Хозяйка пельменной: накормить дракона! (СИ) - Мир Ева - Страница 6

Ну а что, железный аргумент, который понимают все слои населения, включая подпольных!

— Ну, была не была, — провозгласила я и, пока не передумала, скатилась вниз.

Глава 6

Секреты старого дома и как приручить дракона

Из темной кухни я скатилась по лестнице этажом ниже.

Шороху я навела еще больше, чем было: угодила ногой в ящик с чем-то сыпучим, рукой сшибла таз с огромной бочки, который тут же пустился вприпрыжку по каменному полу, разгоняя ночную тишину и, как я опрометчиво понадеялась, незваных гостей.

Я затаилась и даже не дышала, уверенная, что воришка первым выдаст себя. Совершенно точно то был не дракон. Мой несостоявшийся жених не уместился бы в тесно обставленной кладовой. К тому же, внизу оказалось ужасно холодно — дракон бы надышал огнем и согрел комнатушку. А вот желающий поживиться на чужом несчастье обалдуй — вполне устроился бы и так. Дверь-то в дом была открыта!

Не успела я додумать жуткую историю, как по ногам сильнее повеяло морозцем.

Нет!

Голых лодыжек что-то коснулось. Практически невесомо. Даже щекотно.

От неожиданности я подпрыгнула, как хлеб из тостера, завизжала и размахнулась сковородкой. Она просвистела в воздухе и попала по бочке. Рукава белого свадебного платья окунулись в странную жижу. Несмотря на грохот, который сама и навела, я все равно очень испугалась, когда из угла на меня выскочил какой-то зубастый зверь…

Чего только я не представила: крысу-мутанта размером с козу, хорька-людоеда, горного таракана с амбициями…

Но зверёк громко пискнул и доверчиво уткнулся мне в подмышку.

Я выронила чугунную посудину. Та с громким «бульк!» утонула в многострадальной бочке. В лицо брызнул рассол. Рефлекторно облизнувшись, я разобрала пряную кислинку и чесночный дух. М-м-м… а вкусно!

Грызун подмышкой испуганно забился и снова заверещал. Я вторила наглецу и попыталась смахнуть его на пол. Но не тут-то было! Гаденыш вцепился в кружево когтистыми лапками и не падал.

У меня промелькнула крамольная мысль — самой, целиком запрыгнуть в рассол, чтобы пушистый членовредитель всплыл. Но порыв остановила ледяная атмосфера кладовой, похоже, служившей погребом или холодильником.

Не отважившись на моржевание и громко подвывая, я выбралась в кухню. В широкие окна, выходящие на террасу, заглядывала рыжая луна. Необычайно крупная в этом мире, она наконец-то высветила интерьер и проложила глубокие тени. Дом будто ожил. Я слегка обалдела от перемен. Даже дышать вдруг сделалось легче…

Впрочем не надолго! Я вспомнила о прохиндее, который сначала уничтожал мои припасы в подполе, а теперь бесстыдно драл на лоскуты платье.

Я громко сглотнула и решительно заглянула под локоть.

На боку болтался меховой комок с блестящими глазками-горошинками и длинными ушами.

— Ты не крыса, — ошалело констатировала я, ведь навоображала всякого и уже мысленно молилась местным богам, чтобы они уберегли меня от чумы, дизентерии или чего там еще переносят жуткие монстры с голыми хвостами. Но то в родном мире.

А тут…

Белый, как мое свадебное платье, кролик запутался в кружеве и притих. Я аккуратно освободила коготки, нежно погладила лапки и спросила:

— Будем дружить, что ли?

Он шевельнул носом, отчего смешно задрожали тонкие усики, особо выделяющиеся в лунном свете.

— И как же тебя зовут? — пролепетала я, а у самой глаза начали слипаться.

Напряжение отпустило, и тяжелый день напомнил о себе.

— Меня Ася. — Я зевнула. — А ты будешь… хочешь назову тебя, как нашего герцога Файроном? Ты и так очень симпатичный, а заодно вырастешь таким же сильным.

Зверь молчал, но следил за мной очень внимательно, а потом словно подмигнул и похлопал длиннющими ресницами. И тут я догадалась заглянуть ему… да-да, в глаза, конечно.

— Так ты девочка! — Я шлепнула себя ладошкой по лбу. — Прости меня, милая, я ужасно устала и творю дичь. Будешь Вишней, ладно? А лучше так: Зимняя Вишня — красиво.

Я обняла пушистую находку, забралась с ногами на кресло около холодного очага, свернулась калачиком, расправила подол платья, чтобы прикрыть озябшие ножки, и мгновенно провалилась в тягучую дремоту.

Не знаю, сколько так прошло времени, но как только с террасы повеяло утренней прохладой, и вдалеке зарделся робкий рассвет, я размяла затекшее тело и предприняла вторую попытку познакомиться с домом. В темноте я не нашла жилых комнат, будто все, что было у бедняжки Астры — торговая лавка с заколоченными окнами и кухня с открытой террасой.

С утра мне повезло больше. Я обнаружила прямо за торговым залом длинный коридор. Ночью дверь маскировалась под шкафчик со склянками. Там же нашелся проход в жилую зону. Две спальни: с добротными деревянными кроватями под тяжелыми бордовыми покрывалами, с массивными платяными шкафами на толстых ножках. В одной даже было зеркало и выход в сад. Точнее, на невесть откуда взявшийся задний двор с несколькими небольшими запущенными грядками, вишневыми деревьями и каменным колодцем под раскидистым орехом.

Снаружи дом казался небольшим и напоминал старый сарай. Изнутри он открывал мне все больше и больше секретов, тайных комнат и удивительных историй. Дом мастерски вырастал прямо из горной породы, вгрызался в камень коридорами и кладовыми. Открывал небу пятачок сада, чтобы снова спрятать от посторонних глаз и палящих лучей близкого солнца хозяйственные комнаты и… хлев.

Я нашла деревянные загоны для скота и металлические клети то ли для птицы…

— То ли для собратьев твоих, кроликов, — рассказала я новой подруге, которая таскалась по пятам, внимательно осматривала вместе со мной помещения и ни разу не отстала, куда бы я ни пошла. — Ведьма жила неплохо. Вела хозяйство, продавала зелья. Видимо, пока были силы. Откуда же на ней взялся такой долг?

В недрах горы была и ванная комната с лоханью, подсоединенная к местному аналогу канализации. Из крана даже текла вода, правда, холодная.

А еще я нашла тайный проход в ту кладовую под кухней. К нижнему ярусу дома вело ответвление дороги, которое я не заметила в сумерках. Высокая тяжелая дверь на деревянном засове открывалась в амбар. Там лежали огромные мешки с разным зерном и кукурузой. А от амбара шел узкий коридор в ту холодную кладовку с соленьями и вареньями, где я устраивала ночью концерт. В соседней, буквально ледяной, комнате я обнаружила замороженные мясные тушки. Проголодалась!..

Вишня, пробегая мимо амбара с зерном, тоже проголодалась. Учуяв снедь, она выхватила у меня из пальцев пузатое зернышко. И так аппетитно захрустела, что я подавилась слюной. Правда Вишня вдруг чихнула, будто у нее открылась аллергия на кукурузу, и отбросила кушанье в сторону.

Моя белая крольчиха отличалась особой пушистостью и особой худобой одновременно. Как и мое нынешнее тело — чуть ли не просвечивало на утреннем солнце.

Поднявшись на кухню, я тоже подкрепилась кусочком сыра, который нашла в кладовой. И, на свой страх и риск, схрумкала соленый огурец из бочки.

— Похоже, в своем мире я уже умерла, — поделилась с Вишней печальными выводами.

Плеснув из крана на кухне сырой воды в глиняную кружку — вскипятить все равно было не на чем — я уселась за дубовый стол, чтобы запить терпкий вкус сыра и пряный огуречный сок. И обнаружила страницу, будто выдернутую из рукописной книги. Она была придавлена к столешнице круглым циферблатом с пятью стрелками и чудными символами вместо привычных цифр.

«Драконы и истинные пары», — гласил заголовок пузатым почерком.

Дальше шли рассуждения о звездах, схождении миров, высвобождении энергий и совместимости магических полей. Внизу страницы был обведен небольшой кусочек текста:

«Чтобы призвать истинность, надо выпить зелье на полную луну», — рецепт прилагался, — «выставить поисковый артефакт в соответствии со схемой», — рисунок четко совпадал с расположением стрелок на обнаруженном циферблате, — «призвать родственную душу. Результат необратим».