И зовите меня Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 50

— Сыграем? — предложил с самой обаятельной из своих улыбок.

— Не думаю, — настороженно покачал тот седой головой.

— Что-то имеете против орков? — нахмурился я.

— Просто слишком стар, чтобы получать по голове шахматной доской, — чистосердечно сознался старичок. — Уж больно вы вспыльчивы.

— Мы ещё и отказы адекватно воспринимать не способны, — хмыкнул я, начиная расставлять фигуры. — Лучше четвертью часа позже по голове получить, а не прямо сейчас, так ведь?

— Так, — признал мой вынужденный партнёр.

— Логика! — усмехнулся я.

— А что мешает мне просто встать и уйти?

— Во-первых, это неспортивно. Во-вторых, мне придётся искать новую жертву.

— А если позову на помощь? — уточнил пожилой шахматист, попутно выстраивая фигуры в два ряда на своей стороне доски.

— Нет таких законов, по которым оркам нельзя в шахматы играть, — ухмыльнулся я, вздохнул и сказал: — Да не стану я никого доской бить. В самом крайнем случае погрызу её немножко.

— Как берсерки щит? — пошутил разом успокоившийся пенсионер.

— Вроде того, — кивнул я. — Ходи!

— Уверен?

— Давай, давай! Мне что чёрными, что белыми — разницы никакой.

Старик хмыкнул озадаченно, после чего передвинул вперёд пешку.

Е2-Е4 — всё по классике. Я ответил столь же традиционно, и следующие минут десять дела шли весьма неплохо — ровно до тех самых пор, пока не прозвучало:

— Мат в два хода!

Никаких предпосылок к столь скорому проигрышу я попросту не видел, да к тому же за нашей партией наблюдало уже человек пять, вот и не сдержался, раздражённо поморщился и выдал в ответ:

— Ерунда!

Ход и другой. Шах и мат.

Старикан явственно напрягся и, между прочим, правильно сделал: нестерпимо захотелось схватить шахматную доску и долбануть ею наглому выскочке по голове или хотя бы просто разнести о лавочку — аж в глазах от наваждения покраснело. От наваждения и бешенства!

Да как этот сморчок вообще посмел взять надо мной верх⁈

Я вцепился пальцами в край столешницы, зажмурился и сделал глубокий вдох — раз и другой. Спокойствие! Только спокойствие! Не корову проиграл!

Совладать с приступом ярости удалось не сразу, но зато, когда моя воля её переборола, испытал такое воодушевление и моральный подъём, словно в финале турнира одолел чемпиона мира. Как его там сейчас?

Впрочем — без разницы! Кто этих нынешних чемпионов вообще знает?

Главное, что справился! Справился с подсознанием и рефлексами. Оказался сильней!

Я с шумом выдохнул и улыбнулся.

— Благодарю за игру! — поднялся с лавочки и обнаружил за той трёх спортивного сложения парней: человека и парочку тёмных эльфов.

— Не сегодня, мальчики! — подмигнул им и отправился на поиски кафе.

Аппетит разыгрался не на шутку. Быка бы сейчас сожрал! Ну или сома.

Вот да — скорее уж сома или белугу. Где б ещё только денег на все эти кулинарные излишества взять…

В итоге решил не мудрить и покатил в центр повышения квалификации. Пообедал там в буфете и засел в библиотеке. Просмотрел газеты, почитал о критериях присвоения третьего пси-разряда, но сконцентрировать в одной точке энергию даже не попытался, вместо этого взялся листать шахматный учебник. Когда от умных мыслей начала пухнуть голова, отправился в спортзал. Там всё прошло как обычно, разве что вновь поиграл со Львом в настольный теннис. Ну и чуток больше внимания разминке уделил, попутно наблюдая за белокурой красоткой, которая сегодня вела занятие аэробики для лесных эльфиек, казавшихся на её фоне плоскими и деревянными.

На курсах ничего нового для себя не почерпнул: какие-то правила оказания первой помощи помнил по службе в не самом гостеприимном на тот момент месте на планете, а какие-то и вовсе узнал ещё на уроках начальной военной подготовки, так что преимущественно зевал в ожидании окончания лекции. Сосредоточиться не заставило даже предупреждение о завтрашнем практическом занятии, на котором с нас спросят всё, сказанное сегодня. Уверен был, что отбрешусь. Правда, решил купить тетрадь на будущее. Да и чего не купить? Траты копеечные, а пользы — море.

Утром зарядил мелкий и противный, но при этом необычайно тёплый для осени дождь. Пока дошёл до больницы, промок до нитки, а вот продрогнуть — не продрог. Переоделся, на медосмотре традиционно уже перебросился парой двусмысленных шуток с Элей и отправился в гараж. Жора курил в компании знакомых шоферов, и я задумался, как так получилось, что сам до сих пор не сошёлся ни с кем из санитаров, но огляделся и сообразил, что санитарами в обслуживающие пси-блок бригады брали исключительно таёжных орков, а эти громилы с чёрно-зелёными мордами за ровню меня определённо не считали. Ну а лесостепные орки с обычных машин полагали выскочкой и общаться желанием не горели или, самое меньшее, ждали первого шага со стороны новичка.

В будущем это могло стать проблемой, но сейчас было попросту не до того. Пока что я не собирался искать подходы ни к кому из своих коллег. Нет, с Дашкой бы сошёлся, но там мне, увы и ах, ничего не светило.

В машине уже сидел хмурый и насупившийся дядя Вова, в ответ на мой вопрос о причинах дурного настроения он коротко выдохнул:

— Дождь!

— Так осень же! — развёл я руками.

— Мне от этого легче должно стать? — скривился упырь, а когда незадолго до восьми появилась расточавшая улыбки и лёгкий аромат духов Дарья, его прямо-таки перекорёжило. — Ну и чего мы цветём и пахнем? — поинтересовался дядя Вова каким-то совсем уж скрипучим голосом.

Эльфийка рассмеялась.

— Жизнь хороша и жить хорошо!

— Хахаля завела! — догадался упырь. — Но он же у тебя не первый и даже не пятый, так чего счастья тогда полные штаны?

— А какой смысл ухажёров заводить, если не для счастья? — парировала Дарья.

— Этого не заводили, этот сам завёлся, — поведал нам Жора, который забрался на водительское сиденье, стряхнул воду с кепки и лишь после этого захлопнул дверцу. — Сейчас видел, как нашу кралю давешний ментёныш до проходной провожал.

— Не город, а большая деревня! — закатила глаза интерн. — И вообще — вам больше, что ли, обсудить нечего, кроме моей личной жизни?

Я демонстративно расправил позаимствованную в туалете общежития газетку, а вот дядю Вову разобрало любопытство.

— Это который? — поинтересовался он. — С грабежа на Садовой? Который ещё потерпевшую в больницу сопровождал?

— Тот самый, — подтвердил шофёр.

— И как ты поморского эльфа родителям представлять собираешься? — с нескрываемой насмешкой поинтересовался упырь. — Ох, сделают они тебе а-та-та!

Но испортить настроение Дарье у него не получилось.

— Так я замуж за него выходить не собираюсь — какие ещё знакомства с родителями? Сказано же: для счастья завела! Чего непонятного?

— Маме это своей объяснять будешь.

— А что мама? Не с орком же сошлась!

Я не удержался и фыркнул.

— А вот это обидно было!

— Да брось! — отмахнулась эльфийка. — Просто интрижка с орком — это последний писк моды у девочек из хороших семей.

— Хм… — Я убрал газету. — Познакомишь с кем-нибудь?

— Ну… — задумалась Дарья и покачала головой. — Нет, пожалуй. Их городские интересуют, самое большее — стиляги. Ты для них слишком… брутален.

Жора заржал.

— Ты ж его голым не видела, откуда тебе знать, слишком он брутален для эльфиек или в самый раз?

— Угомонись! — потребовал дядя Вова и наставил указательный палец на уже собиравшуюся возмутиться из-за скабрезной шутки Дарью. — А ты не вздумай его ни с кем знакомить. Оторвут голову, без санитара останемся!

— Жаль! — вздохнул я и вновь развернул газету, но дочитать позавчерашние новости помешал переданный диспетчером вызов.

Дорожное покрытие на окраине оставляло желать лучшего, набравший приличную скорость автомобиль то и дело ощутимо потряхивало, так что пришлось сворачивать газету и хвататься за ручку над головой.