Исчезновение в седых холмах - Сутягина Полина - Страница 5

– Я чрезвычайно рад, что вы так быстро откликнулись! Марта! – крикнул хозяин пестрого дома, и на пороге появилась немолодая женщина в переднике, чепце и с бесстрастным выражением лица. Она извлекла из кармана очочки без дужек и посмотрела через них на гостя.

– Чаю, пожалуйста, принеси, – мягко произнес мистер Гаррет. Женщина молча кивнула и так же неслышно удалилась.

– Мистер Гаррет, прежде всего мне необходимо задать вам ряд вопросов. Некоторые из них могут показаться не слишком тактичными…

– Да-да, конечно! Я все понимаю! – живо закивал чисто выбритым подбородком мужчина. Между тем в столице сейчас были снова в моде короткие бородки и аккуратные, слегка закрученные усы. Джон за модой следил.

Оба джентльмена расположились на добротно и изящно сделанных стульях с изогнутыми спинками.

– Для начала я попрошу вас еще раз изложить все обстоятельства исчезновения дочери. Пожалуйста, не упускайте никаких подробностей и деталей, даже если они покажутся вам несущественными. – Джон достал блокнотик и карандаш.

– Так ведь как… – пожал плечами мистер Гаррет, – была всегда здесь, а потом возьми да исчезни. Понимаете, она, ну после смерти матери, всегда помогала мне и Марте по хозяйству и была в основном дома…

– Марта – ваша горничная? Давно служит? – сразу уточнил Джон.

– Да-да… Она вместе с женой переехала. Еще в ее отцовском доме служила.

– Так. – Джон занес это интересное для него обстоятельство в блокнот. – Продолжайте.

– Так вот, она всегда дома была. Ну выходила за покупками, конечно, прогуляться там… К морю…

– Простите? – посмотрел с удивлением Джон.

– Простить что? – не понял мистер Гаррет.

– Мне не послышалось, вы сказали «к морю»?

– А, да… – усмехнулся хозяин дома, – здесь не курортные места, конечно. Берега скалистые, нет пляжей да и холодно. Такие как… хм… в общем, едут обычно не к нам. Но тут тоже есть выход на берег. Вы ведь в «Маргаритке» остановились? Ну так если пойдете в другую сторону, обойдете холм и потом еще по тропе, выйдете к берегу. А вы не знали, что мы на побережье?

– И она так далеко ходила гулять? Одна? – с сомнением переспросил Джон, проигнорировав вопрос хозяина.

– Да разве это далеко? Ну, бывало и одна… Что ж с того?

Джон слегка откашлялся, дело приобретало неприятный оборот. Идея искать разбившуюся на скалах девушку его совершенно не прельщала. Но он все еще продолжал надеяться на более жизнеутверждающие версии: заблудилась или сбежала с любовником.

– Вы искали там, где она обычно гуляет?

– Да, разумеется! И я, и Марта, и Майкл! – Мистер Гаррет еще больше оживился, словно на мгновение снова оказался в процессе поисков. – Мы всю округу обошли. Никаких следов… – Последние слова он произнес с трудом, борясь с овладевшим им чувством. Джон не мог понять в этот момент, каким именно – отчаянья или ярости.

– Кто такой Майкл? – с вкрадчивым любопытством спросил Джон.

– Так ведь служит у мисс Слоу… Сын дровосека Майкл Вудсмит.

Перед ними снова выросла худощавая фигура в чепце.

– Ваш чай, сэр, – сухо произнесла дама и опустила поднос на небольшой деревянный столик, тоже отменной работы.

– Благодарю, Марта, – кивнул мистер Гаррет и принялся сам разливать горячий напиток.

– Я могу потом пообщаться с вашей горничной? – между делом поинтересовался Джон.

– Да, разумеется. Могу позвать прямо сейчас… – Он набрал в грудь воздуха.

– Не стоит, – поспешно остановил его Джон, не любивший повышенных тонов. – Вернемся к Майклу.

– А что к нему возвращаться? Приличный такой парень. Я его с детства знаю. Он помогает иногда мне в мастерской, ведь его отец как-никак материал мне и поставляет. – Он постучал крепкой ладонью по столешнице, так что чайник и чашки запрыгали с недовольным звоном.

Его собеседник опустил взгляд на стол, оглядев массивные завитушки на ножках, и на всякий случай уточнил, чем занимается сам мистер Гаррет.

– Так ведь столяр я! Краснодеревщик. У меня даже из соседних городов мебель заказывают. Там вон наличники на окнах видели? Это я по эскизу, присланному мне из другой страны, делал! У них, говорят, сне́га… до крыш! У нас тоже зимой иногда наметет, знаете ли, но не выше подоконника. Так что мои наличники круглый год видать!

– Да, это все, конечно, замечательно… – медленно произнес Джон, – но все-таки как вы обнаружили исчезновение дочери?

– Так ведь я вам говорю, всегда дома – а тут нет ее целый день! Ну мы пошли искать. Весь город обегали, и к морю, – он специально подчеркнул последнее слово, – ходили, и по всем лавкам прошлись, даже к мисс Слоу заглянули. Нигде нет! А потом еще миссис Кардис приехала. – При упоминании этого имени его доброжелательно-встревоженное выражение лица на мгновение подернулось дымкой отчетливой неприязни. – Какой же она скандал тут устроила тогда! Сейчас даже не заходит. Впрочем, оно и к лучшему. Я только ради Фанни терпел ее присутствие здесь.

Скандал и миссис Кардис показались Джону не слишком совместимыми вещами. За прошлый вечер она успела произвести на него впечатление весьма уравновешенной и интеллигентной дамы, хотя какая-то чертовщинка в ней явно водилась. Воспоминания о миссис Кардис немного сбили Джона с курса, и он снова посмотрел в блокнот, чтобы скрыть смущение.

– Да, кстати, об этом… А что у вас за отношения с сестрой вашей покойной супруги? Вы не слишком ладили?

– Не слишком? – Плотник усмехнулся и слегка откинулся на спинку стула. – Мы не ладили вовсе. Она первая, кто в этой чокнутой семейке был против нашего брака с Лиззи. – Его живое лицо вдруг как-то посерело, а в карих глазах заиграли отголоски старой боли, он продолжил чуть тише: – Лиззи очень не хотела их всех печалить, поэтому наша помолвка была тайной, в какой-то момент она даже подумала разорвать ее, и я еле уговорил не делать этого… А когда мы поженились, никто, никто не приехал на свадьбу! Это семья вампиров, я вам доложу. Будь моя воля, я бы даже не допускал эту черную вдову до Фанни. Но разве я мог? Особенно когда… – он через силу сглотнул, – моя Лиззи умерла… – Он опустил голову и замолчал, сжав губы. Казалось, он хочет добавить еще что-то, силясь удержать нахлынувшие воспоминания о смерти супруги.

– От чего умерла миссис Гаррет? – мягко спросил Джон.

– Она… здоровье у нее всегда было не очень. Бледненькая такая, худенькая… Фанни покрепче чуть-чуть уродилась. Здесь хоть расцвела немного, а то у своих совсем бы завяла. Но все-таки… Фанни еще совсем девчушкой была, когда потеряла мать. Врачи сказали, слабое здоровье, да… – Он все еще смотрел на столешницу перед собой, собирая силы на слова.

Джон слегка постучал карандашом по шершавой поверхности блокнота. Чай остывал в чашках.

– Мистер Гаррет, давайте вернемся ко дню исчезновения вашей дочери. Вы говорили, она обычно была подолгу дома. А вы? Работаете здесь?

– Да, моя мастерская в отдельном крыле, – он поднял голову, вырывая себя из морока воспоминаний, – иногда я почти не выхожу оттуда. Даже могу заночевать прямо там, на лежанке. Теперь и вовсе, только бы не думать, что могу потерять и ее. Вот и в тот день. Я даже не знаю, спускалась ли она к завтраку…

– А что говорит Марта?

Мистер Гаррет с каким-то удивлением посмотрел на собеседника.

– Марта? – переспросил он. – Марта!

Джон чуть не подпрыгнул от этого крика.

– Марта, – снова спокойным голосом продолжил хозяин дома, – Фанни завтракала в среду?

– Не могу знать. Я ушла за покупками. Завтрак был на столе, сэр.

– И вы не заметили, притронулся ли к нему кто-то? – спросил ее Джон.

– Не заметила. Это не входит в мои обязанности. Сэр.

Джон посмотрел внимательно на горничную – ее лицо было совершенно непроницаемым, – потом на мистера Гаррета и подумал: «Да… Кажется, хороший кофе я выпью не скоро».

Осмотрев комнату пропавшей девушки, Джон спустился вниз, задать еще несколько вопросов хозяину. Проходя мимо камина, он задержал взгляд на не вписывающейся в интерьер деревяшке. Она выглядела как-то неестественно покореженной.