Моя Академия. Тетралогия (СИ) - Син Евгений - Страница 66

– Целители, – набравшись после ритуала еще больше смелости, отвечает Мия.

– Именно, – подтверждает Пилюлькин. – Иногда вперед прорываются несколько стихийных магов, но в тройке победителей всегда есть как минимум один целитель. Считаю, данный факт лучше всего говорит о силе этого направления.

Замечаю, как Мия меняет объект своей влюблённости. Сейчас влюблёнными глазами она смотрит на целителя.

Меня, как и многих других, интересуют другие слова целителя. Хочется больше узнать о том, как через свою стихию научиться влиять на тело. Получается, в каком‑то смысле мы все целители. Просто пока не понимаем, как с этим работать. Ну и перспектива, конечно, приличная.

– Итак, – продолжает целитель, – зачем мы все здесь? Сделать первый шаг на пути личного целительства. Те, кто не будут лениться, могут получить в свое распоряжение отличный инструмент усиления. Скорость, силу, выносливость, сможете не спать целую ночь, если надо! Но нужно сделать первое и самое простое действие. Справитесь – дальше будет проще.

На этот раз в аудитории никто не шепчется. Никаких комментариев или вопросов. Все внимательно слушают Пилюлькина.

– Вы все прошли первый шаг, то есть научились сознательно – я подчёркиваю, сознательно – работать со своим даром, – акцентирует целитель. – Вызывать его проявление в тварный мир. Теперь, как уже отмечал господин Синегорский, можно создавать арканы и техники. Арканы – пока не ваше. Это на будущее. Всё‑таки они имеют личную привязку.

Пилюлькин жестикулирует, объясняя разницу, показывает на доску. Рядом с трехмерной сложной фигурой появляется плоская, она несколько проще для восприятия.

– Да, они сильнее, но универсальность в них хромает. Поэтому изучать целительство вы начнёте с простых техник, примерно вот таких, – поясняет он, показывая на доску. – Итак, основная идея. Для начала закрываете глаза и рисуете перед собой треугольник. Подключайте воображение.

Все присутствующие закрывают глаза. Периодически оглядываюсь, чтобы проверить, кто чем занят. Маркиз и Мия чувствуют себя на порядок увереннее. Остальные сейчас будут пробовать попасть пальцем в небо.

– Цвет вашего треугольника индивидуальный, размер – тоже, – продолжает объяснять Пилюлькин. – Какой захотите. Берите первый цвет, который придет вам в голову. Он правильный и поможет справиться с заданием.

Целитель недолго ждет, пока все выполнят первое действие.

– Представили? – спрашивает он. – Открывайте глаза, не забывайте о нарисованном треугольнике. Попытайтесь его наполнить. С помощью рук или с помощью воли – неважно. Наполняйте треугольник своей магией. Когда вы сможете это сделать, фигура проявится в воздухе прямо перед вами буквально на секунду. Потом исчезнет.

Пробую представить треугольник. Он у меня красного, практически огненного цвета. Представляю, но дальше дело не заходит. Наполнить его энергией не получается. Отрываю глаза и моргаю. Замечаю, что я такой не один. Мои одногруппники тоже стараются безрезультатно. Это видно по их озадаченным лицам.

– После этого вы сможете строить техники и учить новые. Первые шаги – самые простые, – улыбается Пилюлькин. – Продолжайте, всё получится. Пробуем, не останавливаемся.

Урок проходит интересно. Целитель подходит к каждому из нашей группы и отслеживает успехи. Даёт рекомендации и направляет.

Первой восторженный крик издает Мия.

– Получилось, получилось, – радуется она и повторяет еще раз, чтобы закрепить и показать преподавателю.

Следующий справляется с заданием Синегорский. Уверен, что он мог закончить раньше, просто решает не выделяться из группы.

– Готово, – сообщает он вполне спокойно.

На его лице ни капли удивления или восторга. Возможно, его этому учил наемный целитель. Первой из нашей группы справляется Аглая. Почти не удивляюсь – все же ментал, пусть и немного исковерканный. За ней Олеся и Марина. Макс долго тужится, но в итоге добивается своего. Больше всего радует Марк: он никуда не торопится, размеренно и не торопясь делает все по инструкции. И да, все выходит.

Каждый раз, когда Пилюлькин видит, как у очередного ученика получается задание, он искренне радуется вместе с ним. Препод всё‑таки очень опытный. К концу занятия остаются буквально пара человек, у которых получается чёрт знает что. Я в их числе. Да, я наполняю созданный треугольник огнем, но почти не контролирую стихию.

Хорошо, что мой треугольник не проявляется в реальном мире. А то, боюсь, что сожгу что‑нибудь не то. Все же я свой огонь не контролирую так, как это делают со своими стихиями мои сокомандники.

Остается немного времени до конца занятия, и у всех, наконец, получается наполнить фигуры своей энергией. Даже у меня. Не с первой и даже не с тридцатой попытки.Треугольник вспыхивает в воздухе и пролетает вперед на метр. Хорошо, что передо мной никто не стоит. Вероятно, именно поэтому в аудитории места расположены как на стадионе, с небольшим подъемом.

У меня получается, но вовсе не сознательно, просто одна из попыток каким‑то образом срабатывает правильно. И это радует – у меня есть принципиальная возможность работать с огнем.

– Что же вы так, Ларион? – говорит целитель после очередной моей неудачи. – Надо аккуратнее как‑то.

– Да я даже не чувствую свой резерв, – сообщаю ему. – То есть чувствую, но не более того, использовать его практически не могу.

Звучит колокол. Все ученики прощаются и довольные выходят из аудитории. Остаюсь сидеть на своем месте, потому что целитель никуда не уходит и внимательно рассматривает меня.

– Очень интересно, – задумывается препод. – У меня есть возможность помочь вам поправить это. Тем более, мне совсем не нравится пелена вокруг вашего источника. С ней нужно работать и работать. Для этого нужно понять, как функционирует ваша магия. Есть у меня для этого инструмент.

Пилюлькин видит намного больше, чем все остальные. Обещание помочь интригует.

– В общем, когда освободитесь, зайдите ко мне в целительскую. Можете вместе с Кормаком, – он кивает на слишком разговорчивого парня.

Кормак еще трется на заднем ряду и тоже никак не может разобраться со своим треугольником. Да и распоряжение физрука целитель не отменяет.

– Конечно, обязательно буду, – соглашаюсь.

Наша группа выходит из аудитории. Нас встречают кураторы. Они следят, чтобы никто не отстал, нигде не потерялся и не дай бог не залез в какое‑нибудь ненужное место. Уверен, что история с проходом на четвертый этаж неплохо стимулирует наших преподавателей. Кураторы проходят арки рядом с нами.

В коридорах везде размещены таблички, так что перепутать вновь появившуюся арку со старой вроде бы получится. В какой‑то момент ныряем в один из устойчивых проходов и попадаем на другую сторону замка, где я ещё не был. Оказывается, именно этот проход выводит к заднему двору, где преподаватели зачаровали и устроили небольшой – метров пятьдесят в поперечнике – стадион.

Но на обычный стадион это место не смахивает. Больше напоминает полосу препятствий. Кажется, сейчас мы будем узнавать, почему физрука назвали физруком.

– Время не тянем, строимся, – бросает физрук в толпу студентов.

Кураторы отступают назад. Складывается ощущение, что они находятся здесь в качестве мебели.

Мы строимся в две шеренги.

– Как вы успели заметить, в нашей Академии есть такая вещь, как полигон, – физрук обводит рукой площадку с препятствиями. – Это, конечно, не сам полигон, вы можете видеть только вход на него. Но вам пока и этого будет достаточно. Основная задача предельно простая: сейчас мы с вами разомнёмся, а потом нужно будет пройти через подвижный, грязный и очень тяжёлый физически полигон испытаний. Для начала – без времени и по одному.

Глава 7

Я пытаюсь выяснить, что со мной не так

Физрук окидывает нас взглядом, оценивая реакцию.

– При прохождении полигона можете пользоваться всем чем угодно, только с одним ограничением – не разрушать препятствия, – предупреждает он. – Отстраивать их заново элементарно тяжело. Поэтому если вы намеренно разрушите препятствия, то будете всей командой участвовать в восстановлении этого полигона. Каждый несет коллективную ответственность наряду со всеми остальными. Это понятно?