Будь счастлива, Алина - Антонова Наталия - Страница 6

— Я поняла, мамочка, что ты хотела сказать, — с самым невинным видом заявила дочь.

Мать одарила её подозрительным взглядом, уж не смеётся ли над ней собственный ребёнок. Кажется, нет.

— Так вот, — решила она завершить свою мысль, — пусть этот нехороший мужчина как можно скорее исчезнет из жизни Маши. Я уверена, что она ещё встретит свою судьбу в лице порядочного человека, который полюбит её по-настоящему. Она заслуживает этого.

— Конечно, заслуживает, — согласилась Алина, — только ей некогда и негде знакомиться с этим порядочным мужчиной.

Вероника Павловна подумала, что её дочь взрослая не по годам.

И сказала:

— Он сам её найдёт.

— Может, ты и права, — согласилась Алина, — даже Лиза говорит, что судьба и за печкой найдёт.

— Лиза-то у нас тоже в старых девах засиделась, — вспомнила Солнцева о горничной.

— Знаешь, мама, мне кажется, что Лиза не стремится к замужеству.

— Почему ты так решила? — удивилась оперная прима.

— Разве не заметила, что она и в свой выходной редко покидает дом. Если и отдыхает, то только вместе с нами.

— Я как-то не придавала этому значения, — обронила Вероника Павловна.

Всё случилось так, как и предполагала Алина: физкультурник довольно быстро охладел к Маше и, кажется, разбил ей сердце. Маша похудела, подурнела, к завтраку нередко выходила с заплаканными глазами.

— Опять всю ночь ревела в подушку, — недовольно бормотал себе под нос глава семейства. По-своему Эдуард Константинович жалел девушку, даже предложил ей побеседовать с хорошим психологом. Но Маша категорически отказалась:

— Спасибо, Эдуард Константинович, я сама справлюсь.

— Ну-ну, — тянул Солнцев.

И Маша старалась как можно реже попадаться ему на глаза.

В роли психолога пришлось выступить Алине. И девочка успешно справилась со своей задачей. Сама того не зная, она воспользовалась методом Тристана, остроумного неунывающего героя из фильма «Собака на сене» в исполнении Армена Джигарханяна, который лечил от мук любви своего хозяина Теодоро, призывая того смотреть на девиц с нужной точки зрения. Алина никогда не слышала его песни «Как исцелиться от мук любви», но, упоминая в разговоре физрука, говорила:

— Он, конечно, мама права, смазливый, но, с папиных слов, — тупой как пробка, — и всё в том, же духе. Маша сначала слушала воспитанницу рассеянно, потом стала кивать и наконец разразилась смехом. Прошла пара месяцев — и Машиной любви как не бывало. Правда, осталось небольшое осложнение в виде полного отсутствия желания заводить новые романтические отношения. Но Солнцевы надеялись, что это со временем пройдёт. И Маша начнёт бегать на свидания. Правда, в глубине души все они — особенно Вероника Павловна, хоть и корила себя за эгоизм — хотели, чтобы это случилось позже. «Пусть бы Алиночке исполнилось хотя бы лет четырнадцать, — думала она, — тогда наша девочка смогла бы обходиться без гувернантки». Вероятно, небеса благоволили оперной диве, поэтому вняли её мольбам. А может быть, это произошло само собой. Так или иначе, но, когда Маше встретился достойный мужчина, Алине уже исполнилось пятнадцать.

Маша не сразу рассказала своей воспитаннице о переменах на личном фронте. Алина сама заметила, что поведение «Мэри Поппинс» неуловимо изменилось. Но самое главное, она все свои выходные стала проводить вне дома Солнцевых, чего раньше с ней почти никогда, кроме времени злосчастной любви к физруку, не случалось.

Поэтому, когда они однажды остались наедине, Алина прямо спросила:

— Маша, у тебя кто-то появился?

Мария Семёновна, к тому времени уже перешагнувшая тридцатилетний рубеж, зарумянилась, точно подросток.

— Всё понятно, — прокомментировала её румянец Алина, — колись уже!

— Что ты от меня хочешь? — потупившись, спросила гувернантка.

— Хочу, чтобы ты рассказала мне, кто он. И где ты с ним познакомилась.

— Зовут его Игорь Валерьевич Чижов, — сказала Маша.

— Чижик-пыжик, где ты был… — невольно вырвалось у Алины.

— Если ты будешь смеяться, я ничего рассказывать не стану, — сурово отозвалась на её реплику Мария Семёновна.

— Машенька! Родная, прости, — извинилась Алина и ласково дотронулась рукой до плеча гувернантки.

— Ладно, на первый раз прощаю, — великодушно ответила та.

— А второго раза не будет, — искренне заверила Алина. — Кто он по профессии?

— Кризисный менеджер.

— Ух, ты! Это тот, который доводит компании до ручки?

— Что ты имеешь в виду? — удивилась Маша.

— Специалист, который разоряет компании. Я в кино видела.

— Нет, — покачала головой Маша, — мой Игорь не такой. Он специализируется на спасении компаний, терпящих бедствие. Некоторые компании, имеющие умных руководителей, обращаются к нему с целью профилактики.

— В смысле? — не сразу поняла девочка.

— В целях недопущения кризиса в будущем.

— А разве такое возможно предусмотреть? — заинтересованно спросила Алина.

— Конечно, — горячо заверила её Маша, — если специалист знает своё дело.

— А твой Игорь Валерьевич именно такой специалист, — улыбнулась воспитанница.

— Представь себе! — ответила Мария Семёновна и гордо надёрнула округлый подбородок с премиленькой ямочкой.

— А квартира у этого Чижова есть? — уточнила Алина с долей подозрительности.

— Есть. Трёхкомнатная в новостройке, недалеко от парка Победы.

— Здорово. А ты её видела? — продолжила допытываться воспитанница.

— Видела, — кивнула Маша. Снова покраснев до кончиков ушей, призналась: — Мы один раз по делу к Игорю домой заезжали.

— На чём — на троллейбусе, — с невинным видом поинтересовалась Алина, — или на твоей машине?

— Зачем же на троллейбусе, — обиделась Маша за своего любимого. — И не на моей машине. У Игоря свой автомобиль есть. — И, не дожидаясь от Алины очередного вопроса, быстро проговорила: — «Лада Гранта».

— Ладно, пусть будет «Лада Гранта», — покладисто согласилась воспитанница. Переменив тему, всё-таки задала каверзный вопрос: — Надеюсь, он не ловелас?

— Нет! — быстро и уверенно ответила Маша.

— Слава Богу, — совсем по-взрослому вырвалось у Алины. Маша в ответ только тихо вздохнула.

— Чувствую, что тебе на этот раз повезло, — проговорила неуёмная Алина. И спросила: — Где же ты отыскала такое сокровище?

— Помнишь, твоя мама посылала меня зимой в драмтеатр за отложенными для нас билетами на «Хануму»?

— Что-то такое припоминаю, — неуверенно проговорила девочка.

— Так вот, у кассы мы и увидели с Игорем друг друга, а когда я шла к выходу, он догнал меня. В общем, так и познакомились. Чтобы не разговаривать на улице, тогда, если ты помнишь, стояли морозные дни…

— У тебя была машина, — напомнила Алина.

— Не могла же я приглашать в свою машину незнакомого мужчину? — искренне возмутилась Маша.

— И он пригласил тебя в свою.

— Алинка! — прикрикнула гувернантка иа воспитанницу.

— Не бери в голову. Шутка юмора! Я уже поняла, что он пригласил тебя в кафе. Потом вы обменялись телефонами?

— Обменялись, — подтвердила её догадку Маша.

— И всё пошло-поехало, — развила свою мысль Алина. И уточнила: — Скоро свадьба?

— Этого я пока не знаю, — снова смутилась Маша.

— Почему спрашиваю-то, — пустилась в объяснения Алина, — мне же надо подготовиться к тому моменту, когда меня бросит няня.

— Алина! Ты уже не ребенок, — мягко укорила её Маша. — И никакая няня тебе не нужна.

— Что верно, то верно, — без особого энтузиазма согласилась она, — но не забывай, что я ещё малолетка! То есть несовершеннолетняя.

— Не волнуйся, — успокоила Мария Семёновна воспитанницу, — я не выйду замуж, пока тебе не исполнится шестнадцать.

— Вынуждена напомнить тебе, — официальным голосом проговорила Алина, — что совершеннолетие наступает в восемнадцать лет.

— Ну, извини, — Маша развела руками.

И обе девушки рассмеялись.

Маша сдержала слово и покинула дом Солнцевых только после того, когда Алине исполнилось шестнадцать.