Пара для проклятого дракона (СИ) - Гераскина Екатерина - Страница 30

— Да. Точно отравлена, — тихо проговорил он.

Я начала обрабатывать рану: залила антисептиком, покрыла заживляющей мазью. Но этого было мало — нужно было зашить.

— Свет, — попросила я.

Лорд Даркбёрд уже всё понял без слов — магия в его руках вспыхнула ярче, освещая рану.

Я принялась зашивать, двигаясь быстро, но точно. Потом переключила внимание на вторую рану — на плече. Пришлось немного развернуть Дориана на здоровый бок. Ричард помогал придерживать дракона. С раной проделала то же самое: очистила, обработала, наложила швы.

Мама аккуратно вытерла пот с моего лбы. Я наложила повязки как могла. Не идеально, но, кажется, неплохо

Теперь нужно было напоить Дориана восстанавливающим зельем. С трудом, но смогла дать пару капель зелья. Дориана. Положили его живот. Мне показалось, что рана на спине намного опаснее.

На кровати, с противоположной стороны, тихо сидела Ариша. Она внимательно следила за мной и за неподвижным Дорианом.

В комнате мы остались вдвоём.

Я слышала, как женщины распределяют обязанности — кто-то готовит еду, кто—то раскладывает вещи. Они не мешали, но заглядывали в комнату, каждый раз с одним и тем же вопросом:

— Всё ли в порядке?

Я кивала, не отрываясь от Дориана. Все волновались за него.

Арина протянула мне белую ткань — чтобы я вытерла руки после того как помыла их в тазике. Я взяла её, вытерла ладони. Потом устало вздохнула, села рядом.

— Арина, — начала я. — Я хотела тебе сказать… Но не знала как.

— Говори как есть, мамочка, — звонко произнесла Ариша. В руках она всё так же сжимала куклу.

— Дориан — твой отец.

Глава 30

— Что ты думаешь, Ариша? — спросила я мягко, наблюдая за дочерью. —

— Я думаю… ты пока можешь переодеться, а я посмотрю за папой.

— Ты уже догадывалась? — спросила я вдруг, и невольно улыбнулась ей.

Ариша смущённо кивнула.

— Моя птичка мне сказала, — прошептала она, покрутила в руках куклу. — От него пахнет, как от папы… И его дракон… он такой ласковый со мной. Он делает всё, что я прошу. Он такой хороший. Только жаль, что ему постоянно больно. Я волновалась за него, когда он ушёл.

Слёзы потекли по щекам. Я склонилась и поцеловала дочь в лоб, обняла ее, притягивая к груди, втянула сладкий аромат ванили.

— Мамуль, я не стала ему ничего говорить. Видела, что он не знает, кто я. Подумала… может, ещё не время. Вообще, я хотела, чтобы он сам догадался.

— Какая же ты у меня уже взрослая… — прошептала я, вытирая слёзы. — Как же я тебя люблю.

— Мам, а папа… он выздоровеет?

— Он очень сильный дракон. Думаю, всё будет хорошо. Тем более, если мы будем рядом. Ты ведь говоришь, его дракон почувствовал тебя?

— Да, думаю, да.

— Значит, наше присутствие ему должно помочь. Я немного отлучусь, скоро вернусь.

— Хорошо, мамуль. Если что — я тебя позову. Здесь такие хорошие купальники! Тут так здорово плавать — вода такая тёплая, а ещё она подсвечивается розовыми водорослями. Представляешь? Папа сам их привёз из дальних стран, посадил здесь, и они так размножились… теперь дно такое «пушистое» и мягкое, а вода светится розовым! Мне здесь очень нравится… Конечно, я немножко скучаю по солнышку, но… но я знаю: папа сказал, что я должна быть в безопасности. Главное, что мы теперь вместе.

— Ариша, детка… К сожалению, как только Дориан поправится, нам с ним придётся уйти. На некоторое время. Но с тобой останется бабушка и наши родственницы. Я, кстати, хочу тебя с ней познакомить.

Дочь серьёзно кивнула.

— Конечно, мамуль.

И как раз в этот момент в дверь вошла мама.

— Вот, это моя мама… и твоя бабушка, — представила я.

Мама вытерла слезу, что скатилась по щеке, подошла к Арише. Я встала, уступила ей место. Мама села рядом, обняла девочку, заключила её в объятия.

— Будем знакомы, моя девочка… Как же я рада тебя видеть. Это делает меня такой счастливой.

Я тихо покинула их, аккуратно закрыла за собой дверь. Им нужно было немного времени вдвоём. А мне — срочно помыться, переодеться и попросить, чтобы приготовили бульон для Дориана. Именно этим я и занялась.

По запаху я нашла кухню. Там уже вовсю трудилась тётя Люда и Маша. Попутно разговаривали с мадам Прайей, которая вводила женщин в курс дела. Жрец беседовал с Даркбёрдом — они чуть поодаль устроились в удобных креслах.

Видимо, все уже разместились, потому что в коридоре не было ни сумок, ни рюкзаков.

Я подошла к Маше, попросила приготовить бульон. Та сразу же встала и, видимо, уже успела обжиться на кухне — она нашла и холодильник, и всё необходимое.

Я поблагодарила и, проходя мимо мадам Прайи, подошла к ней, обняла.

— Как же я рада вас видеть.

— И я тебя, моя девочка. Очень рада, что с тобой всё в порядке. Как хорошо, что ты вернулась.

— Покажите мне, пожалуйста, где здесь можно привести себя в порядок.

Мы пошли вместе по длинному коридору, освещённому мягким светом магических фонарей. Мадам Прайя показала мне розовый бассейн и ещё один грот. Это место было действительно уникальным, потрясающим. Я забежала в спальню, которую мне отвели, взяла сменную одежду и полотенце.

В спальне я заметила вещи Ариши, которые Дориан собрал заранее. Я мысленно поблагодарила его за то, что моя дочь могла чувствовать себя здесь в безопасности. А ещё я заметила у неё на столике альбом, карандаши и краски. Это купил Дориан. На душе стало тепло и светло, будто кто-то погладил изнутри.

Я взяла сменные вещи, полотенце и прошла к купальне.

Сняла одежду, аккуратно сложила её в стопку. Потом опустилась в воду. Я бы с удовольствием понежилась подольше — тёплая вода обволакивала тело, расслабляла, казалось, смывала усталость.

Но внутри скреблась феникс — беспокойная, тревожная, волнующаяся. Она чувствовала, как плохо дракону. Как ему больно. Как тяжело он дышит.

Поэтому я быстро привела себя в порядок. Надела просторную белую рубашку, удобные домашние брюки, тапочки. И почти бегом вернулась обратно в комнату.

Улыбнулась маме и Арише, которые шепотом разговорили. Взяла тазик и прошла на кухню, чтобы сменить воду и найти чистую ткань.

Вернулась обратно.

Мама, улыбаясь, отпустила из объятий Аришу, поцеловала внучку в лоб и вышла, негромко сказав:

— Побуду пока на кухне.

Я кивнула ей, улыбнулась в ответ и подошла к прикроватной тумбочке. Поставила тазик. Лишние лекарства убрала, оставила только самое нужное. Пока я рассматривала препараты, у Дориана поднялась температура.

Мокрой тряпкой вытерла лоб Дориана. Он горел. Жар был почти невыносимым.

Ариша внимательно следила за моими действиями. А когда я немного отступила в сторону, чтобы взять лекарство, она подползла к Дориану и поправила тряпку, провела ладошкой по его волосам, мягко погладила. Потом подула. Я замерла.

Перед глазами — настоящее чудо: то самое пламя, что всегда клубилось вокруг Дориана, чуть не касаясь его тела, теперь словно сползло с головы и осело на плечах. Оно стало тусклее, словно подчинилось её дыханию.

Потом я взяла с прикроватной тумбочки противовоспалительное зелье. Немного приподняла его голову, приложила к губам флакон. Он слабо сглотнул.

Так мы и крутились с Аришей, неизвестно сколько часов. Меняли повязки, протирали лоб, поили лекарствами. Мне показалось, что жар немного спал. Его дыхание стало чуть спокойнее.

Я прилегла с другой стороны. Там уже рядом с Дорианом клубочком уже свернулась Ариша. Я осторожно укрыла её концом бархатного покрывала, поправила подушку.

Потом забралась с другой стороны на просторную кровать.

Устроилась полусидя, прислонившись к изголовью. Думала лишь немного прикрою глаза. Так и не заметила, как уснула.

А когда проснулась — затаила дыхание.

Глава 31

Ариша спала, уткнувшись носом в куклу, обняв её тоненькими ручками. Ресницы отбрасывали лёгкие тени на щёки, волосы растрепались, и в этом было столько детской нежности, что сердце сжалось.