Пандора - Эссес Дария - Страница 5

– Удивительно сладкая… – прохрипел он, прикусив и слегка оттянув мою нижнюю губу. – Как я и думал.

Не надо.

Не надо. Не надо. Не надо.

Не осознавая, что делаю, я прижалась к нему и провела языком по его языку.

Губы мужчины растянулись в улыбке. Расслабившись в его руках, я услышала стон и только спустя мгновение поняла, что он вырвался из меня. Я по своей воле упала в бескрайнюю бездну и отдалась ему, отвечая на лихорадочные движения губ так, будто от этого зависит моя жизнь. Забыла, что меня целует похититель, который пару секунд назад направил на меня пистолет.

Свобода. Так она ощущалась на вкус?

– О, нет, любимая. Теперь у меня появилось желание навечно оставить тебя себе, – прошептал он, спускаясь поцелуями вниз по моей шее. Его бедра слегка толкнулись, и я, сама того не осознавая, со стоном выгнула спину. – Вот так… Покажи, кто скрывается за маской золотой девочки. Покажи, что тебе нравится, когда тебя трахают через одежду. Покажи мне свою тьму, Дарси Ван Дер Майерс.

С губ слетел крик, когда он укусил меня за горло, сжав ягодицу. Мне захотелось больше, ближе, сильнее. Каждое низменное желание обрело плоть и вырвалось наружу. Бедра непроизвольно сжались, после чего…

Я распахнула глаза.

Боже. Он возбудился.

Осознание происходящего накрыло меня, как волна во время шторма. Я отшатнулась и вырвалась из его объятий, полностью дезориентированная. Господи, что происходит? Как я… Как я докатилась до такого? Как я отдала ему во власть свое тело и, что еще хуже, свою душу?

– Прекрасно.

Медленно облизнув нижнюю губу, он поднял меня со своих колен и встал с кровати. Со слезами на глазах и ненавистью в сердце я наблюдала за тем, как мой похититель подходит к телефону – так, будто одержал победу в войне.

– Скажи, где мой брат, и я не перейду к следующему этапу. И поверь, Ричард Ван Дер Майерс: никому не захочется видеть, как твоя драгоценная дочка трется о мой член. Представляю, как это отразится на твоей репутации. Если и это на тебя не подействует, я начну отрезать от нее кусочек за кусочком, поэтому проверяй коробки перед входной дверью. В них часто могут поджидать сюрпризы.

Бросив на меня последний взгляд, он вышел из камеры.

А я уткнулась лицом в кровать и дала волю слезам.

***

Не знаю, сколько времени я провела в холодном подвале, натягивая на колени потертую черную футболку. Других вариантов не было, поэтому пришлось надеть единственную найденную вещь.

Она пахла им. Моим похитителем.

Я зарылась носом в воротник и почувствовала терпкий запах корицы. Раньше он ассоциировался у меня с матерью, но после сегодняшнего дня я не смогу думать о ее мягкой улыбке и запахе булочек, которые она пекла для нас с папой в детстве.

На ее месте появится он.

Темнота выпустила на волю внутренних демонов, которых я сдерживала ментальными цепями. Я сидела, устремив пустой взгляд в стену, пока перед глазами мелькали обрывки воспоминаний. Я знала, что никто не будет искать меня. Не потому что не заметят пропажу, а потому что просто некому.

Мне навсегда запомнился тот переломный момент, когда в один день мама собрала вещи и ушла. Жизнь с тираническим и токсичным мужем связала ее по рукам и ногам, медленно убивая, о чем я, семилетняя девочка, даже не догадывалась. Но однажды она разорвала путы и сбежала.

Только не взяла с собой меня.

Я никогда не могла понять, почему она так поступила. Я была слишком тихой или, наоборот, громкой? Она не хотела рожать меня? Было легче оставить меня в детском доме, чем наедине с деспотичным отцом, который сошел с ума, потеряв свою жену.

И вымещал свой гнев на мне.

Через минуты, часы, а может и дни металлические двери лязгнули.

Отец? Кейдж? Полиция?

В груди вспыхнула надежда, но она тут же угасла: в помещение вошли вооруженные люди в масках. По телосложению и росту второго человека я поняла, что это девушка. Ее глаза сверкали ледяной жестокостью, в то время как мужчина смотрел на меня со странным интересом, как на подопытную крысу.

– Кто вы? – выдохнула я, пытаясь скрыть испуг, но он просочился в дрогнувший голос.

Девушка присвистнула и закинула за спину биту.

– Нужно договориться, чтобы они поставляли нам такое же нижнее белье. Почему даже во время похищений эти малышки выглядят как дочери королевы Елизаветы?

Мужчина во всем черном привалился к стене, подбросив в воздух лезвие. Он ничего не ответил, но его гнетущее молчание испугало меня больше, чем открытая ненависть во взгляде девушки.

Я сглотнула вязкую слюну.

Они ведь не убьют меня, верно? В этом нет никакого смысла, если похититель что-то требует от отца.

– Думаю, нам стоит чаще наведываться на ту сторону, – произнес, наконец, мужчина таким меланхоличным голосом, будто находился на похоронах, а не перед девушкой, которую собираются избить битой.

Хотя это почти одно и то же.

– С какой части тела начнем? – воодушевленно спросила незнакомка, потянувшись, как кошка. – Я бы не отказалась увидеть кровь на ее груди. Честно, завидую такому размеру. Либо можем начать с пальцев. Мне нужно понять, как они делают такой стойкий маникюр, а если я заберу один ноготь на пробу…

– Не пугайте ее.

Я почувствовала странное облегчение, когда услышала его голос.

Похититель вошел в подвал, смотря в телефон. Как только его взгляд встретился с моим, он на мгновение остановился. Наклонив голову, изучающе осмотрел меня с ног до головы, и я сильнее натянула на бедра футболку.

– Что вы собираетесь со мной делать?

– Я задам тебе пару вопросов.

Он выставил стул и сел на него, положив локти на спинку. Черт, рукава куртки скрывали его татуировки, поэтому я не смогу описать полиции эту деталь. Единственное, что я отчетливо видела – его глаза и спортивное телосложение с ростом почти в шесть с половиной футов.

Очевидно, он был их главарем. Держался так, будто правил всем гребаным миром, хотя это делали такие, как я.

Внезапно послышался звук затвора, что заставил меня оторвать от него взгляд. Девушка начала снимать нас на камеру, а мужчина… достал пистолет и направил его мне в голову.

Помогите?

– Ты когда-нибудь видела этого парня?

Похититель достал из заднего кармана джинсов потрепанную фотографию и повернул ее ко мне. Прищурившись, я различила на ней темноволосого парня с голубыми глазами и колечком в нижней губе. Он широко улыбался, обнимая за плечи какую-то девушку, но ее лицо было вырезано ножом.

Видимо, это его брат, о котором шла речь в разговоре с отцом. Он пропал? Что за девушка рядом с ним, и почему ее убрали с фотографии?

– Нет, впервые его вижу. Отец часто берет в компанию новых работников, но… – Замявшись, я прикусила внутреннюю сторону щеки. – Но не с вашей стороны. Думаю, кто-то дал вам ложную информацию.

Он задумчиво провел ладонью по челюсти, скрытой балаклавой.

– Честно, я его не знаю, – повторила я, по глазам видя, что он не верит мне. – Если этот парень с вашей стороны, то у нас бы его давно заметили. Вы знаете, как полиция не любит студентов Темного Креста. Да и вообще всех, кто живет в Синнерсе. Даже если он в тюрьме, об этом бы уже кричали заголовки газет. Так что я уверена: вы ищете не там.

Девушка и парень незаметно переглянулись. Я не показала удивления, когда их плечи как-то странно опустились. В глазах похитителя проскользнуло чувство, напоминающее… тоску. Видимо, они очень ценили его. Но почему считали, что мы могли видеться?

Похититель побарабанил пальцами по стулу, а я так делала всегда, когда нервничала. Мышцы напряглись в ожидании его вердикта, будто я была заключенным перед смертной казнью.

– Хорошо.

Я чуть не упала от облегчения. Он знал, что держит мою жизнь в своих руках, поэтому в его взгляде промелькнуло садистское пламя. Думаю, он бы предпочел пытать меня, а не вести конструктивный диалог.