Жена на полгода (СИ) - Иконникова Ольга - Страница 28

Даже сквозь слой пудры было видно, как покраснела мадемуазель Шамплен.

Конечно, ведь ее отец не знал, что несколько дней назад она приезжала сюда одна.

Граф поклонился мне и перевел взгляд на дочь. Но та уже совладала с собой и улыбалась как ни в чем не бывало. Но я не собиралась позволять ей чувствовать себя комфортно.

— Мне очень жаль, мадемуазель Шамплен, что вам пришлось так спешно перешивать свой наряд. Я и подумать не могла, что запрет на использование голубого цвета создаст для вас такие неудобства. Я была уверена, что у вас есть и другие бальные платья.

Я говорила негромко, так что даже неподалеку стоявшие гости вряд ли могли слышать мои слова. Я совсем не хотела затевать скандал, но сполна насладилась смятением Эмелин. Впрочем, мой выпад привел и к тем последствиям, которых я вовсе не ожидала — маркиз, чтобы сдержать меня, подошел ко мне вплотную и почти обнял, чем еще больше расстроил мадемуазель Шамплен.

— Как здесь жарко! — воскликнула она, не найдя лучшего ответа.

Сударыня, может быть, вы проводите меня на балкон?

Она хотела приватного разговора? Ну, что же - я не возражала. И хотя я полагала, что мороз на улице совсем не располагает к откровенной беседе, мне было любопытно, что она имела мне сказать.

Стоявший у балконной двери слуга держал в руках несколько плащей из тонкой шерсти, и два из них он набросил на наши плечи. Я оглянулась — гости провожали нас любопытными взглядами, но, конечно, никто из них не решился отправиться за нами следом.

— Послушайте, сударыня! — заявила мадемуазель Шамплен, едва мы оказались на балконе. — Я понимаю, что вас нельзя винить за то, что вы не получили хорошего, воспитания и не понимаете, что затевать скандалы при таком скоплении публики не должна позволять себя ни одна уважающая себя дама. Но, признаюсь, я вполне понимаю ваш гнев и даже готова вас извинить. Бедняжка, вам, должно быть, ужасно неприятно осознавать, что вы для маркиза — всего лишь содержанка. Да, вы называетесь его женой и носите титул, но это — временный брак, и как только срок его истечет, его светлость выставит вас из замка, и вы снова окажетесь в том кругу, к которому относитесь. И если вы так болезненно это воспринимаете, вам вовсе не следовало отвечать согласием на предложение Ноэля. Да, я признаю, что было бы более правильным приехать сюда в другом наряде, но если все и так знают, что его светлость заключил временный брак с вами лишь по настоянию моего отца, и как только он окажется расторгнут, будет объявлено о нашей помолвке, то какое значение имеет мое платье? Я имею право на особое внимание Ноэля и всего лишь хотела это подчеркнуть.

Было видно, что она замерзла, но она упрямо стояла на месте. Я выслушала ее почти спокойно. Всё то, что она говорила, я знала и сама. И того, что она появилась на балу именно в таком платье, уже нельзя было изменить. Но этого ей показалось мало.

— И да - я приехала в голубом платье, потому что намерена открыть этот бал танцем с Ноэлем! — мое молчание только распалило ее, и она уже почти выкрикивала каждое слово. — И не вздумайте против этого возражать — этим вы только унизите себя еще больше. Хозяин дома обязан принять участие в первом танце, а вас, должно быть, вовсе не учили танцевать. И я не хочу, чтобы вы поставили его светлость в неловкое положение.

— А его светлость уже знает о вашей похвальной о нём заботе? — холодно спросила я.

Что бы я ни думала о Ренуаре, но он знал, что такое правила приличия, и вряд ли стал бы их так явно нарушать. Он мог отдать Эмелин любой из следующих танцев, но первый должен был предложить мне — ведь мы сейчас находились в статусе новобрачных, и даже если на самом деле мы не испытывали друг к другу теплых чувств, мы были обязаны их хотя бы показывать.

Мадемуазель Шамплен чуть смутилась, но признала:

— Нет, я еще не разговаривала с ним об этом. Я подумала, что будет лучше, если вы сами предложите ему это. Это позволит избежать неудобной ситуации и вам, и ему.

Ну, неужели вы в самом деле хотите выйти с ним на паркет и удостоиться насмешек гостей при каждом неправильном па?

— О, оказывается вы заботитесь не только о его, но и моих чувствах? — рассмеялась я. — Весьма благородно с вашей стороны, мадемуазель. Но, право же, это совсем ни к чему. Я умею танцевать — возможно, не так изящно, как вы, но, уверяю вас, Ноэлю не придется за меня краснеть. И я намерена танцевать с ним не только первый, но и еще несколько танцев. А вот вы, напротив, в этот вечер не будете танцевать с ним вовсе. Да-да, вы не ослышались — я советую вам держаться от моего мужа как можно дальше. И не сомневаюсь, что вы прислушаетесь к моему доброму совету.

Наверняка, и другие гости хотели бы освежиться на легком морозце, и некоторые из них даже подходили к балконной двери, но, конечно, никто не посмел нарушить наш тет-а-тет.

— Да как вы смеете разговаривать со мной таким тоном? Наглая выскочка, место которой — в дешевой таверне! — теперь, когда маркиз не слышал нас, она могла позволить себе не стесняться в выражениях. — Кто вы такая, чтобы я стала внимать вашему совету?

Она сделала шаг в сторону двери, но я преградила ей путь.

— Похоже, вы не понимаете, мадемуазель, что ваши надежды на брак с Ноэлем зависят, в том числе, и от меня. И если вы разозлите меня сейчас, я найду способ устроить так, чтобы этот брак никогда не состоялся.

В ее взгляде появилось удивление.

— Что вы такое говорите, сударыня? Вы не имеете никакого влияния на его светлость, а значит, эти ваши слова — пустое сотрясание воздуха. И позвольте же мне пройти! Я замерзла, и ваше общество меня изрядно утомило.

Но я и не подумала отступить.

— А вы еще и не очень умны, мадемуазель, — я жалостливо вздохнула. — Но если в вашей прелестной головке есть хоть немного мозгов, то я советую вам ими воспользоваться. Да, возможно, я не имею влияния на его светлость, но у меня есть прекрасная возможность вам досадить и без этого. Скажите, что будет, если вдруг пятая, пусть и временная, но жена маркиза Ренуара тоже исчезнет? А я, знаете ли, люблю гулять в горах и вполне способна проделать путь до Монтерси, не будучи никем замеченной. А там уже можно затеряться среди толпы и уехать затем в Веланс или в любой другой город.

— Что? — она не сразу поняла мою мысль, но когда поняла, то удивление в ее взгляде сменилось страхом. — Вы не посмеете так поступить! В этом случае вы не получите никакого вознаграждения.

— Не всё меряется деньгами, мадемуазель, — назидательно сказала я. – Вы потеряете куда больше. Версия о проклятии Лефевров получит еще одно подтверждение, и ваш отец, который, судя по всему, искренне вас любит и беспокоится о вас, ни за что не позволит вам стать маркизой Ренуар.

Теперь у нее дрожали не только плечи, но и губы, а в сразу потемневших глазах появились слёзы.

— Надеюсь, я убедила вас, мадемуазель? Ну-ну, не стоит плакать. Это будет всего лишь великодушная уступка с вашей стороны. Вы на время умерите свой пыл, зато потом получите маркиза в свое полное расположение. Разве этот приз не стоит небольшого отступления?

Я не стала дожидаться ее ответа и вернулась в зал. А она еще долго стояла на занесенном снегом балконе, и ее бархатные туфельки наверняка промокли насквозь.

34.

Маркиз танцевал так, словно всю жизнь только этим и занимался — он вёл меня так уверенно и вместе с тем так легко, что мне оставалось только полностью ему подчиниться. Как я и сказала Эмелин, я умела танцевать. И пусть у нас с Габи не было столичных учителей, наша мачеха, которая всегда мечтала выгодно выдать нас замуж, многому нас научила. И хотя сейчас, на балу, я ощущала сильное волнение, я не ошиблась ни в одном па. А восхищенный взгляд Ренуара лишь подтверждал это. Ах, наверно, мне придется завтра как-то объяснить его светлости, каким образом племянница сельского священника научилась так танцевать. Но в этот момент я не готова была об этом думать.