Адвокат Демонов (СИ) - Богатых Ростислав - Страница 29

— Присмотри за отпрыском, — строго командует граф Толстопалов, опираясь на стол и сверля дознавателя взглядом. — И установи тайную охрану вокруг магического ясли-терната. Если хоть одна мышь пропищит, что рядом с ним видели Софию — доложи мне незамедлительно!

Дознаватель кивает с должным уважением.

— Принято, Петр Васильевич.

— А расследование убийства охранника беру под личный контроль, — продолжает граф. — Марь Иванну из следственного изолятора не выпускать, к ней никого не впускать, особенно адвокатов. Я на дух их не переношу.

Петр Васильевич кривит губы, точно так же, как когда однажды закусывал заморский алкогольный напиток долькой лайма. Граф не мог припомнить название этого напитка — что-то вроде Тейк-Иры или Ты-киллера — но точно помнил, что его подавали из рук длинноногих девушек в почти откровенном наряде, и что вкус был похож на беленькую, но с особым послевкусием.

— Я тоже ненавижу адвокатов, — услужливо поддакнул дознаватель. — Пренеприятнейший народец.

— Убивал бы таких прямо с рождения, — поддал жару граф. — Надо бы лоббировать закон, по которому новорожденным не только способности к магии измеряли, но и наклонности к адвокатуре.

— Абсолютно с вами согласен, граф, — не отставал дознаватель. — И чтобы всем им сразу — голову с плеч.

— Ну это ты борщнул… Хотя… — граф задумывается на мгновение, а потом продолжает: — Император давече указ подписал. Всех младенцев без магических способностей от роду — в бочки закрывать и в море пускать. Пробудятся способности — выберутся. А нет — так концами в воду. Нечего этих бездарных гами плодить, хлеб государственный на них тратить.

— Воистину! — подтверждает дознаватель, но тут замялся и, словно бы взвесив слова, произнёсит: — Вот только…

Он замолкает на полуслове, неуверенно глядя на графа.

— Что? — резко переспрашивает Толстопалов.

— Я… вспомнил кое-что, что может вас заинтересовать, — тихо говорит дознаватель. — Насколько я понимаю, по приказу Императора только младенцы без магии подлежат такой участи. Но есть слухи, что несколько таких «бездарей» исчезли из-под контроля. Или… их кто-то тайно вывез. И сын вашей…. — починенный заходится испуганным кашлем, пытаясь в уме подобрать слово, после которого ему не прилетит плаха по шее.

Дознаватель понимал, что влюбленность начальника в княжну Софью, замужнюю к тому же женщину, — это строго конфиденциальная информация, о которой не стоит говорить даже в присутствии самого графа.

— … .знакомой Софии, — заканчивает он.

Граф нахмурился.

— Что? Что с ним? — рычит граф.

— Он — «бездарь» с рождения. И князь разыскивает его, чтобы саморучно убить.

— Вот как?

— Помимо этого по неподтверждённым данным, младенцы «бездари» могут привести к новой магической аномалии. А этот значит, что, кто-то захочет использовать их в своих целях. И если София действительно рядом с отпрыском — это может быть опасно для её жизни, — заканчивает дознаватель и замирает, чувствуя как вся его спина покрылась испариной.

Граф хмурится сильнее.

— Это все? Чую ты что-то не договариваешь…

— Не все, — произносит дознаватель и нервно сглатывает, понимая, что сам выносит себе приговор. — Марь Иванна сказала, что малыш Милослав, сын Софии, был заточен в ту самую камеру, где произошло преступление. А затем оттуда просто исчез.

— Такого не может быть. Он либо бездарь либо маг высшего ранга. Как он мог выбраться из закрытой одиночки без использования магических сил.

— Возможно, дверь ему открыл охранник. Потому что со слов медсестры, ребёнок был найден ею на лестнице из тюремного помещения.

— Похоже на попаду. Охранник открыл дверь, бездарь выполз. В чем тогда подвох?

— Во-первых, бездарю было всего несколько дней отроду, а он уже полз. Это странно. А во-вторых… остается загадкой, кто убил охранника? На месте преступления недалеко от его обгорелого тела была найдена деталька от машинки. А на ней отпечатки пальцев Мирослава.

— Интересно…, — задумчиво произносит Толстопалов, вставая из-за стола. — За этим малышом нужен особый присмотр. Устройся в ясли воспитателем.

— Но как же моя основная работа?

— Никуда не денется. Ты переходишь на 24х часовой рабочий день. За сына Софии отвечаешь головой.

Дознаватель, понимая, что это не шутки, испуганно кивнул и вышел из кабинета, а граф остался один. Он налил себе благородного виски. В его голове бродили мысли — кто стоит за исчезновением убийством охранника и связано ли оно с серией убийств аристократов. И какую цену придется заплатить, чтобы сохранить власть и порядок в этом хрупком мире, где магия была одновременно благословением и проклятием.

Он вернулся за стол и начал листать ленту новостей в своем аристократофоне. Одна из новостей привлекла его внимание. О ней кричали их всех чайников.

«У Императора родился долгожданный наследник от новой супруги», — буквально кричала новость.

«Какая судьба ожидает теперь его совершеннолетнего сына от первой жены, царевича Алексея? И какими магическими способностями обладает малыш. Эльфийский вестник вам скоро ответит на эти и другие вопросы».

* * *

Император не может прийти в себя от волнения. Он зигзагами ходит вперёд-назад по тронному залу, ожидая заключения эксперта. В покоях дворца самый дорогой и уважаемый магический специалист империи сейчас измеряет способности его новорожденного сына.

Император мечтает, чтобы у малыша обнаружился дар к магии огня — как у него самого. Или хотя бы к магии воды — как у супруги Екатерины. Обычно младенец наследует магию от отца, как и цвет глаз, но в сорока процентах случаев — от матери. Вспоминается ему избалованный царевич Алексей, который унаследовал магию воздуха от своей матери — той самой, что сбежала к послу Австрии. Иными словами, её как ветром сдуло. Император не оставил попыток вернуть её: наемники нагнали беглянку недалеко от границы и убили. Народу же сообщили о её внезапной кончине от чумы, а сына заточили в императорскую тюрьму — чтобы тот не проболтался лишнего.

Император уже принял решение: если новорождённый Дмитрий окажется магом, то царевича Алексея надо по-тихому устранить — развязать войнушку и послать на фронт или подстричь в монахи.

Хотя, что значит «если»? Конечно, его сын — врожденный маг. Иного быть не может.

В тронный зал входит эксперт. Его ноги дрожат, но он старается сохранять спокойствие и профессиональный вид.

— Ваше царско-императорское величество, — произносит он.

Император смотрит на него, затаив дыхание.

— Ваш сын… не обладает никакими магическими способностями, — говорит эксперт, голос его ровен, но напряжён.

— Что ты сказал, смерд? — рычит император, ярость вспыхивает в его глазах.

— Я сказал, что ваш сын — бездарь.

В мгновение ока император выхватывает кинжал и бросает его в эксперта. Лезвие точно попадает в сонную артерию. Мужчина падает на пол без признаков жизни, заливая паркет алой кровью.

Император стоит над телом, сердце его бушует, а в голове лишь одна мысль: никто не должен знать слабость императорского рода. Мне нужен другой ребёнок, которым можно подменить моего бездаря — сына.

Император достает свой императорфон и набирает номер единственного человека, которому он мог доверять.

— Петр Васильевич? У меня для вас сверх-секретный приказ. Найдите мне мальчика, младенца или чуть постарше из какого-нибудь интерната. Главное условие: чтобы он обладал магической силой и одним видом магии. Огня, воды или чего-то другого.

— Какой срок выполнения?

— Неделя, ни дня больше. Бог сотворил Вселенную за семь дней. Не думаю, что вам потребуется больше времени, чтобы подобрать мне младенца.

Император оборвал вызов и посмотрел с негодованием на распластавшееся тело эксперта.

— Все настроение испортил, холоп, — досадно резюмировал император и нажал на красную кнопку для вызова слуг для особых поручений.