Хозяйка Монстрвилля. Чудовищная уборка (СИ) - Фрес Константин - Страница 24

— Ты не можешь вот так запросто взять и все бросить! — вспыхнул гневом кот.

— Это почему же? — удивилась я.

Кот чуть не плакал.

— А как же снять с принца проклятие? — взмолился он.

— Больно надо, — усмехнулась я мстительно. — Наследничек-то больно невоспитан и эгоистичен. Поделом ему. Это проклятье он заслужил.

— А я?! — в отчаянии проорал кот. — Я страдаю только потому, что его друг!

— Может, друзей надо лучше выбирать?

— Может быть! — выдохнул кот в запальчивости. —Только вот твой совет запоздал! Все случилось! И я с семьей обращен в котов! Тебе нас не жаль?!

— Так Сиськасоса твой сын?

Маркиз взвыл на кошачьем.

— Наследник! — обретя возможность говорить, выдохнул Маркиз.

Я вздохнула.

— Да, вас жаль, — согласилась я. — Но я правда не знаю, как нахальных принцев и их свиту избавляют от проклятий.

— Но попробовать-то можно! — выл Маркиз. — Ну, ради меня! Пожалуйста! До смерти надоело вылизывать себе зад! К тому же, — вдруг оживился он, — если все получится, дом-то точно станет твоим. Даже если ты проиграешь в битве уборщиц! Если его высочество обещал, то исполнит. Подарит дом. Он человек слова! Благородный человек. А благородным господам не пристало врать.

— Это он-то благородный человек? — расхохоталась я. — Да он самый противный, самый избалованный и эгоистичный человек из всех, кого я знала!

— Он не был таким, — удрученно поведал мне Маркиз. — Но Анжелика…

— Ну вот, и виноватые нашлись! — насмешливо фыркнула я.

Кот трагично вздохнул.

— Ах, не смейся! Он полюбил ее без памяти. И сейчас любит. А она — она ему постоянно говорила, каким хочет его видеть, чтобы он ей понравился. А когда человеку раз за разом внушают, что капризное поведение — это признак несомненной мужественности, в это начинаешь верить!

— Так надо открыть ему глаза, — сказала я. — Ты же его друг. Ты должен сделать это!

— Его высочество и слушать меня не хочет, — тяжко вздохнул кот. — Точнее, не слышит. Он живет надеждой. Иногда мне кажется, что надежда — это единственное, что отделяет его от отчаяния и безумия! И у меня нет сил, чтобы побороть его слепую любовь! Быть может, у тебя хватит? И тогда проклятье рассеется?..

Я тяжело вздохнула.

— Ты и верно хороший друг, Маркиз, — сказала я, наконец. — Да плохой и не последовал бы за своим принцем в огонь и в воду. Ну, хорошо. Хорошо! Только ради тебя, Чумы и Сиськасоса! Я продолжу убирать ваш дом, но о большем не проси!

Кот просиял.

— Я думаю, этого достаточно, — торжественно выдохнул он. — Ты делаешь это как-то особенно. Не как Анжелика. Может, это поможет.

Я собралась и обнаружила ловушку с заточенным в нем духом таракана.

Но это был какой-то странный таракан.

Он смотрел на меня сквозь толстое стекло ловушки огромными, голубыми, полными слез глазами сироты, и губы его тряслись. Вместе с усами.

— Это что такое?! — завопил кот, позабывший, что только что жалостливо хныкал. — Ты с ума сошла?! С таким трудом избавила дом от этих дохлых тварей, и своими руками притащила сюда еще одну!? Совсем с ума сошла?! Выбрось сейчас же! Уничтожь! В печку! В огонь!

Таракан словно услышал гневные вопли кота.

Он прижался мордой к стеклу и глянул на меня еще горестнее.

Разве что не заплакал.

И рука моя дрогнула.

— Смотри, какой он милый и невинный, — произнесла я, разглядывая несчастного призрака.

— Невинный?! А знаешь, как много зубов у него в пасти?! Зачем ты вообще его сюда принесла?!

— Это подарок, — неуверенно произнесла я.

— Подарок?! — кот адски расхохотался. — Ничего себе, подарочек! Зачем он?!

— Соседа напугать, — ответила я. — Он меня обижает.

— А! Если только для этого, — согласился кот. — Мерзкая тварь его до смерти замучает.

— И никакой он не мерзкий, — возразила я, вертя шар-ловушку так и этак, рассматривая плаксивого голубоглазого таракана. — По-моему, он очень милый И хочет есть. Не принесешь ли мне кусочек рыбы?

— Таракана вздумала корить? — ахнул кот.

Я пожала плечами.

— А вдруг это именно то, что избавит тебя от заклятья?

Услыхав об это, Маркиз перестал препираться, и мигом рванул на кухню.

Вернулся скоро, притащив добрый кусок рыбы.

Таракан, увидев его, даже перестал быть трогательно-милым плаксой, и хищно обнажил ужасные острые зубы.

— Ну, что я говорил! — воскликнул Маркиз, рассматривая беснующийся за стеклом страшный призрак. — Он мерзкий!

— Не красавец, — согласилась я. — Просто хочет есть.

Ловушку я установила на шланг Тыкводжека и всосала через него кусок рыбы.

Он был такой огромный, что плотно забил весь стеклянный шар.

Я даже испугалась, что таракана там задавило и спрессовало до смерти.

Но уже через миг я увидела, как рыба кромсается острыми, как перочинные лезвия, зубами.

— Жуткая тварь, — заключил кот, с содроганием наблюдая, как призрак таракана жрет.

— У всех свои недостатки, — устало ответила я, напяливая широкополую шляпу и запихивая Тыкводжек в мешок. — Ну, до завтра!

Так я и вывалилась на улицу, под октябрьский холодный дождь.

Дыхание превращалось в пар.

Возница, видимо, починил свой Экспресс.

Он становил карету прямо на площадке прямо перед моим домом.

Над головой моей по-прежнему порхал крылатый фонарик. Я привыкла к нему настолько, что сначала не поняла, чего это мои коллеги-уборщицы на меня пялятся.

Усталый Бобка влез в карету без звука.

Я только поддержала его карабкающиеся задние лапки и тяжеленькую жопку.

А потом возница отсчитал мне за работу целых пять листков — и все на глазах у конкуренток.

И я тоже влезла в экспресс.

Одетая в теплые вещи. В теплых ботинках.

Уставшая.

— Вот, значит, как! — воскликнула Анжелика, сверкая недобрыми глазами. — Говоришь, не передуваешь Тыкводжек, крыса?! А тряпки ты на какие шиши умудрилась купить? Вздумала оттяпать все сокровища?! Мерзкая подлая тварь! Да я тебе сейчас всю рожу исцарапаю!

Ее подруги, предчувствуя драку, поскучнели.

— Что ты, в самом деле, — нерешительно и несмело вякнула одна из них в мою защиту. — Девчонка хочет выиграть дом. Поэтому и старается. Имеет право, между прочим! Она не обязана отдавать тебе победу. Вы с ней никаких договоренностей не имели! Так чего ты злишься?!

— Никто не имеет права выигрывать у меня! — зашипела Анжелика. — Я лучшая, ясно?! Я главная!

За время уборки ее тщательно завитые локоны не потеряли своей упругости, розовые ноготки не сломались и макияж не потек.

Я же, под полями своей поношенной шляпы, была бледна, измучена и грязна.

— Почему же не имеет? — вступилась за меня и вторая подружка Анжелики. — Посмотри — она явно работала, старалась. Значит, заслужила и оплату, и шанс дом получить! Отстань от нее!

— А ты кто такая, чтоб мне рот закрывать?! — взвилась Анжелика. — Эта дура своими трудовыми подвигами перебивает мне все поиски драгоценностей! Думаешь, я это оставлю просто так?! Тебе что, нравится за гроши работать?!

— Я хорошо сегодня заработала! — огрызнулась девушка. — Целый лист!

— А она пять! — не унималась Анжелика. — Ей бы космы повыдергать, отнять и поделить ее заработок! Эй, держите-ка ее шавку. Я сейчас почищу ее карманы!

Я без слов вытянула из мешка шланг Тыкводжека. Качнула педалью и без лишних слов ткнула грязную щетку — ту самую, которой я собирала кучи Маркиза, — Анжелике прямо в губы.

Тыкводжек тотчас засосал половину лица блондинки, и та замычала, в панике маша руками.

— Хочешь, чтобы он из тебя душу высосал? — уточнила я угрожающе, но очень спокойно и даже устало. — Этот Тыкводжек достаточно мощен. Он может. Видишь ловушку? Там таракан. К нему в гости хочешь? Он очень прожорлив. Сожрет тебя в два счета.

Прежде я бы на то сроду не решилась.

Я бы думала о сотне глупых вещей вроде тех, что нехорошо обижать людей.

И волновалась бы о том, как все это воспримет блондинка.