Хозяйка пельменной: накормить дракона! (СИ) - Мир Ева - Страница 11

И тут мельник, то есть заправский аферист, протянул ко мне свою лапищу раскрытой ладонью кверху и потребовал:

— Десять золотых!

Я подавилась воздухом и закашлялась. Этот гад услужливо похлопал меня между лопаток. А у меня аж в глазах потемнело от такого надувательства!

Только сейчас я заметила, что притащила мешок муки с собой.

— Вот! — продемонстрировала я жалкую треть. — Вот за это я должна платить⁈

Во второй руке была сковорода, которую я тоже не выпустила в пути. Возможно, зря — должно быть именно тяжелый металлический аргумент мешал дипломатии. Потому что отступаться мельник все равно не захотел.

— Где доказательства, что вы не рассыпали часть по дороге? — нашелся оппонент.

У меня сам собой открылся рот. Руки ослабли. Сковородка грохнула о пол.

Уел, гад. И правда, где?

У-у-у, драконов на вас не хватает! Да и тот, что есть, не людоед.

— Больше ни копейки не получите, — упавшим голосом просипела я. Ни один мой вопль не стоил этого мошенника.

Он снова молча приподнял бровь, будто я сморозила глупость.

— Говорю, за такую работу больше денег не дам, — спохватилась я, что о рублях и копейках в этом мире не слышали.

— А у вас больше и нет, — выдал мельник. — Вы же, Ася, ремонт затеяли. Забыли?

— Помню, — опасно протянула я. Кажется, у меня начинался очередной маниакальный виток возмущения. — Только это вообще не ваше дело!

— Мое-мое, коли вы решили меня обмануть и не заплатить за работу.

— А у каменщика слишком длинный язык.

И очень хороший слух. Ведь расслышал, паршивец, что деньги герцога у меня заканчиваются. Я тихонько простонала, что отдам на ремонт последнее, а он…

Ну Курт! Ну предатель! Кто просил всем рассказывать о моих планах⁈

Но ведь я планировала заработать еще.

А теперь у меня гораздо меньше муки, чем я рассчитывала… и гадский долг городу, который обманом выставил Гена…

Глава 11

Ведьмовская книга и протекающая крыша

Я так и вернулась домой с тем, что было. Платить мошеннику, конечно, не стала, но и вторую половину своего зерна обратно не получила. Было да сплыло. Пришлось утешиться горячим чаем из листьев малины, смородины и мяты.

Ничего, где наша пропадала!..

В одном из ящиков на веранде нашлись простые восковые свечи без магических заморочек, которые отлично загорались от необычных драконьих камней и пылали привычным оранжевым пламенем. В общем, драконификация будущей пельменной прошла успешно!

Спать я ложилась намытая, а до кровати добралась под приятным освещением.

Хорошо-то как!

Уже на следующее утро я собрала густые волнистые волосы на макушке, закрутила гулькой и закрепила лентой. Повязала белый передник: решила замесить ржаного хлеба и-и-и… налепить первую партию пельменей. Но для начала отыскала в комнате, принадлежавшей Надине, ведьмовскую книгу.

Та лежала на пюпитре, специальной трехногой подставке, напротив окна, выходящего в сад. Туда я планировала заглянуть ближе к вечеру, рассмотреть грядки и отыскать в хозяйственном крыле семена. Весна как раз заканчивалась, и время для посадок было подходящим.

Книгу я забрала на кухню, водрузила на широкий дубовый стол и приготовилась осквернить святая святых ведьмовской гримуар рецептом пельменного теста. Я помнила его по памяти, но собиралась поэкспериментировать с кукурузной мукой, а потому хотела видеть текст перед глазами. Да и традиции этого дома придется менять, ведь я не ведьма. А потому…

— Была не была!

Первым делом я исправила надпись на обложке. Вместо «Ведьмовская книга» стала «Поварская книга». Хоть я и знала, что правильно написать «Поваренная», но иначе вообще не ложилось.

Фолиант взбрыкнул, словно заправская лошадь. А потом вдруг раскрылся аккурат на том месте, где бывшая хозяйка тела выдрала страничку.

— Поняла, вклею, — ласково пообещала я и погладила обиженный гримуар по желтоватому уголку.

Внутри у меня все сжалось комочком, но я не показала испуга. Почему-то подумалось, что с книгой надо, как со зверем, если она заметит слабину, — больше не дастся. Пока что она признала мою силу, пускай и не колдовскую, и подчинилась.

Откладывать дело в долгий ящик я не стала.

Отсыпала кукурузной муки в чашку и залила холодной водой. Пока возилась с опарой для хлеба, — к слову, дрожжи я нашла в холодной кладовой, — крахмал осел на дно.

Я аккуратно слила лишнюю водичку в миску, а из крахмала приготовила клейстер. Такой я часто делала для детишек в детском саду. Все аппликации получались безопасными и экологичными. Вот и сейчас природный клей пригодился!

Выдернутый из книги листок торжественно отправился на место.

Фолиант недоверчиво зашелестел страницами, а потом подпрыгнул на столе, заискрил мелкими огоньками и от моего рукоделия не осталось и следа. Страничка приросла, будто всегда была невредимой.

— Чудеса! — похвалила я книгу и вежливо уточнила: — Позволишь?

Та вместо ответа снова подпрыгнула и захлопнулась. Надпись на обложке плавно исказилась, и мои каракули перетекли точно на прежние тисненые буквы. От вандализма не осталось и следа, теперь тиснение выдавало только один вариант: «Поварская книга».

— Ого! Ну спасибо, дорогая! Я тебя в обиду не дам.

В ответ мне открылась чистая страница, куда я дрожащей от волнения рукой записала лучший рецепт пельменного теста из трех ингредиентов:

'Вода 1 стакан

Мука 4 стакана

Соль 1 чайная ложка'.

А на соседнюю страницу добавила второй рецепт из пяти составляющих:

' Вода 1 стакан,

Масло растительное ⅓ стакана

Мука 4,5 стакана

Соль 1 чайная ложка

Огненная вода 1 чайная ложка'.

Большего количества ингредиентов не должно быть ни в коем случае. Чем короче состав — тем меньше поводов для подвоха!

— Никаких яиц и молока, у нас ведь не пирожки — ничего лишнего! — наказала я сидящей рядом Вишне, будто та заделалась моим подмастерьем.

Но услышала меня книга! Она самостоятельно сделала пометки на полях ровным витиеватым шрифтом и дрогнула, чтобы я обратила внимание.

— Ты ж моя прелесть, — восхитилась я и нежно погладила листочки. — Тогда добавь, пожалуйста. Соль надо сначала растворить в воде. А в первом рецепте воду вскипятить и вылить в горку просеянной муки. В обоих случаях тесто хорошо отбить и оставить отдыхать в холодной комнате на час другой.

Я так обрадовалась количеству помощников, что отложила в сторону писчие принадлежности — им на кухне не место. И принялась месить тесто по первому рецепту прямо на огромном дубовом столе напротив окна.

Вид на веранду и горы ободрял.

Одну порцию я приготовила на пшеничной муке, а во второй заменила половину на кукурузную и добавила растительного масла из второго рецепта. К слову, никакой огненной воды в кладовых не нашлось. Были яблочный уксус и сливовый соус, но их я пока что использовать не стала. А еще в лавке у входа в дом скопилась куча склянок с зельями, может, там и было что-то на замену, но я туда пока не лезла.

Началось настоящее творчество!

И когда я поставила тесто отдыхать, на порог явился Курт. Он подвез на телеге материалы для ремонта и разгружал их. Под рубахой на тренированных плечах ходили мускулы. Завидев меня, Курт широко улыбнулся, демонстрируя ямочки на щеках.

Ямочки хорошие конечно, но язык…

— Явился? — напустилась я, уперев перепачканные в муке руки в бока.

— Ага, — простецки заявил Курт и, не замечая моего настроя, продолжил: — Сейчас займусь очагом. И как только с ним закончу — полезу на крышу.

— Я подумываю отказаться от ваших услуг.

— Отчего же? — искренне удивился Курт и буквально спал с лица.

— Весь Кантилевер знает о ваших планах и моих проблемах с деньгами.

— Так разве это секрет? Генрих еще накануне заявился в таверну и сказал: «У девчонки…». Простите, Ася, он назвал сумму в вашем распоряжении и выспросил, кто за такие гроши… в смысле, кто вообще возьмется за работу.