Архитектор Душ V (СИ) - Вольт Александр - Страница 41

Но больше меня смутило то, что посреди этого праздника жизни Шая вдруг остановилась. Она замерла, слегка приподняв голову и прикрыв глаза. Ее тонкие ноздри едва заметно дрогнули.

— Чувствуешь? — спросила она, не открывая глаз.

Я напрягся, инстинктивно готовясь к худшему. Прислушался к своим ощущениям, пытаясь уловить хоть малейший признак магической аномалии. Но ничего. Только запахи еды и людской суеты.

— Что-то магическое? — спросил я шепотом, оглядываясь по сторонам.

Она открыла глаза и рассмеялась, запрокинув голову. Несколько прохожих обернулись на ее смех.

— Нет, — сказала она, вытирая выступившие в уголках глаз слезинки. — Хот-доги. Я хочу хот-дог с двойной сосиской и горчицей.

Я пристально посмотрел на нее, не мигая, а затем не удержался и спросил:

— Эльфийки не следят за фигурой?

— У нас ускоренный метаболизм, так что можешь не переживать, — отмахнулась она и решительно потянула меня за рукав в сторону той забегаловки, от которой и исходил тот самый манящий запах. — Идем!

Мы купили два огромных хот-дога, щедро политых кетчупом и горчицей. Устроились на скамейке чуть в стороне от основной толпы, под раскидистым старым кленом. Она ела с аппетитом, который никак не вязался с ее изящным, аристократическим образом. Я смотрел на нее и думал о том, что этот вечер, начавшийся с тяжелых откровений, неожиданно превратился в одно из приятных воспоминаний за все время моего пребывания в этом мире. Просто сидеть на скамейке, есть фастфуд и болтать с красивой эльфийкой.

Что может быть лучше?

Я впился зубами в горячую булку и подумал: лучше может быть только продолжение вечера, но тут же прогнал эту мысль.

— Пора домой, — сказал я, когда мы дожевали, поднимаясь со скамейки и потягиваясь, разминая затекшие от долгого сидения мышцы. — Я вызову такси.

Я уже достал телефон, готовый открыть приложение, когда она остановила меня, легко коснувшись моего рукава.

— Не нужно, — сказала Шая. — Тут всего пара станций на метро до моей квартиры. Пройдемся?

— Почему бы и нет, — согласился я. Сам буквально пару часов назад об этом думал. — Веди.

Мы пошли по широкому проспекту, мимо сияющих витрин и неоновых вывесок. Шая уверенно вела меня через людской поток, сворачивая в переулки, о существовании которых я и не подозревал. Через десять минут мы оказались перед входом в метрополитен.

Массивная арка из красного гранита, украшенная барельефами, изображавшими сцены из истории Империи. Все это больше походило на вход в музей или мавзолей, чем на станцию общественного транспорта.

Внутри нас встретил гулкий прохладный вестибюль. Стены, облицованные мрамором, уходили в высокий сводчатый потолок, поддерживаемый массивными колоннами. Под потолком висели гигантские люстры, заливавшие пространство светом. Воздух был теплее, чем на улице, со свойственным всем подземкам запашком.

Мы спустились по эскалатору, который был отделан пластиком, как и в моем мире, а стены украшала привычная мне реклама.

Несмотря на поздний час, перрон был полон спешащих по домам горожан. Из темноты тоннеля донесся нарастающий гул, и через мгновение на станцию, сверкая огнями, вкатился поезд. Он был не похож на те, к которым я привык. Плавные, обтекаемые формы, а на головном вагоне рельефный позолоченный герб с двуглавым орлом.

Мы вошли в вагон, после чего поезд плавно тронулся и понесся по тоннелю, едва слышно шелестя колесами.

Через две остановки мы вышли и поднялись наверх, оказавшись на тихой, засаженной деревьями улице.

Дом, в котором жила Шая, был современным — высокое здание из стекла и бетона, с панорамными окнами и подземным паркингом. Мы поднялись на лифте на двадцатый этаж.

Ее квартира оказалась именно такой, какой я ее и представлял. Просторная, светлая, с минималистичным интерьером. Белые стены, светлый паркет, почти полное отсутствие мебели — лишь большой диван в центре гостиной, низкий журнальный столик и несколько стеллажей с книгами. Огромное, от пола до потолка, окно открывало захватывающий вид на ночной город.

— Располагайся, будь как дома, — сказала она, сбрасывая тренч на вешалку и мой плащ.

Ощущение неловкости, которое должно было бы возникнуть в гостях у почти незнакомого человека… или эльфа, отсутствовало.

— Ну, раз «как дома», то я, с твоего позволения схожу в душ, — сказал я.

— Погоди, — она махнула рукой, после чего подошла к комоду, выудила оттуда красное махровое полотенце и всучила его мне. — Ванная там, — она указала на дверь в конце короткого коридора.

Когда я вышел, окутанный облаком пара, с полотенцем, обернутым вокруг бедер, она уже ждала меня в гостиной. Переоделась в простую домашнюю одежду — широкие штаны и футболку, и теперь сидела на диване, поджав под себя ноги и листая какую-то книгу.

— Твоя очередь, — сказал я.

Она отложила книгу, поднялась и, проходя мимо, легко коснулась моего плеча.

— Не скучай.

Дверь в ванную закрылась, и через минуту донесся шум воды. Я прошел в гостиную, нашел на диване свои вещи, брошенные там перед душем. Достал телефон. На экране светилось несколько пропущенных уведомлений — реклама, новости, напоминание из календаря. Ничего важного.

Я сел на диван, откинулся на мягкие подушки и прикрыл глаза. Тело, расслабленное после душа, наливалось приятной тяжестью. Сон подкрадывался незаметно.

Взззз-вззз.

Короткая вибрация телефона на журнальном столике заставила меня вздрогнуть. Я нехотя открыл глаза. Кому еще не спится почти в одиннадцать ночи?

Я протянул руку, взял смартфон. Уведомление из «Имперграмма». Я открыл его. Чувство дежавю неприятно кольнуло под лопаткой.

«Алиса Бенуа»

Глава 18

В голове чуть ли не мгновенно зажглась красная лампочка, а вместе с ней завыла тревожная сирена. В этом не было логики, просто реакция человека, который почти каждый день испытывал стресс. И сейчас он был обусловлен тем, что два человека, которые длительное время были под моей опекой, остались одни.

Я не их папочка, но внутреннее ощущение ответственности не отпускало.

Мысли, одна сумбурнее другой, закружились в бешеном вихре. Они одни в Феодосии, а я здесь, за полторы тысячи километров.

«Старший». Псевдоним сам собой образовался в голове. Неужели он снова выполз из тьмы, подгадав момент, пока я буду в отъезде и решил нанести похожий удар, как и прежде, но в этот раз, казалось, еще болезненнее.

Я ничего не могу сделать, находясь за полторы тысячи километров.

«Спокойно, Виктор, выдохни».

Хотя, погодите-ка. Как это «ничего не могу»?

У тебя есть Корней. Есть Главный и «Щит». Есть Соколов и Докучаев. Я не один. То, что меня нет рядом, не значит, что им не смогут помочь. Один звонок, и через десять минут дом будет окружен как минимум местными силами, а это уже не мало.

Я заставил себя отлипнуть от светящейся надписи «Алиса Бенуа» и смахнул пальцем экран блокировки.

«Имперграмм».

Кружочек. Видеосообщение. На превью две растрепанные смеющиеся головы на фоне чего-то смутно знакомого. Алиса и Лидия. Вполне себе довольные, насколько можно было судить по крохотному изображению.

Я недоверчиво ткнул в него пальцем. Экран заполнило их изображение.

— Громооооооов! — голос Лидии, непривычно громкий и растянутый, ударил по ушам. Она сидела, откинувшись на спинку стула, и ее щеки горели румянцем, а в глазах плясали веселые искорки.

— Виктоооооор! — подхватила Алиса, втискиваясь в кадр и почти полностью перекрывая Лидию. Ее рыжие волосы были растрепаны, а на губах играла широкая, бесшабашная улыбка.

— Привеееет! — выпалили они вместе, махая мне руками в камеру, словно я был не за тысячи километров, а стоял в соседней комнате.

— Мы тут к нам домой завалились, не возражаешь? — снова влезла в кадр Лидия. Она засунула в рот вилку, на которой болтался листик рукколы, и с аппетитом его сжевала, не переставая улыбаться.