Жена-беглянка. Ребенок для попаданки (СИ) - Фрес Константин - Страница 19

— Такая красивая, светлая женщина, и такая пустая, — с горечью произнес он. — Все мысли и все разговоры только о деньгах… Держите ваше серебро!

Он кинул на стол тяжело брякнувший кошель.

— Можете не пересчитывать, там ровно сто пятьдесят, — произнес он, отворачивая от меня лицо так, будто смотреть на меня ему было невыносимо противно. — Все-таки, я казначей. Считать умею.

— Премного благодарна! — язвительно ответила я, пряча кошелек поглубже за пазуху. — Прощайте, господин казначей, с вами очень приятно иметь дело!

— Чего не скажешь о вас, — буркнул он.

Я бодро подскочила на ноги и уже сделала к дверям несколько шагов, как вдруг грубый стук и грохот раздались с улицы.

— Именем короля, откройте! — провопили за дверью. — Мы ищем опасную воровку!

Казначей резко обернулся ко мне.

— Что вы еще натворили?! — прошипел он.

— Почему я?! — озлилась я. — Если б я что-то украла, зачем бы я к вам притащилась?!

Казначей мне не ответил.

Он пребольно ухватил меня за руку и втолкнул в какой-то темный альков.

Затем прошел к дверям, опустил решетку и только после этого отпер двери стучавшим.

На пороге появились несколько солдат в шлемах и латах — видимо, из городской охраны.

— Господин казначей, — они, однако, ему кланяться не стали. — Не приходила ли к вам молодая странная посетительница?

— Странный вопрос о странной посетительнице, — заметил казначей. — Что в вашем понимании странная? Отчего бы ей именно ко мне прийти? Вы меня подозреваете в неподобающих связях?

Солдаты переглянулись.

— Господин казначей, уже тише ответил один из них. — Замарашка молоденькая… у нее могут быть рубины. Она могла вам их предложить купить. Мы вас не подозреваем, но проверяем все дома, куда она могла постучаться.

Казначей даже дышать перестал.

— Рубины? — в изумлении произнес он. — Она украла рубины?! Безмозглое жадное существо!

Разумеется, это он мне адресовал.

И я чуть не выкрикнула из своего спасительного темного угла, что он сам такой!

Но тут солдат помотал головой.

— Не украла, а как будто бы добыла…

— Новые рубины?! — еще больше изумился казначей. — Не огранённые?!

Солдат кивнул.

— Вот и хотелось бы разузнать, где и по какому праву она их взяла. Но, вижу, ее тут не было.

— Да, — задумчиво произнес казначей, потирая лоб. — Рубины… Ничего себе!

— Драгоценный клад, господин казначей, — поддакнул солдат. — Ведь мы знаем: если объявился один камень, там будет и еще сотня-другая. Так что нужно этот камень найти и установить владельца. Не может же быть, чтоб замарашка имела на него права!

Я даже рот зажала чтоб не начать ругаться.

Не может?! Это кто такое сказал?!

Однако, было и еще кое-что.

Рубиновый клад.

Сотни две камней.

Да этот казначей меня сейчас уволочет в подвал и посадит на цепь, чтобы я эти рубины для него из земли добывала!

Ведь это не сотня золотых, или сколько там Натан за поимку меня обещал.

Это сотни тысяч золотых!

Глава 20

— К сожалению, — задумчиво произнес казначей, — я не видел этой замарашки. Иначе б…

Я даже думать не хотела, что иначе б было.

Не хочу даже краем сознания касаться тех мыслей, что родились в его голове, когда он узнал про камни!

— Простите, что пришлось вас потревожить, господин казначей, — солдат поклонился с уважением. — Если она у вас появится…

— Я знаю, к кому обратиться, — ответил он. — И знаю, как ее задержать.

Солдат еще раз поклонился.

Казначей неспешно закрыл дверь, да так тщательно, что я поняла — отпускать меня он не собирается! Еще и ключ спрятал в карман, о, черт…

Мужчина обернулся ко мне, и…

Встретился со мной взглядом.

А грудью едва не встретился с ножом.

Нож я нашла на столе. Какой-то кинжал, охотничий или военный.

Я держала его на вытянутой руке, целя казначею прямо в сердце.

И рука моя не дрожала.

Словно сам Ивар стоял за моей спиной, поддерживал под локоть и учил: «Увереннее. Спокойнее и смелее. Оружие в твоих руках, а значит, бояться надо ему, а не тебе!».

Но это был, конечно, не Ивар. Хотя я точно знала, кому принадлежит эта спокойная убийственная расчётливость.

М-да, эта семейка точно сделает из меня головореза.

Но в данный момент сопротивляться — это то, что нужно.

— Значит, знаете, как меня задержать? — уточнила я голосом на удивление спокойным. — Не соблаговолите ли отдать мне ключ? А то у вас тут становится ужасно душно. Хотелось бы глотнуть свежего воздуха.

Казначей с удивлением посмотрел на наставленный на него нож.

— А что я должен был сказать? — ответил он. — Я же как-то должен был их спровадить. Иначе как вас избавить от погони? И зачем вам ключ? Выходить сейчас рискованно. Они могут ожидать вас на улице.

— Почему-то я не верю в вашу доброту, — ответила я. — Ну-ка, отойдите-ка от двери и не мешайте мне покинуть ваш гостеприимный дом. Не то я угощу вас сталью.

— Это отговорка перед тем, как совершить злодеяние против того, кто дал вам защиту? — уточнил казначей, разглядывая нацеленное на него оружие. — М-да, это семейство практически сделало вас одной из них. Они могли бы гордиться вашей агрессивностью.

— Меня не интересует, чем они гордятся, — ответила я. — Я хочу лишь одного — свободы.

— А вот мне интересно, где вы камень взяли, — ответил казначей. — И я, будучи в своей должности, просто обязан это выяснить. Несмотря на оружие в ваших руках. Кстати, нож тупой. Им я рассекаю бумагу.

В любой другой день это сбило бы меня с толку. Но не сегодня.

— Значит, вам больнее будет умирать, — спокойно ответила я. — Ключ!

Казначей вынул его из кармана и покачал им перед моим носом.

— Ключ в обмен на правду, — ответил он. — И даю вам слово, что выпущу вас. А вам не придется никого убивать. По крайней мере, сегодня.

— Можно ли верить вашему слову?

Казначей зацокал языком.

— Лжецов на моей должности не бывает. Итак, где вы взяли камень? Украли? Украли у мужа?

Я на миг прикрыла глаза, глубоко вздохнула.

Не знаю, на что я надеялась.

Не знаю, как я это сделала.

Это было как во сне, когда воображаешь, что можешь летать. Или исправить опасную ситуацию силой мысли.

Кажется, это называется вера.

Но когда я открыла глаза, я увидела то, что желала — крохотную алую искру у ног казначея.

Прямо в стыке каменных плит.

— А этот камень вы где взяли? — усмехнулась я. — Украли?

Он, не особо-то мне веря, глянул себе под ноги и ахнул.

— Еще один? Это вы уронили?

— Да? И тот тоже?

Еще один камень протиснулся меж камнями, ткнув казначея в подошву сапога так чувствительно, что тот подскочил.

— Вы что, — пробормотал он, — вы их призываете? Именно вы? Или…

Он вдруг откровенно глянул на мой живот.

— Вы носите наследника герцога! — выпалил казначей.

— Так вопрос с камнями решен? Я ответила, где взяла их, и доказала, что не воровала. Могу я получить ключ?

Казначей покачал головой.

— Но это безумие — бежать в таком состоянии! — заметил он, делая нерешительный[ИК1] шаг к дверям.

— Это мое дело, что делать в моем состоянии. У меня есть камни. Я не пропаду. И продавать их приду именно к вам. Кстати, не желаете приобрести парочку по сходной цене.

Казначей лишь покачал головой.

— Вам повезло, что ваша магия удалась тут. Но вы же знаете, что добычу камней придется узаконить? Вся земля принадлежит герцогу, и все, что в ней — тоже. Если герцог оскорблен вашим поступком, он вправе отнять у вас все, до последнего камешка. И тогда вы понесете суровое наказание!

— Узаконить добычу камней? Заявить права на землю? О, благодарю. Вот этот совет действительно дельный.

— Почему вы так безрассудны?! Вам нужно вернуться к мужу. Ваши… гхм… приключения могу навредить и вам, и ребенку. Позвольте вам помочь. Верно, у вас была причина… Может, вы оскорблены или… что-то еще произошло… Но, может, я отвезу вас домой? К мужу? Прямо сейчас?