Проклятый Портной: Том 4 (СИ) - Белов Артем - Страница 9

— П-п-пожалуйста… Не надо…

— Поздно, Василина Андреевна, поздно…

Иркутская губерния

Территория артели Мельникова

Подземелье 9 уровня (класс I)

30 июня 2046

Суббота

— Как же я по вам скучал, мои дорогие… — я с некой толикой нежности посмотрел на очередную спрыгнувшую с ветвей гусеницу, после чего пинком отправил её в сторону дерева.

Противно вереща, монстр с чавканьем врезался в твёрдый ствол, а затем попытался забраться по нему обратно наверх. Однако не успел. Кривой нож, проклятый на вытягивание маны, вошёл в мягкое тело твари да там и остался, так как на меня сверху свалились ещё две гусеницы.

Этих я уже добивал шпагой. Ножом оно, конечно, быстрее, да и для магического сердца полезнее, однако сегодня я в дыру полез не ради прокачки.

После вчерашнего пожара, устроенного Зориной, я был вынужден констатировать, что в качестве домработницы она невероятно опасна для окружающих. Не знаю, как ей удалось закоротить микроволновку, но по итогу от большей части нашей кухни практически ничего не осталось. Я, само собой, со временем планировал сделать там ремонт, но столь радикально начинать этот процесс уж точно не собирался.

— Не, ну ты представь, я возвращаюсь домой, а там две клуши стоят и наблюдают за догорающим холодильником… — пожаловался я очередной гусенице, но та нагло игнорировала моё душеизлияние. Похоже, нож, обычный нож, в собственном брюхе по какой-то непонятной мне причине её волновал куда больше, чем мои душевные муки.

— Ну вот я и решил, что пора заканчивать с этим… — продолжил я излагать свои мысли уже в соседней пещере, так как в предыдущей слушатели неожиданно закончились. — Тайны переписки Мыши Зорина мне не выдала, хотя я был весьма убедителен и провёл с ней даже не два, а все пять спаррингов. И представляешь, она не созналась! А упёртость и верность — отличные качества для личного телохранителя, правильно?

Гусеница согласно хрюкнула и постаралась зарыться в мох, так как даже её маленьких мозгов хватило, чтобы осознать то, что до дерева ей не успеть добраться.

— Не, не, ты послушай… — я схватил улепётывающую тварь за одну из ног и потянул к себе.

Монстр в ответ ещё активнее заработал свободными конечностями, цепляясь за корни под зелёным ковром, и мы какое-то время играли в перетягивание каната. Животинка не хотела помирать, а мне нужно было выговориться, во что бы то ни стало.

Я вполне понимал, что моя жажда общения со всеми подряд несколько ненормальна. Однако особо по этому поводу не напрягался, так как был уверен, что это связано с длительным пребыванием в Октопусе и постоянной тратой маны. Магическое сердце в те дни работало на износ, благодаря чему неплохо так прокачалось и, теперь накопив ману за время отдыха, стравливало её излишки мне прямо в кровь.

Так что поход в мельниковское подземелье не был спонтанным решением и нёс в себе две задачи. Первая — добыть ингредиенты, вторая — нормализовать магический фон внутри организма.

А, не, вру, была ещё и третья, а именно сбросить психологическое напряжение. А так как путь в дом Варвары мне пока был заказан, а девушку не выпускали «гулять» из-за разбирательств с другими родами, спустить пар я мог, только сражаясь или болтая. А где ещё это можно сделать лучше, как не в подземелье? Тем более что в подземелье хватает тех, с кем можно поговорить по душам. И монстров, и людей здесь было предостаточно.

Впрочем, как в дальнейшем оказалось, людское умение слушать я, судя по всему, всё же переоценил…

— Слушай, парень, шёл бы ты уже отсюдова, а? Это же твои бабы дом подожгли, а не я. Значит, это твои проблемы, а не мои… Ну вот чем я тебе помочь могу? — грустно произнёс скупщик, с тоской глядя на меня. — Знаешь, а давай я весь твой хабар с пятипроцентной надбавкой выкуплю? Только уйди отсюдова уже, наконец… Ну, пожалуйста…

— Что деньги? Пыль… А вот беседа с умным человеком — бесценна… — я ссыпал в сортировочный ящик очередную порцию яблок из найденного в одной из пещер мешка.

Судя по обрезанным лямкам, какой-то бедолага избавлялся от него прямо на ходу. Трупов я поблизости не обнаружил, так что можно было предположить, что добытчик убежать всё же успел. Вот и выходило, что вроде бы и счастливчик, а, с другой стороны, тот ещё раззява…

— Да я не то, чтобы умный, — не задумываясь ни секунды, тут же выпалил мужик в комбинезоне. — Семь! Нет, десять процентов, и поезжай ты уже домой! Смена твоя давно уже укатила, ты уже вроде как здесь больше положенного находишься… И куда только охрана смотрит?

— Мимо она смотрит и даже разговаривать со мной не хочет… А так у меня разрешение от вашего начальника имеется, — сгрузив добычу из второго рюкзака, я продемонстрировал бумажку, заверенную самим Мельниковым. — Хорошо, когда у тебя есть знакомые, у которых есть знакомые, у которых… Ну ты, в общем, понял…

— Двенадцать! Двенадцать процентов! Только больше никаких разговоров! — взвизгнул мужчина, когда я, покончив с яблоками, даже и не подумал уйти, а принялся распихивать мешки с добытыми железами по углам комнаты. Думаю, тут не утащат.

Хранить снаружи, пусть даже на территории охраняемого лагеря, было глупо. А к себе в гости вооружённая охрана меня больше не впускала, каждый раз при моём появлении в лагере запираясь изнутри в своём домике и отказываясь открывать даже при демонстрации волшебной бумажки с красивой печатью в углу.

Чуть дольше местной охраны продержался местный медик, уважаемая Жабинская. Но и она, после того как я приволок к ней верещащую гусеницу с повреждённой лапой, просто-напросто закрыла лазарет на ключ и прикинулась, что никого нет дома. Вот и верь потом врачам и их клятвам…

— Не, дружище. Извини, но ты оказался самым стойким слушателем, — взяв яблоко из корзины, я дыхнул на него, а после для верности протёр чистым куском футболки. — Так вот. Как я уже говорил, у меня всего пять проблем. И первая проблема — это…

Глава 4

Иркутск

Владения Серовых

1 июля 2046

Воскресенье

— Надо бы всё-таки озадачиться какой-нибудь нормальной мойкой… — пробормотал я, глядя на плавающую требуху в ванне, наполненной водой. — А то и места мало, и местные жители определённо будут недовольны. Как бы не прибили в порыве праведного гнева…

Я обвёл взглядом ванную комнату, заляпанную жёлтыми кляксами, и покачал головой. Хоть я и старался быть аккуратным, чёртова слизь разлеталась во все стороны, будто стремилась покрыть каждый сантиметр помещения.

— А это у нас ещё кто в такую рань? — я с недовольством посмотрел на зажужжавший на тумбочке телефон, однако увидев знакомое имя, решил всё же не игнорировать вызов. О чём практически сразу же и пожалел.

— Макс, ты чего вчера учудил у Мельникова? — вместо приветствия услышал я возмущённый голос Коровиной-младшей. — Он матери, считай, ночью позвонил и принялся жаловаться на тебя!

— И тебе утро доброе, красавица, — вздохнув, я положил мобильник обратно, не забыв ткнуть на иконку громкой связи.

— Ты мне тут… — девушка сбилась с мысли. Вроде бы и надо продолжать возмущаться, но ведь красивой же назвали…

И пока девушка вновь собиралась с мыслями, я с грустью взглянул на ванну и, включив воду, принялся промывать отлежавшуюся за ночь добычу.

— Ты там что, моешься? — так и не сказав то, что изначально собиралась, Ульяна среагировала на шум и переключилась на текущие события. Кто-то сказал «про память и рыбку»?

— Ванну принимаю. Пока ты не позвонила, скучал, а теперь вот лежу и тебя представляю. Вот прямо сейчас… Как представил… — я скривился, когда почти отчищенный от слизи шарик лопнул в моих руках, обдав меня клейкой субстанцией.

— Придурок! — прошипела в ответ на мои слова девушка, и я услышал короткие гудки, возвестившие, что чуткая натура шуток не понимает от слова «совсем».