ты меня слышишь?

В ответ — тишина.

— Эля! — рявкнул я уже в полный голос. — Ты там? Отзовись! — Ещё и ладонью со всего маху по двери приложился, а когда в коридор сунулась белобрысая эльфийка, зло рыкнул: — Сгинь!

Ну и продолжил стучать и орать, пока не подоспел таёжный орк.

— Ты чего творишь⁈ — возмутился он. — Охренел⁈

— Отвали! — отмахнулся я и впервые всерьёз дёрнул дверную ручку. — Эля, открой!

Бритый громила ухватил меня за плечо, я легко высвободился и резким тычком в грудь оттолкнул его от себя, а после изо всех сил рванул дверь и распахнул её, попросту вырвав шпингалет.

— Эля, ты где, коза драная⁈

От вышибалы я отвлёкся совершенно осознанно. Заранее отдавал себе отчёт в том, что без последствий такая оплошность не останется, и — не осталась. Орк сграбастал и попытался заломить руку за спину, в чём непременно бы преуспел, не наступи я ему со всего маху на ногу и не воткни под рёбра локоть.

Извернулся, отпихнул, заставляя потерять равновесие.

— Отстань, ля!

И своего добился: в глазах чёрно-зелёного громилы мигнули электрические отсветы, он яростно взревел и расставил руки.