И зовите меня Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 55

Я рассмеялся.

— Так сентябрь уже!

— Именно что сентябрь! — кивнул он и протянул руку. — Эд!

— Гудвин, — представился я.

— А по тебе и не скажешь! — хохотнул спасатель.

— Ошибки молодости.

— Бывает! — кивнул Эд, позвал меня за собой и направился к невысокой вышке. — Так вот: работа у нас сезонная, обычно студенты на лето устраиваются. По осени они учиться начинают и отваливаются, а сентябрь — бархатный сезон, народу на пляже ещё как бы не больше обычного. А работать некому. Давай к нам, а?

Я ненадолго задумался, после покачал головой.

— Мороки, поди, шибко много. Дети, опять же. Не уследишь за кем — ещё и крайним останешься.

— На городском — всё так. А у нас динамовские в основном загорают и купаются. Работа не бей лежачего, ещё и обедами кормят. Но без мяса.

Эд развёл руками, я вздохнул и спросил:

— Куда идти оформляться? Сейчас обсохну только…

Кадровик спортобщества — подтянутый мужчина лет сорока моему появлению откровенно удивился, поглядел скептически и покачал головой.

— Там плавать надо уметь, а вы тяжеловаты, плохо на воде держитесь. Вот будь ты островным…

— Так меня Эд послал. Сказал шибко хорошо плаваю,

— Да? — задумался кадровик. — Ещё и санитар в скорой? Первую помощь оказывать умеешь?

— Не без этого.

Мужчина выдвинул ящик стола, порылся в нём и достал спортивный секундомер.

— Ладно, пошли нормативы сдавать!

Мы покинули кабинет и уже в коридоре я спросил:

— Восемьдесят рэ оклад и график с десяти до шести через день?

— Так, — подтвердил кадровик.

— А аванс мне уже не обломится?

Мужчина поглядел с сомнением и пожал плечами.

— Так-то не положен, но сегодня ещё только четвёртое, ты лишь одну смену пропустил, поэтому если очень надо…

— Очень надо, — подтвердил я.

— А в запой не уйдёшь?

— Хотел бы в запой уйти, прямо завтра бы с получки и ушёл.

— А, ну да! Ты ж не из студентов!

Мы покинули спорткомплекс и пошли на пляж мимо площадок для большого тенниса. Девчонки на них махали ракетками что надо, даже захотелось задержаться.

На берегу к нам тут же присоединился Эд, а кадровик вынул из кармана секундомер, после чего указал на буёк:

— Туда и обратно! — А стоило только мне избавиться от кроссовок, майки и штанов, скомандовал: — Пошёл!

Подняв тучу брызг, я вбежал в воду, нырнул и поплыл прямиком к буйку, оттолкнулся от него и вернулся обратно ничуть не уставшим, но до крайности запыхавшимся. В очередной раз убедился, что с дыхалкой у меня всё не слишком хорошо.

— Ну ты бы хоть немного постарался! — укорил меня Эд.

— Нормально! — махнул рукой кадровик. — В норматив уложился, давай на лодку!

Как оказалось, спасателю требовалось не только быстро плавать, но и грести, при этом лодка оказалась не обычной деревянной плоскодонкой, а лёгкой, из какого-то синтетического материала. Подо мной она так и закачалась, а после первого же гребка едва ли не ракетой выстрелила вперёд.

Раз! Раз! Раз!

— Давай! — от избытка чувств заорал Эд. — Табань!

Но он мог бы так глотку и не драть и внимания отдыхающих ко мне не привлекать. Развернулся я у буйка чище некуда, погнал лодку обратно.

— В команду нашу не думал записаться? — поинтересовался кадровик, убирая секундомер в карман штанов.

— На гребных тренажёрах пока занимаюсь.

— Оно и видно. Пошли оформляться. Прямо сейчас сможешь выйти?

Я пожал плечами.

— Смогу, если надо.

— Надо!

— Выйду!

— Вот и чудненько! — обрадовался кадровик. — Эд, с тебя инструктаж по спасению утопающих и оказанию первой помощи!

— Сделаю!

Много времени на формальности не ушло, подписал заявление о приёме на работу, получил ключик от шкафчика, оливкового цвета шорты и панаму, а вдобавок к ним динамовскую олимпийку.

— Одежда выделяется на сезон, но ты главное сентябрь отработай без прогулов и можешь оставлять.

Шорты и панама оказались откровенно так себе, а вот возможность заполучить олимпийку откровенно порадовала.

— Свисток не полагается мне? — уточнил я, вернувшись из раздевалки.

— Нет, ты сегодня стажёр. И кормить тебя сегодня тоже не будут. Дуй на пляж!

Ну я и пошёл. Забрался на вышку к Эду, и тот указал границы нашей зоны ответственности: слева пляж ограничивала каменная насыпь, по которой сновали вездесущие пацаны, справа он упирался в понтонное заграждение с плоскодонками. Те сдавались в прокат.

Примерно час новый знакомый втолковывал мне что тут и как, а затем указал на чёрную точку головы, маячившую далеко за буйками.

— Не уследили мы! — усмехнулся он. — Свистеть бесполезно — сплавай, вразуми.

Я дошёл до лодки, стянул её в воду и погрёб к нарушителю. Тем оказался безмерно уверенный в себе поморский эльф. Требование вернуться за буйки он не просто проигнорировал, но ещё и расхохотался мне прямо в лицо.

— Да что со мной может случиться?

— Утонешь, а нам отвечать.

— Я⁈ Утону⁈ Да ты шутишь!

— Ты. Утонешь, — подтвердил я и ласково улыбнулся. — Ну сам посуди: как же ты не утонешь после того, как веслом по башке получишь, а?

Эльф почему-то шуткой мои слова не воспринял и поплыл к берегу. Я погрёб следом, а этот поганец не нашёл ничего лучше, чем нажаловаться Эду.

— Он веслом по башке долбануть обещал! — возмущённо ткнул эльф в меня пальцем. — Это что за дела ещё⁈

Я вытянул лодку на песок и указал за буйки.

— Байдарочников видишь? Вот! А они тебя могут вовремя и не заметить. Ну а дальше всё как я говорил: веслом по башке и на дно! Буль-буль!

Эльф ругнулся и потопал прочь, Эд хохотнул и хлопнул меня по плечу. Мы дошли до игравших в волейбол девчонок и чуток на них полюбовались.

— Если кто к ним приставать станет — шугай смело. Тут наши мигом со спорткомплекса подтянутся.

— Понял, — кивнул я.

— И вообще ушки на макушке держи. В том смысле, что внимание на крики обращай.

Мы направились к понтонам, но там за порядком следил кассир-лодочник, поэтому задерживаться не стали и двинулись обратно. Каменная насыпь к нашей зоне ответственности тоже не относилась, поглядели на рыбаков и вернулись к вышке. Увы, немноголюдно на пляже было только до обеда, а потом начали понемногу подтягиваться компании молодёжи. К спортивному обществу явно относились далеко не все, но пляж был открыт для посещения, давать от ворот поворот следовало только пьяным и совсем уж откровенным хулиганам.

Дальше Эд оставил меня за старшего и ушёл обедать. Я напрягся было, но за всё время только пару раз пришлось резким свистом привлекать внимание заплывших за буйки отдыхающих. И ещё призвал к порядку эльфийскую мелюзгу, начавшую кидаться у кромки воды мокрым песком. Повёл себя крайне корректно, никто даже не описался.

К слову, расовый состав разлёгшихся на покрывалах отдыхающих оказался весьма разношёрстным. Попались на глаза даже восточной наружности краснокожие крепыши, а столько людей в одном месте я последний раз видел ещё там, где кроме людей никого и не было вовсе.

Чуть поодаль высились матерчатые зонтики, под ними стояли круглые столики и торговали всякой вкуснятиной, я пожалел даже, что оставил деньги в шкафчике, но пост не покинул и дождался Эда. Тот в ответ на просьбу ссудить до вечера десять копеек вручил бутерброд с сыром.

— На, перекуси! — А после спросил: — Готов?

Я прожевал и уточнил:

— К чему?

— Зачёт по спасению утопающих сдавать.

— Всегда готов! — отозвался я, а после мы немного попетляли меж отдыхающих и вышли к шумной компании темноволосых девиц с кожей цвета морской волны. Все как одна соплеменницы Эда оказались подтянутыми, с короткими стрижками и в спортивных купальниках. Вероятно, были пловчихами или синхронистками.

— Привет, девчонки! — заулыбался мой спутник. — Как прыгается?

— Да как всегда! — с ленцой произнесла одна из спортсменок. — Чего тебе опять?