Идеальная помощница для орка-мэра (СИ) - Озерова Татьяна - Страница 2

Я была в полном отчаянии, когда увидела это объявление. «В помощницы к мэру столицы. Требуются особые умения: скорость, системность, понимание новых технологий». Это была соломинка. Последняя.

Голос миссис Элисон прозвучал оглушительно, как гудок паровоза:

— Три минуты!

Мне нужно разобраться с этим сортировщиком. Не читать, а видеть. Механика — это логика.

Я распахнула глаза. Взгляд упал на схему соединений, выгравированную прямо на корпусе. Стрелки, шестерёнки. Я представила, как пар должен идти по трубкам. Как рычаги должны двигаться.

Открыла две задвижки. Потом повернула клапан. Уверенно дёрнула главный рычаг. Аппарат вздрогнул и зашипел. Из выходного лотка выпало аккуратное письмо. У меня получилось!

Голос миссис Элисон разрезал тишину:

— Кто что успел, то успел. Отходим от столов. Следующее испытание!

Глава 3. Вопрос

— Второе испытание! — голос миссис Элисон прозвучал, как удар хлыста по обнажённым нервам.

Сердце ёкнуло и замерло, а в животе всё сжалось в ледяной ком.

Из потока писем, направляемых магией под потолком, отделились листы и опустились на наши столы перед сортировщиками.

Мои подрагивающие от нервного напряжения пальцы протянутый лист. Это был финансовый отчёт по проекту городского освещения. Колонки цифр, суммы, расчёты. Знакомый мир, где я хоть что-то понимала.

— Найдите ошибку, — скомандовала миссис Элисон, — у всех они разные. Доложить мне по готовности. На всё пятнадцать минут.

Девушки по обе стороны от меня торопились. Одна принялась лихорадочно складывать числа в уме, нашёптывая себе по нос, другая — бегло просматривать документ, явно не понимая, с чего начать.

Я чувствовала, как дрожь поднимается от коленей к животу, но сделала глубокий вдох, пытаясь загнать панику обратно.

Цифры. Мой родной язык. Я видела их структуру, их логику, ощущала её почти физически.

Мой взгляд скользнул по колонкам, выискивая аномалию, сбой в ритме. Несоответствие нашлось быстро — искусно скрытая арифметическая ошибка в подсчёте стоимости медных труб.

Ошибка, дававшая перерасход в пять тысяч крон. В груди что-то ёкнуло — короткий, яркий всплеск уверенности. Я подняла руку, ощущая, как она предательски дрожит.

— Я закончила.

Миссис Элисон приблизилась, её взгляд был испытующим, тяжёлым.

— Ваш ответ?

— Строка семнадцать, — сказала я, заставляя голос звучать твёрже, чем были мои ноги. — Ошибка в умножении. Перерасход — пять тысяч крон.

На её лице мелькнуло нечто, похожее на уважение. Она кивнула и двинулась дальше.

Я услышала, как соседка слева тихо ахнула, и по моей спине пробежала смесь гордости и нового страха — теперь на меня обратили внимание. Ещё несколько девушек тоже нашли ошибку, и миссис Элисон подтвердила правильность.

Едва миссис Элисон объявила время истекшим, как аппараты на столах взлетели под потолок с шипением пара. Столы с грохотом съехались, образовав один огромный. И на него с верхних конвейеров обрушился водопад бумаг.

Горы несистематизированных счетов, отчётов, жалоб за последние пять лет. Меня окатило волной запаха пыли и старой бумаги.

— Третье испытание! — провозгласила миссис Элисон, и её голос отозвался гулким эхом в моих ушах. — Вам нужен договор на поставку угля с шахтами Грозовых Пиков за позапрошлый год. У вас есть двадцать минут. Старт!

Остальные кандидатки с визгом бросились к горе бумаг, начав лихорадочно в ней копаться. У меня перехватило дыхание от масштаба хаоса.

Я же осталась на месте, чувствуя, как подкашиваются ноги. Паника — худший советчик.

Невольно подняла взгляд на мэра, его молчаливая монументальная фигура возвышалась на балконе. Он продолжал наблюдать за испытанием.

Он перевёл тяжёлый взгляд на меня, и меня охватило странным жаром во всём теле. На щёки плеснуло румянцем, и я опустила глаза. Договор на поставку угля… Надо найти.

Я обошла груду, изучая её структуру, пытаясь унять дрожь в руках. И увидела его — толстый кожаный журнал, лежавший чуть в стороне. Журнал входящих документов. Его все проигнорировали.

Шершавая кожа обложки коснулась моих пальцев, я открыла его.

Аккуратные записи, даты, номера дел. Мои пальцы побежали по строкам, отыскивая нужный период.

Через пару минут я знала номер дела и приблизительное место в архиве. Ещё пять — и я вытащила из груды аккуратную папку с искомым договором.

Миссис Элисон взяла её из моих рук. Её взгляд был красноречивее любых слов. И в моей груди растеклось что-то тёплое и уверенное. Я сделала всё, что могла.

— Испытания окончены, — холодно объявила она собравшимся. — Решение будет сообщено дополнительно. Можете быть свободны.

Глава 4. Письмо

Мы вышли в огромный, гулкий холл мэрии. Девушки, возбуждённо щебетавшие, быстро разошлись.

Я же осталась стоять, прислонившись к холодной мраморной колонне, пытаясь совладать с телом, которое вдруг стало ватным и непослушным. Внутри всё дрожало от перенапряжения.

Я сделала всё, что могла. Но кто я такая? Безродная сирота без диплома.

Живот снова свело от голода и страха. Кроме меня были другие, кто справился и с сортировщиком, и с поиском. Наверняка все они с дипломом. А может, выберет дочь какого-нибудь советника.

В любом случае, мне надо было думать, что делать дальше. Не надо сдаваться. Я должна попробовать ещё. Проверить новую доску с объявлениями, может там новые появились.

Снова ночевать на вокзале? По спине пробежали мурашки от ужаса перед грядущей ночью. Ещё оставались кое-какие деньги, надо попробовать найти всё же комнату для ночлега.

— Почему я должен взять именно вас?

Низкий, густой голос прозвучал прямо у меня за спиной. Он прошёл по коже как электрический разряд. Я резко обернулась, и сердце провалилось куда-то в пятки, а дыхание перехватило.

Передо мной стоял Ярг Штоун. Его изумрудная кожа казалась темнее и глубже в тени холла, а массивная фигура заслоняла весь свет, превращаясь в живое воплощение власти.

Он стоял так близко, что я чувствовала исходящее от него тепло, вдыхала слабый запах дорогого одеколона и чего-то неуловимого, чисто мужского.

Моё тело отозвалось на эту близость предательской волной жара, прокатившейся по коже и заставившей кровь стучать в висках.

Страх был острым и холодным, парализующим, но под ним клубилось что-то ещё — дикое, запретное восхищение его монументальной силой.

Его холодные, светло-серые глаза придавливали меня меня тяжёлым, немигающим взглядом, который казался физическим прикосновением.

— Девушка без диплома и рекомендаций, — продолжил он, — когда испытание прошли выпускницы, многие со связями и завершёнными личными проектами. Мне нужен ваш ответ. Почему именно вы лучше всего подходите для работы здесь?

Сердце колотилось заполошно, почти причиняя боль.

Но где-то в глубине, под слоем страха и этого странного, тягучего возбуждения от его присутствия, загорелась искра гнева. Или гордости. Не знаю, чего.

Я заставила себя выдержать его взгляд, подняв подбородок, чувствуя, как горит лицо.

— Потому что я дала быстрый результат, — выдохнула я, и мой голос прозвучал тихо, но твёрже, чем я ожидала. — В своей работе я всегда нацелена на результат. Быстрый и точный.

Я сделала крошечную паузу, вбирая воздух, пахнущий им.

— Вы же известны как самый результативный мэр. В вашем новом проекте, как и во всех других, именно это и важно — результаты.

Он не ответил. Не изменился в лице.

Его каменное выражение оставалось непроницаемым.

Он просто смотрел на меня своим пронизывающим взглядом ещё несколько бесконечных секунд, в течение которых всё моё тело трепетало от этого внимания. Потом развернулся и ушёл.

Я осталась стоять у колонны, дрожа как в лихорадке, с бешено стучащим сердцем и одним лишь вопросом в голове, смешанным с содроганием и странной, томительной надеждой: что теперь будет?