(не)помощница для орка (СИ) - Политова Анетта - Страница 23

– Как он мог! – выла я в подушку. – Как он мог быть человеком! Это нечестно!

Служанки, прибежавшие на шум, в ужасе замерли на пороге.

– Леди! Что с вами?

– Уйдите! – проревела я. – Все уйдите! В-О-О-ОН!

Я рыдала о том, что потеряла. О том приключении, которое оказалось обманом. О том дикаре, который оказался умнее и тоньше меня. О тех ночах у костра, которые теперь казались похабным фарсом.

Да он смеялся надо мной. Что бы потом… попрекнуть.

– А… Как же больно…

Я рыдала о Сорге. О его руках. О его смехе. О его глазах, в которых я видела то, чего так боялась, – понимание.

– Он видел меня настоящую! – всхлипывала я, катаясь по полу. – И ему было плевать на мои титулы и платья! А я… а я видела только грим!

– Кого же я тогда полюбила?

Приступ прошел так же внезапно, как и начался. Я лежала на ковре, разбитая, с опухшим лицом и красными глазами. Но на душе стало легче. Слезы смыли часть обиды, оставив после себя лишь горькую, трезвую ясность и белые полосы.

Он оказался прав. Я не была готова. Я хотела приключений, но не хотела ответственности. Хотела дикаря, но не хотела человека со своим прошлым и своими демонами. Так легче и проще. А теперь все усложнилось. И я чувствовала себя виноватой.

Я поднялась с пола, подошла к умывальнику и плеснула в лицо холодной воды. Потом посмотрела на себя в зеркало.

– Ладно, Следопыт, – прошептала я своему отражению. – Ты выиграл этот раунд. Но наша странная игра еще не окончена.

Я позвонила в колокольчик. В дверь робко заглянула старшая горничная, Марта.

– Марта, – сказала я самым решительным тоном. – Принесите мне самое сильное мыло, какое найдете. И щетку. Жесткую.

– Барышня? – она смотрела на меня с испугом.

– Я собираюсь отмыться, – объявила я. – До хруста. А потом… Потом мы кое-что обсудим.

Пока Марта суетилась, готовя мне ванну, я подошла к окну. Город спал. Где-то там, в степи, был он. Человек, который не орк. Мужчина, знающий меня лучше, чем я сама.

– Ты думаешь, все кончено? – прошептала я в ночь. – Ошибаешься. Это только начало. Я ведь теперь не сдамся.

И впервые за этот долгий день я улыбнулась. Потому что поняла: чтобы найти следопыта, нужно самой стать следопытом. От меня к нему тянулся шлейф, словно след. Длинный, пахнущий дымом и симпатией. И я была полна решимости его найти.

Для чего?

Для того, чтобы поговорить. Сначала. Как мужчина и женщина. А там… посмотрим.

ГЛАВА 23

На следующее утро я проснулась с четким планом. Первым делом – разузнать о загадочном следопыте как можно больше. А для этого нужно было идти к главному источнику информации в этом доме – к отцу.

Я застала его за завтраком. Он сидел за длинным столом, уставленным серебряными блюдами, и с прыткостью кладоискателя ковырял вилкой в омлете. Увидев меня, он вздрогнул.

– Алиана! Ты… встала. И, я вижу, отмылась, – он с облегчением отметил мою бледную, но уже без зеленого отлива кожу.

– Да, папа. Спасибо за мыло. Пахнет лимоном и тоской по прежней жизни, – я уселась напротив и налила себе чаю. – Мне нужно поговорить с тобой о Сорге.

Ложка, с которой он собирался отправить в рот кусок омлета, замерла в воздухе.

– Алиана, я думал, мы закрыли эту тему. Этот человек выполнил свою работу и получил оплату. Все.

– Не совсем, – отхлебнула я чаю. – Он ведь не просто наемник, верно? Ты бы не доверил свою единственную дочь первому встречному. Откуда ты его знаешь?

Отец вздохнул и отложил ложку.

– Он сам появился в день, когда ты пропала. Сказал, что может тебя найти. Что знает орков и их обычаи. И что ему нужны только деньги, никаких почестей.

– И ты ему поверил? Просто так?

– Нет, конечно, – папа поморщился. – Я навел справки. Оказалось, этот Сорг… или, как его зовут на самом деле, Сорган Родчестер… личность довольно известная в определенных кругах.

Я чуть не поперхнулась чаем.

– Родчестер? Это же…

– Да, – отец кивнул. – Младший сын герцога Родчестера. Того самого, что владеет половиной рудников на севере.

У меня отвисла челюсть. Герцог? Этот оборванец, который спал в грязи, ел зайцев и пах дымом? Сын герцога?

– Ты шутишь, – выдавила я.

Я забыла, как говорить.

– Увы, нет, – папа покачал головой. – Сорган Родчестер. Бывший капитан королевских следопытов. Герой войны с горными кланами. А потом… что-то случилось. Он бросил службу, титул, семью. Сказал, что устал от политики и интриг. И исчез. Ходили слухи, что он живет среди орков, выдает себя за одного из них. Но, как выяснилось, это не совсем так, он вообще жил один. Отшельник в общем.

Я сидела, не в силах вымолвить ни слова. Капитан. Герой. Сын герцога. Каждый новый факт бил по голове, как молоток. А я-то думала, что он простой наемник без роду и племени!

– Почему… почему он живет среди орков? – с трудом спросила я.

– Говорят, он был влюблен, – папа развел руками. – В дочь вождя одного из кланов. Девушка погибла во время одного из набегов. Сорган обвинил в этом своих же – королевских советников, которые спровоцировали конфликт. Устроил скандал при дворе, назвал всех убийцами и ушел. С тех пор он с орками. Они, видимо, приняли его за своего. Или просто закрыли глаза на его происхождение, ценя его навыки. Он силен и вынослив. Да и как следопыт состоялся. Они его так и прозвали Сорган Следопыт.

В голове у меня все встало на свои места. Его знание обычаев. Его уважение к Аш. Боль, которую я иногда видела в его глазах, когда речь заходила о потерях. Это была не просто игра. Это была его жизнь. Его искупление.

«Так значит, – подумала я, – когда он сказал, что я должна сама решить, готова ли я к его жизни… он имел в виду не только грязь и опасности. Он имел в виду вот это все. Отречение. Одиночество. Жизнь между двух миров.»

– Скорее всего, он не захочет возвращаться…

– Вероятно, – папа тяжело вздохнул. – Алиана, этот человек… он сломан. У него сложная судьба. И ты… ты не должна впутываться в это. Он точно тебя не… обидел?

– Это я его обидела… – почти прошептала.

Я посмотрела на отца. На его усталое, доброе лицо. Он волновался за меня. И он был прав. Сорган Родчестер был не просто человеком. Он был целой вселенной боли, предательства и неразрешимых противоречий.

– Что? – переспросил отец.