Дважды мертв - Лемад Ника - Страница 8

Ночь сожрала все звуки. Или не ночь.

Заледенев от пришедшей в голову догадки, Янжин защелкала пальцами перед собой. С облегчением услышала шлепки по ладони. Значит, не оглохла.

Пошла дальше, косясь на темные ряды окон.

Стоило только подумать о том, что парень, крадущийся следом, чтоб ему неладно было, вообще раздетый, это в ноябре-то, так и вовсе колотить начинало бесконтрольно. Даже мелькнула мысль предложить ему свою куртку… которую Янжин быстро прогнала; так и самой недолго заболеть, а денег на больницы бюджет ее не предусматривал. Тем более, провисел он как-то в холоде столько времени – привыкший, стало быть. Выносливый. Чего он добивается, преследуя, не показываясь и не теряя ее из виду, не понимала. Начал уже раздражать этот спаситель непонятный.

Дойдя до нужного дома и увидев перед окнами знакомую машину, Янжин с облегчением выдохнула. И надавила на клавишу домофона. А спустя вечность услышала сонный голос. Назвала себя. Огляделась быстро.

Никого, ни единого человека в округе не заметила, лишь пустынный двор в предрассветной дымке, серость стен и едва брезжущую мутность розовых оттенков над пиками многоэтажных зданий. Выжидали чего-то поодаль собаки, которые очень нервировали таким пристальным вниманием, нехарактерным для уличных животных, повадки которых обычно немудрены – пожрать да поспать. Покусать еще кого-нибудь, если подвернется удачный момент.

– Во-от че-ерт… – страдальчески простонала Урин, едва увидела раннюю гостью вживую.

Янжин пожала плечами и протиснулась мимо нее в подъезд, а потом и в квартиру. Захлопнула за собой дверь, для верности выглянула в глазок на безлюдную лестничную площадку. Подруга терла заспанные глаза.

– Тебя выселили? Это все же случилось, да?

Янжин скинула на коврик грязные кроссовки и прошла в стерильно чистую и аккуратную кухню. Включила чайник.

– Я сделаю чай? Замерзла жуть.

Урин понуро поплелась за ней следом, глядя на мокрые отпечатки, оставляемые ногами на вымытом полу (кого бы интересовало ее мнение и насчет таких визитов, и насчет лазания по ее шкафам).

– Что случилось? – повторила, усаживаясь на стул. Обхватила руками растрепанную после сна голову. – Янжин… Янжин!

Янжин перестала греметь посудой и оперлась ладонями на столешницу, все еще стоя спиной к подруге. Поковыряла рисунок линий, вздохнула, кусая губу.

– Можешь разрешить мне пожить немного на вашей даче? – выпалила. – Совсем чуть-чуть, пока…

– Пока что? – подняла Урин на нее глаза.

– Пока… – Янжин боялась обернуться. Действительно, хороший вопрос подруга задала. Наверное, пока не убедится, что ее сказочные поиски остались без последствий, а ее не объявили в розыск вместе с тем, кто играючи перебил кучу людей.

Янжин потянулась к крану и открыла холодную воду. Наполнила ею полную пригоршню и нырнула туда лицом. Потекло под рукава, по шее.

– Янжин, – уже сердито произнесла Урин, хлопнув по столу. – Что ты натворила? И почему не позвонила перед тем, как прийти?

– Телефон потеряла, – невнятно буркнула Янжин, отыскав полотенце и вытираясь. Долго потом возилась, пристраивая его обратно на крючок.

Урин откинулась на стену.

– Ну здо́рово. – Лоб собрала в морщинки. Ей шло даже это, невольно подумала Янжин, повернув голову и мельком взглянув на нее: милая и правильная.

Стало сразу неуютно, едва сравнила себя с ней.

– У меня неприятности из-за твоей библиотеки!

Урин только подняла брови.

– Моей, значит?

– Меня оттуда похитили!

– Кому бы это надо было? – не поверила подруга. Скептически оглядывала кипящую девушку. – Или… Ты серьезно?

– Я сбежала! – Ни слова о том, кто с этим помог. Урин бы не поверила.

Подруга заметно напряглась.

– Кто?

– Не знаю. Ударили по голове. Посадили в клетку. Я ее открыла шпилькой и… – Янжин взмахнула рукой. – Мне бы переждать. Потом я уеду из города. Честно! Дашь ведь денег? Найду работу и все тебе верну! Никаких больше неприятностей! Буду тихой как мышь!

Урин бледнела тем сильнее, чем больше слушала ночную историю, которая тянула на криминальный сюжет. И начала поглядывать в сторону окна. Хоть оно и высоко от земли находилось, но все же этаж нижний. Мало ли.

– Опусти жалюзи, – сказала. Янжин так и сделала, успев заметить перед этим человека, сидящего под деревом. Сердце упало: никуда тот мужчина не делся. – Тебе стоило бы меня послушать раньше.

– Я сожалею! – вздыбилась Янжин, схватив чайник. Плеснула в кружку кипятка. Швырнула туда щепотку травы из первой попавшейся под руку банки. В нос ударил запах кошачьей мочи.

– О! Осенило! Неужели? – воскликнула ее подруга с таким видом, будто ждала этого события лет пять, не меньше. И, встав, отобрала у девушки кружку. – Это крапива. Не стоит это пить, если не собираешься провести весь день на унитазе. Лучше возьми пакетик из коробки.

– И все же… Что за секреты вокруг семьи этого графа?

Урин уставилась на нее, уперев руки в бока:

– Ты пообещать не успела, как опять начинаешь?

Янжин затрясла головой, показывая, что помнит, ничего не начинает. Что Наран Хунгэнин ей совершенно не интересен.

– Урин? Дача…

– Глянем новости, – сухо ответила Урин. И ушла в комнату.

Янжин с чаем поползла за ней, желая узнать и боясь того, что увидит по телевизору. Плюхнувшись на край кровати, угрюмо уставилась на экран, готовясь… к шоку, призналась себе. Однако чем дольше смотрела, тем яснее понимала, что зря она это делала.

Урин слушала внимательно, поглядывая на сидевшую рядом девушку.

Новости изобиловали всем кроме действительно важного. Ни словом о нападении на чей-то дом, сарай, склад ни на одном канале не обмолвились, и интернет молчал по этому поводу.

Стало быть, ей все привиделось.

Янжин расхохоталась. Руки дрожали. Чай в кружке плескался как море в шторм.

– Быть не может, – прошептала ошеломленно, пялясь на прическу ведущей.

– Ты не могла упасть сама? Стеллажи на тебя не рухнули? Сильно ударилась головой?

Янжин машинально потрогала шишку на затылке.

Но мужчина-то был настоящим.

Настоящим ли?

Сомнения начали подтачивать былую уверенность. Почему он тогда не подошел, когда позвала?

Урин посидела, посидела, и принялась хмуро кидать вещи в рюкзак. Хмуро – потому что нетрудно догадаться, что в восторге она не будет, не ценитель приключений, пахнущих жареным.

– Мама меня убьет, если узнает.

– Не узнает, – заверила Янжин, воспрянув духом при виде сборов.

– Мне на консультацию нужно.

– Ты и без консультаций умная. Пропустишь денек, не страшно. А если бросишь меня на произвол судьбы, то я замерзну и умру. Стану барлагом и приду, угадай, к кому?

– Всем известно, что барлаги на вид прекрасные, – кисло возразила Урин. Янжин возмущенно вздернула брови. А потом прикусила язык, решив, что ругаться с подругой не в ее интересах.

Они вышли из квартиры, спустились по лестнице. Урин открыла входную дверь.

Философские размышления Янжин оборвались ровно на выходе из подъезда, когда, пихаясь с сумкой и рюкзаком между дверью и рамой, не смогла проигнорировать скорчившуюся под знакомым уже деревом фигуру.

Он все еще ждал.

Тогда, остановившись, окликнула Урин.

– Ты видишь его? – негромко спросила, кивком указывая в направлении двора.

– Вижу. – Урин прищурилась, вытянув шею, а Янжин шумно выдохнула.

Значит, он все же существует. А еще значит, что шишка на голове не имеет отношения к тому, что в новостях ничего нет об их разгуле. Просто кто-то постарался его скрыть.

Янжин схватила руку Урин.

– Знаешь… – сказала, – я, в общем… не одна… тут… прицепился кое-кто. Парень.

Подруга прищурилась сильнее, теперь уже на сбившихся в кучу собак.

– Тебе место нужно перепихнуться? Из-за этого я…

– Нет-нет-нет! – замахала руками девушка и указала на тополь, под которым сидел тот самый парень, которого нельзя было оставлять полиции. – Он ранен. – Странно вообще, что жив. – Не могла бы ты… э-э… посмотреть?