Полукровка 2 (СИ) - Горъ Василий - Страница 75

— Нет, ты не угадала. Это не кольцо, а серьги-гвоздики — единственный тип украшений, который разрешается постоянно носить курсанткам ИАССН.

— Подарок любимого парня, снимающий любые вопросы? — спросила она, открыла крышечку, заглянула внутрь и хмыкнула: — Определенно, ты не мелочишься…

— Голубые сапфиры заткнут даже самых зловредных сучек, коих у вас, к сожалению, предостаточно… — усмехнулась Марина и дала сразу два совета: — Носи, не снимая. Только надень завтра с утра…

…Минут через пять-семь после ухода Костяна Феникс перекинул мне сообщение Инны. Я извинился перед девчатами за то, что буду вынужден ненадолго отвлечься, врубил воспроизведение в отдельном окне ТК, вслушался в голос личного консультанта и уже на третьем предложении лишний раз убедился, что с этой личностью мне крупно повезло:

— Доброго времени суток, Тор Ульфович. Часов семь-восемь тому назад наши ВКС отбили Новгород. А четыре часа тому назад на планету спустили первую волну гражданских — врачей, экспертов-криминалистов, журналистов и т.д. Некоторые из них сотрудничают и с нами. В самых разных вопросах. В этот раз бригада врачей, отправленных оказывать помощь бывшим узникам самого большого концлагеря, идентифицировала четверых ваших родичей и уведомила нас. Так вот, я взяла на себя смелость продавить их эвакуацию на Белогорье первым же транспортником, оплату срочного лечения и все остальные пункты вашей программы для нуждающихся семей с Липецка, Кратова и Николаева. На этом пока все. С наступающим…

Я извинился перед девчатами еще раз, отлучился в кабинет, наговорил и отослал Инне ответ, а потом вернулся и ответил на два безмолвных вопроса:

— Мой консультант из Императорского банка неожиданно решил крайне серьезную проблему, действовавшую мне на нервы с середины декабря. Я в восторге. Просто еще не отошел от кое-каких нюансов этой новости.

— Раз новость хорошая, значит, мы за тебя рады… — промурлыкала Даша, а Марина добавила: — Инна — красотка. Надо будет выяснить, когда у нее день рождения…

Тут Темникова заинтересованно прищурилась:

— Вы хотите сказать, что она себя проявляла и раньше, поэтому подарок к Новому году вы ей либо уже подарили, либо он к ней вот-вот доберется?

Я утвердительно кивнул:

— Да, проявила, и да, подарок доставят к ней на работу тридцать первого декабря в три часа дня по времени Новомосковска.

— И счет для меня ты открывал через нее, верно?

— Угу.

— Достойная личность. Я бы с удовольствием поучаствовала в записи поздравительного сообщения и поблагодарила за помощь…

— Запишем и отправим. Завтра с утра. Вместе… — пообещал я и предложил спуститься в летный ангар. К «Рассвету».

Девчата преисполнились энтузиазма, «не вспомнили» о Косте и рванули в прихожую. Флаер осматривали одинаково энергично, любовались обводами, изучали ТТХ на экране ИРЦ, «знакомились» с бортовым искином и, конечно же, страдали из-за того, что на «этом красавце» пока нельзя полетать. Кстати, там мне перепало еще штук пять-шесть поцелуев в щеки. А после того, как мы снова переступили через порог прихожей, Даша вдруг обняла нас обоих и загрузила:

— Не лезьте на рожон, ладно? Ни завтра — если начнется вторжение — ни вообще. И помните, что я вас жду…

— Открою страшную тайну… — заговорщическим шепотом начала Кара, поймала взгляд страдалицы и понизила голос еще сильнее: — Твой парень — тот еще параноик: не рискует, не повторяется, никогда никуда не торопится и не стесняется отказываться от планов, если чувствует, что в них что-то не так. Ну, а я у него учусь. В том числе и этому. Причем добросовестнее некуда. Так что ждать — жди. Обоих. А нервничать не надо — лучше гордись и предвкушай…

— Ответ, возвращающий желание жить… — начала развеселившаяся Даша и позволила мне закончить эту фразу совсем в другом ключе:

— … и пробуждающий желание жрать. Что скажете?

Эти… хм… нахалки, не сговариваясь, по очереди выдали ответ из серии «Хоть стой, хоть падай»:

— У нас появились не только эти желания…

— … поэтому после совместного ужина…

— … и долгих разговоров обо всем на свете…

— … отправь нас спать…

— … включи сауну…

— … наполни джакузи…

— … и жди…

— … Мы намерены расслабиться в хорошей компании…

— … и черта с два ты от этого отвертишься!

— Девчат, вы начинаете пугать… — притворно поежился я и нарвался на игривую шутку:

— Не-не-не — домогаться мы не будем…

— … наверное…

— … хотя парень ты, говорят, перспективный…

— … и желающих от тебя залететь — половина Новомосковска…

— … и треть ИАССН…

— Но вы ведь не такие, правда? — «затравленно» спросил я и угадал. Аж дважды:

— Залечу я — к тебе приставят кого-нибудь еще… задолго до того, как выпустится Даша…

— Залечу я — вылечу из академии и пролечу мимо совместных рейдов…

Я проглядел сообщение Феникса, упавшее в ТК, и зачитал девчатам:

— Там Костя, наконец, дождался прибытия подарков.

— Что ж, тогда перестаем валять дурака…

— … и возвращаемся за стол…

— … жрать…

Глава 37

31 декабря 2469 по ЕГК.

…Я встал с кровати в восемь утра. По сигналу будильника. Проснулся только минут через пятнадцать. Из-за того, что ткнул не в тот сенсор душевой кабинки и «ополоснулся» ледяной водой. А начал соображать и того позже — после того, как оделся и «навел неземную красоту». Поэтому влез на сервер «Контакта», обнаружил несколько сообщений и потопал в малую гостиную. Чтобы завалиться на полюбившийся диван, вывесить полученные файлы в центре помещения и посмотреть видеозаписи в особо комфортных условиях.

Первую — от Марины Валерьевны, Петра Игоревича и сестер Чагиных — посмотрел в гордом одиночестве и получил море удовольствия от искренности чувств матушки моего беспутного друга, радостного удивления во взглядах его новоявленных сестричек и уважения в голосе отца. А в тот момент, когда потянулся программным курсором к пиктограмме второй, Феникс сообщил о скором приходе девчонок. Пришлось подниматься с нагретого места, идти в прихожую и подставлять щеки под поцелуи парочки, окончательно спевшейся еще во время расслабления в сауне и джакузи.

Кстати, подруги, переночевавшие в квартире Марины, оделись в одном стиле и, по логике, должны были давить агрессией, но улыбались. Радостно и мягко. Поэтому я сделал один общий комплимент, сообщил, чем занимался до их прихода и предложил составить компанию. Возражений, естественно, не последовало — мы прогулялись до гостиной, завалились на диван и с большим удовольствием просмотрели одиночные послания Матвея, Оли, Маши, Насти и Риты. Потом дамы попросили еще раз «завести» последнее, прослушали его еще внимательнее и поделились неожиданными выводами:

— А Верещагина-то на грани…

— Нет, лицо держала достойнее некуда…

— … но пребывала в серьезнейшем напряжении…

— … и постоянно ждала, что ей помешают…

— … или чем-нибудь напрягут.

— Кроме того, она дважды вспомнила что-то настолько неприятное, что снова разозлилась.

— А раз Миронова сияла, значит, Рита не поделилась своими проблемами даже с ней. В общем, девочку надо поддержать.

Я не заметил ничего из вышеперечисленного, но без лишних слов создал «заготовку» нового сообщения, включил запись, уставился в камеру и перешел на командно-штабной:

— Рит, нам не нравится твое настоящее настроение. Делись причинами. Прямо сейчас. И не вздумай о чем-нибудь умолчать — не поймем. На этом все. Ждем ответа с развернутым «Контактом».

Сворачивать программу я действительно не стал. Как выяснилось через несколько секунд, не зря — в нее прилетела запись крика души Базанина и чуть-чуть подняла настроение: Миша, с которым мы накануне вечером проболтали порядка четверти часа, пожаловался на командира академии, продолжавшего лютовать, и заявил, что в последний день уходящего года настоящие патриоты должны заниматься чем-нибудь героическим. А не прозябать на лекциях по метеорологии и климатологии, высшей математике, аэродинамике и механике жидкости!