Криминальная психология - Кантер Дэвид - Страница 36

Другая форма убийства, проиллюстрированная Бреви-ком или ужасающим количеством случаев стрельбы в школах в США — это когда происходит убийство нескольких человек за одну массовую атаку; обычно с помощью автоматического огнестрельного оружия. Такие убийства, соответственно, называются «массовыми», потому что убийца осуществляет свою (мне не известно о существовании женщин, которые были бы массовыми убийцами, за исключением особенно редких случаев, когда они сопровождали мужчин) атаку за один раз против нескольких человек, обычно в одном или двух местах и за короткий период времени (Делиси & Шерер, 2006).

Эти убийцы почти всегда погибают в ходе своей атаки, либо в ходе перестрелки с полицией, либо убивая самих себя. Даже если это не происходит, они ожидают, что погибнут. Это сравнивается с библейским персонажем Самсоном (Кантер, 2006), который убил себя, обрушив храм на себя и своих поработителей, филистимлян. Таким образом, массовое (беспорядочное) убийство можно с успехом считать формой самоубийства. Фактически, случаи, в которых убийца намеренно ставит себя в ситуацию, когда он знает, что будет убит полицией, можно назвать «самоубийством с помощью полицейского».

Интересно соотносить массовое убийство с тенденцией последних лет, когда повстанцы и террористические группировки используют террористов-смертников как способ атаки. У этих убийц много общего с массовыми убийцами. Их действия были охарактеризованы как синдром Самсона (Кантер, 2006), что также перекликается с японскими летчиками-камикадзе времен Второй мировой войны.

Между экспертами нет согласия по поводу количества убийств, которые должны произойти прежде, чем преступника сочтут серийным убийцей. Однако обычно термин «серийный убийца» применяется к убийствам, которые происходят, когда убиты три или более жертв одним и тем же человеком (иногда парой человек) за период времени, который может варьироваться от нескольких дней до нескольких лет. Обычно для того, чтобы отличать эти убийства от массовых, между каждым из убийств существует «период охлаждения», когда преступник не убивает (Раппопорт, 1988; Крессвелл & Холлин, 1994; Дженкинс, 1998). Хотя многие серийные убийства включают доказательства предварительной сексуальной деятельности, во время и/или после смерти (Мелой, 2000), не все серийные убийцы — это убийцы на сексуальной почве.

Еще один пример многократного убийства — это «массовое убийство» («расправа», «бойня»). Оно может происходить в период войны и в период этнических конфликтов, таких как в Руанде или на Балканах в последние годы, или в Сирии в настоящее время. Часто их можно более эффективно считать скоординированными серийными убийствами; возможно, у них больше общего с серийными убийствами, чем зачастую осознается? Но особенно интересный пример с психологической точки зрения — это тип массового убийства, который можно классифицировать как массовое самоубийство. Бойня в Джонстауне 1978 года, в которой погибло 900 человек в религиозной общине на северо-западе Гайаны — это один из примеров такого события. Более спорный пример — это осада 1993 года возле Уэйко в штате Техас. Она закончилась тем, что 76 человек было убито в результате столкновения, возникшего во время нападения ФБР на религиозную секту «Ветвь Давидова», члены которой хранили много оружия.

Все эти массовые убийства имеют общий аспект — одна закрытая группа определяет, что какая-то другая группа или общество в целом является ее врагом. Процесс поддержки группы укрепляет такие взгляды. Когда система убеждений подпитывается религиозными убеждениями, и когда оружие, особенно огнестрельное, имеется в наличии, получается опасный коктейль, который может привести к таким массовым убийства. Не будет преувеличением заметить здесь сходства и со злодеяниями, совершенными нацистами.

МОДЕЛИ ДЛЯ ПОНИМАНИЯ УБИЙСТВА

Разнообразие форм однократного и многократного убийств открывает вероятность того, что существует много различных процессов, которые могут привести к убийствам. Но, как и в случае со всеми другими видами преступлений, вариации внутри любого конкретного контекста полезны в формировании общей картины процессов и причин, лежащих в основе того, что люди убивают друг друга.

Одно из наиболее часто упоминаемых отличий в криминальности, которое имеет отношение к убийствам, было впервые идентифицировано Фесбахом (1964) касательно агрессии в принципе. Он предложил различие между экспрессивным насилием, которое происходит в ответ на стимулирующие гнев условия, такие как оскорбления, физическое нападение или личные неудачи, и инструментальной агрессией, которая вытекает из желания обладать материальными вещами (деньги, автомобиль) или статусом (власть, престиж). Это различие было развито дальше, чтобы также охватить убийство (Салфати, 2000). Таким образом, например, когда банды наркоторговцев убивают конкурентов, или когда, как в ранней работе Болито (1926) «Убийство ради выгоды», люди убивают квартиросъемщиков, чтобы завладеть их деньгами; это очевидные случаи инструментального насилия. Напротив, неожиданный всплеск эмоций одного партнера, который зол на другого, может считаться экспрессивным убийством. В некоторых случаях последнее может считаться непредумышленным убийством или убийством второй степени (см. Пример 8.2).

Возможно, наиболее очевидной формой инструментального убийства является то, что известно как «заказное убийство». В этих случаях один человек нанимает другого для того, чтобы убить третьего. Но, в то время как часто подразумевается, что нанятый убийца — это какой-то аноним, с которым тайно встречаются и которому платят за его услуги, существует много примеров, где убийца — это, на самом деле, помощник того человека, который его нанимает (Крамплин, 2009). Это означает, что процессы, понятные при других убийствах между партнерами или знакомыми, могут быть релевантными и для заказных убийств.

Вопрос о том, что довольно необоснованно называют «убийством в защиту чести», также заставляет задуматься над тем, что лежит в основе этих убийств. Это чрезвычайно печальные случаи, когда член семьи, часто дочь, убит другими членами семьи. Причины, которые приводят для такого убийства — она оскорбляла честь своей семьи. Как правило, из-за ее отношений с кем-то, кого не одобрила семья, обычно потому, что он — выходец из другой секты, клана или имеет другое вероисповедание.

Безусловно, как и в случае с классификациями человеческой деятельности, на практике простые типологии редко существуют в таком чистом виде. Например, человек, который злится потому, что родственник забрал его наследство, может решить убить такого родственника. Это экспрессивное или инструментальное убийство? Также есть убийство потенциального свидетеля, например, убийство жертвы изнасилования. Это инструментальное убийство?

Несколько иной подход к интерпретации различных, форм насилия при однократных и многократных убийствах — это рассматривать роль жертвы для преступника. Кантер (1994) предположил, что есть три определенные роли. Мы уже говорили об этом в главе 7 в Примере 7.2, но здесь это стоит повторить, так как это имеет отношение к убийству.

1. Жертва — это предмету к которому преступник не испытывает никакой жалости, но, тем не менее, который он желает контролировать. Он убивает и калечит, не испытывая никаких чувств, так как жертвы — это предметы, с которыми можно поступать так, как захочется.

2. Жертва — это средство, на которое преступник переносит свой гнев и досаду. Эти преступления принимают более контролируемую форму, чем когда жертва — это предмет. Жертва будет страдать от бремени эмоций преступника, чтобы косвенно страдать от его боли.