И зовите меня Гудвин (СИ) - Корнев Павел Николаевич - Страница 39

— Лак? — уточнил мастер.

— Не нужно, — покачал я головой, понял, что с ответом не угадал и пояснил: — На работе не поймут.

Эльф кивнул и вопросов на сей счёт задавать не стал. Когда мне обработали ещё и ноги, я поглядел на своё отражение, задумчиво пригладил волосы и спросил:

— Может, сбрить его? — имея в виду ирокез.

— Не советую, — заявил выписывавший квитанцию эльф. — Причёска так себе, конечно, но её проще освежить, чем сбривать. Волосы у вас шибко долго отрастают, а полгода с щетиной на башке ходить — идея не из лучших. Пусть в медвытрезвителях наголо уже не бреют, но короткие стрижки у бомбардиров в моду вошли, точно будут путать.

— У бомбардиров?

— Да крутятся при деловых спортивные мальчики на подхвате. — Мастер оценивающе оглядел меня и кивнул. — Как раз твой типаж.

Я сообразил, о ком именно речь, и решил покуда от ирокеза не избавляться, спросил о чаевых, но был послан в кассу, куда и заплатил немногим больше пяти рублей. Вроде бы — сущее разорение, да только ногти у орков тоже росли не слишком быстро.

— Увидимся через полгода, наверное, — сказал напоследок эльф. — Лак чаще обновлять пришлось бы, а так смысла нет частить. Только заранее запишись!

Я пообещал так и поступить, вышел на улицу, полюбовался ровными и гладкими ногтями, ухмыльнулся.

Вроде пустячок, а настроение улучшилось.

Дальше понемногу начала затягивать рутина. Вырученные за талоны деньги подарили некоторую уверенность в завтрашнем дне, прошёлся по магазинам, купил носки и пригляделся к обуви, но ничего подходящего на глаза не попалось. Нельзя сказать, будто в обувных магазинах было шаром покати, но у меня-то лапища стандартные размеры серьёзно превосходила. Уж не знаю, где Гу умудрился раздобыть кроссовки, но ничего подобного в продаже я не нашёл.

А так — перекусить в столовой, позаниматься в спортзале и посидеть в библиотеке центра повышения квалификации, порешать шахматные этюды, поужинать овсянкой, а наутро почитать газету и чуток поработать грузчиком. И снова — в зал.

Справился у заведующей молочным магазином, не нужны ли кому ещё в округе работники, но на овощебазе требовалось впахивать с утра и до вечера, а на соседних торговых точках либо не было вакансий, либо не подходил график. В итоге решил не суетиться и подождать окончания служебной проверки. Как бы ещё из скорой коленом под зад не дали.

Но — не дали. Когда в очередной раз явился в отдел кадров, Людмила велела идти на медосмотр.

— Дальше работаешь в обычном режиме! — объявила она.

— И бригада прежняя?

— Да.

Время поджимало, так что от расспросов я воздержался и поспешил в раздевалку. Принять душ уже не успевал, поэтому наскоро почистил зубы, натянул синюю больничную униформу и отправился проходить осмотр с перекинутым через руку белым халатом.

Сегодня снова дежурили Эля и Вадим Иванович. Зеленокожая медсестра, мускулистая и одновременно фигуристая, но не чрезмерно ни в том, ни в другом отношении, меня узнала и даже отметила:

— А ты вроде бы помясистей был?

— Сушусь, — сказал я, стягивая через голову синюю рубаху с коротким рукавом.

Врач скептически меня оглядел и отправил взвешиваться.

— Сушиться тоже с умом надо! — многозначительно заметил он, но подвигал гирьки и махнул рукой. — Ну, до анорексии тебе пока ещё далеко! Сто сорок семь килограмм живого веса при росте в два метра пять сантиметров — это ты ещё даже толстоват.

— Сгоню, — пожал я плечами и начал одеваться.

— Он сгонит! — кивнула Эля, мотнув обесцвеченной косой. — Как ни приду в зал, он там груши околачивает.

— Это как? — удивился Вадим Иванович.

— А сделает зверское выражение лица и грушу колотит, а по самому пот ручьём!

— Боксёрский мешок только, а не грушу, — поправил я медсестру, завязывая шнурки.

— Да какая разница! — отмахнулась зеленокожая девица.

— Разница есть, — уверил её врач. — И, уж поверь, для бокса зверское выражение лица — это не главное.

Эля фыркнула.

— Будто я не понимаю! Да только он Ромочку с ног сшиб, когда на пси-разряд сдавал!

— И сдал? — полюбопытствовал Вадим Иванович.

— Сдал, — подтвердил я и поспешил в гараж.

Автомобиль стоял во дворе, вся бригада была уже в сборе, ждали только меня. Я забрался в распахнутую боковую дверь и обнаружил, что сегодня Дарья заняла пассажирское сиденье рядом с водителем. При моём появлении она сняла трубку радиотелефона, Жора отсалютовал из-за руля, а дядя Вова протянул руку.

— Судя по тому, что все мы здесь сегодня собрались, наш зелёный коллега либо оказался достаточно умён, чтобы не сболтнуть лишнего, либо слишком туп, чтобы сказать то, что от него хотели услышать, — с ухмылочкой заявил упырь, и нестерпимо захотелось пробить ему в челюсть.

Злость накатила настоящим наваждением, насилу сдержался.

— Может, я и не семи пядей во лбу, — проворчал я, усаживаясь, — но если ещё раз попытаетесь сделать крайним, утащу всех за собой.

— Да брось! — рассмеялся дядя Вова. — Мы тебе всё компенсируем! Правда, Дарья?

Та как раз закончила разговор с диспетчером, обернулась и подтвердила:

— Да-да! Конечно!

Сегодня под халат у неё оказалась поддета обычная синяя рубаха вроде моей собственной, но акцентировать на этом внимание я не стал и спросил упыря:

— К вопросу о компенсации: есть стоматолог знакомый?

Тот прищурился.

— Это угроза?

— Это вопрос. Зубы надо показать.

— Сходи в нашу стоматологию.

Я задумчиво хмыкнул.

— А они клыками занимаются?

— Здоровыми? — проницательно уточнил дядя Вова. — Нет, это только в частном порядке договариваться.

— Я знаю хорошего специалиста, — сказала Дарья. — Дам номер после смены.

Зазвонил радиотелефон, она сняла трубку и продиктовала Жоре адрес. Ехать оказалось не слишком далеко, а во дворе пятиэтажки мы выгрузились, зашли в подъезд и начали подниматься по тёмной узкой лестнице. Дарья несла металлический кейс с препаратами строгой отчётности, дядя Вова тащил увесистый чемоданчик со всеми прочими лекарствами, ну а я волок носилки — не сказать, будто такие уж тяжёлые, но крайне неухватистые. Клоуны, ля!

Почему — клоуны? Да просто на пятом этаже после звонка в дверь выяснилось, что нас сюда не вызывали и никто из соседей в ноль-три тоже не звонил.

— Уж я бы этих телефонных хулиганов! — зло пробурчал упырь, и мы отправились в обратный путь.

И да — вместо давешнего коротенького сестринского одеяния и чулок под халатом на Дарье и в самом деле оказались рубаха и брюки, а изящные туфельки она поменяла на кеды вроде тех, которые предпочёл кроссовкам дядя Вова. По сравнению с прошлым выездом — небо и земля. Я как-то самую малость расстроился даже. Но и некоторое облегчение испытал, не без этого. Хоть не придётся таблицу умножения зубрить.

Хотя, проследив за тем, как эльфийка забирается в кабину скорой, это своё мнение переменил.

Как пить дать, ещё придётся устным счётом заняться!

Следующие два вызова были к больным с высокой температурой, потом гному из-за сорвавшегося домкрата раздробило ногу, и пришлось везти его в травматологию, а дальше нас погнали на другой конец района по подозрению на инсульт.

«Нормальный день, никаких тебе запойных гоблинов и сбрендивших упырей», — подумал я и сглазил: следующий вызов поступил по линии пси-блока.

— Странное поведение кочевого орка, — оповестила нас Дарья, переговорив с диспетчером. — Георгий, девятый гастроном на Машиностроителей знаешь?

Усатый коротышка кивнул и выкрутил руль, а дядя Вова спросил:

— Пьяный?

— Перегаром не пахнет. Стоит и раскачивается.

— Не нравится мне это, — нахмурился упырь. — Хорошо, если просто чокнутый, но возможны варианты…

Что Жора ничего не напутал и прикатил к нужному нам гастроному, я понял ещё у соседнего дома, когда углядел собравшуюся на тротуаре толпу. Моих сородичей и гномов всех мастей среди зевак было примерно поровну, присутствовали там и белобрысые долговязые эльфы — сразу стало ясно, что район для желтокожего орка тут не самый подходящий.