Якудза из клана Кимура-кай (СИ) - Борчанинов Геннадий - Страница 51

Отец нахмурился.

— Точно? Никогда бы не подумал… — сказал он. — А как?.. Фукуда-сан ведь…

— Точно-точно, — кивнул я. — Информация проверена.

Он не поверил, это было видно по лицу, так что пришлось использовать единственный понятный ему аргумент.

— Одзава-сан, мой босс, это дело раскопал, — сказал я.

— А-а… — он закивал. — Ладно, я побегу…

— До вечера, — сказал я.

Я не был уверен, что вечером мы увидимся. Особенно если вспомнить, куда нас пригласили сегодня. Признаться, я немного нервничал перед назначенной встречей, всё-таки Ямада-гуми это организация совсем другого уровня, и простые уличные боевики с главой всей организации встречаются крайне редко. На их уровне… Эти наши проблемы, с грузом на триста миллионов, недостача в сорок миллионов, там это так, плюнуть и растереть. Там крутятся суммы совсем иного порядка.

Вернулся домой я ещё до ухода сестрёнки. Она как раз собиралась в школу. Тоже опаздывала, поэтому просто ткнула меня пальцем в грудь.

— «Дюна»! От Диор! Понял, Кадзуки-кун⁈ — тихо спросила она, заглядывая мне в лицо.

Сильно захотелось поставить её на место. Раздражение пересилило.

— Или что? Ты поаккуратнее на поворотах, сестрёнка, не забывайся, — сказал я.

Она демонстративно закатила глаза.

— Дурак! — невпопад выпалила она. — Дай пройти, я опаздываю!

— Раньше выходить надо, — буркнул я.

Юрико-тян хлопнула дверью, а я наконец присел на банкетку и стянул опостылевшие туфли. Ноги после долгого ночного путешествия гудели, как телеграфные столбы.

В прихожую выглянула мать.

— Спать пойдёшь, Кадзуки-кун? — вместо приветствия спросила она. — Или покушаешь?

— Привет, — сказал я. — Спать, наверное. Устал.

— Бедняжка, — протянула она участливо. — Что у вас за работа такая…

— Такая вот… — вздохнул я.

— Ну иди, отдыхай, — сказала она.

Именно этим я и планировал заняться. Подремать пару часиков, а потом привести себя в порядок перед важной встречей.

Я ушёл в свою комнату, закрылся, завесил шторы.

Пистолет пришлось сунуть под подушку, прятать его в бачке смысла я не видел, во всяком случае, пока что. Завёл будильник просто на всякий случай, а потом рухнул спать. Вечер обещал быть непростым.

К такой встрече стоило подготовиться, так что я не стал валяться до самого вечера, проснулся примерно к обеду. Даже не по будильнику, а благодаря аппетитным запахам, доносящимся с кухни. Там что-то шкворчало, шипело и бурлило, так что я продрал глаза, чувствуя, как желудок сжимается от голода.

Выперся наружу в домашнем, в пижаме, хищно принюхиваясь к ароматам домашней еды.

— Выспался? — улыбнулась мне мать.

Она, пользуясь перерывом, листала каналы по телевизору, и я, наверное, впервые увидел её бездельничающей.

— Более-менее, — сказал я.

— Как новая работа? Нравится? — спросила она, поднимаясь с места, чтобы наложить мне поесть.

Я не знал, что ответить. По правде говоря, мало кому понравится жизнь якудза. Не та, показная, сторона с походами по барам и катанием на дорогих тачках, а настоящая. Изнанка всей этой роскоши и понтов, с ежедневными стрессами, конфликтами, сборами дани, беспрекословным подчинением боссу и так далее. Пожалуй, только тому, кто другой жизни и не видел и слаще редьки ничего не едал.

— Нормально, — ответил я, пожав плечами.

— Норма-а-ально, — передразнила она. — Как отец же, тоже ничего не скажешь по существу.

— Так я работать только начал, что я по существу могу сказать? — посмеялся я.

— Ну… Тоже верно, — сказала мать. — Кушать будешь? По глазам вижу, голодный.

Отказываться не стал, для того и вышел, собственно. Госпожа Кимура вновь приготовила обед из нескольких блюд, и я пододвинул к себе тарелку с гречневой лапшой и жареным тофу. Мать села напротив, тоже принялась за обед.

Идеально, переговоры всегда проходят лучше, если вести их на сытый желудок.

Я дождался, пока она перекусит, сам тоже опустошил тарелку, перешёл к закускам из нарезанных овощей.

— Я хочу переехать, — сообщил я.

— Вот как, — удивлённо хмыкнула мать, замерев с палочками в руке.

— Да. Поближе к работе, за речку, — сказал я. — Я уже взрослый, пора из родительского гнезда выпорхнуть.

— У нас пока нет денег, чтобы снять тебе квартиру, Кадзуки-кун, — задумчиво произнесла она.

— Я же работаю, — пожал я плечами. — Моей зарплаты хватит. Тем более, я же не в Гиндзе хочу снимать.

— Ещё бы, — усмехнулась мать, и я понял, что она в принципе не против, а возражает только потому что так надо. Чтобы не показаться плохой матерью.

Уделили немного внимания обеду, помолчали.

— Надо обсудить это с отцом, — сказала она чуть погодя.

— Не думаю, что он будет против, — сказал я. — Да и Юрико-тян тоже.

— Ох, Кадзуки-кун, как быстро ты повзрослел… — вздохнула она. — Вроде вот, совсем недавно, за юбку хватался, не хотел в детский сад идти…

Я пожал плечами.

— Кейташи-кун повзрослел ещё быстрее, — упомянул я старшего брата.

— Ой, не смеши меня! — воскликнула мать. — Он и шнурки только к выпускному научился завязывать! Одно хорошо, что умненький, отличник, а в остальном-то дитя дитём!

— Он, кстати, звонил? — спросил я.

— Когда… В выходной звонил… Ты где-то пропадал опять. У него всё хорошо, учится, — сказала она.

«В отличие от тебя», мысленно продолжил я. Кадзуки этим регулярно попрекали. Вот, мол, Кейташи молодец, поступил, а ты нет, учись усерднее, работай усерднее, иначе так дураком и помрёшь.

— Спасибо, всё было очень вкусно, — поблагодарил я, выбираясь из-за стола.

Главное, что добро на переезд фактически получено. А вопрос с деньгами и квартирой решается гораздо проще.

Я вернулся в комнату, начал потихоньку готовиться к вечерней встрече. Почистить костюм, туфли, погладить рубашку, помыться и побриться самому. Всё должно быть если не идеально, то хотя бы близко к этому. Приходить по приглашению главы организации, одетым, как какой-нибудь чинпира, это просто неуважение. А неуважения люди такого масштаба не терпят.

Долго раздумывал над тем, брать с собой пистолет или не брать. Убирал его в шкаф, снова доставал, разглядывал, прятал, потом забирал. В итоге решил перестраховаться и взять, огневая мощь никогда не бывает лишней. Особенно тут, где огнестрел вообще днём с огнём не сыскать.

Аккурат к пяти часам вечера я был готов к труду и обороне. Посмотрел на себя в зеркало, удовлетворённо хмыкнул, отмечая, что выгляжу теперь не обезьяной, а представительным молодым мужчиной. Даже я подумал бы дважды, прежде чем связываться с таким.

— Я пошёл! — объявил я.

— Куда ты? — нахмурилась мать. — Скоро Юрико-тян придёт, я думала, мы кино вместе посмотрим, как раньше.

— В другой раз посмотрим. Дела зовут, — сказал я.

— Какие дела? Пятница, вечер. Или ты опять…

— Нет, пить я не собираюсь, — сказал я, безошибочно поняв намёк. — По работе кое-что.

Она нахмурилась, но всё-таки перевязала мне галстук.

— Разве можно так стажёров гонять? — проворчала она. — У всех уже выходные…

— Ничего страшного, — улыбнулся я. — Вернусь… Не знаю когда. Может и завтра.

— Что за график у вас такой… — вздохнула мать.

— Это консалтинг, в любой момент может наша помощь понадобиться, — немного слукавил я.

— Иди уже, помощник, — проворчала она.

Дорогу к станции я помнил уже наизусть и мог пройти хоть с закрытыми глазами. Солнце уже начинало клониться к западу, но ещё изрядно припекало, и на станции, кроме билета на поезд и пачки «Лаки Страйка», пришлось взять ещё и банку холодного чая, чтобы немного освежиться.

У офиса «Одзава Консалтинг» меня повстречал Хироми, который припарковался неподалёку на своей «Короне».

— Только не говори, что поедем на твоей, — усмехнулся я после того, как мы поздоровались.

— Шутишь, что ли? — не понял он. — Вон «Мерседес» оябуна.

Почти у самого входа стоял блестящий чёрный «секач», сто двадцать шестой, удлинённая версия. Настоящая классика представительских седанов.