Моя Академия. Тетралогия (СИ) - Син Евгений - Страница 115

За пару минут до полуночи сижу на подоконнике возле сплошных ставен. Пытаюсь понять, как открывается эта штуковина. Найти способ получается не сразу. Догадаться, что оконные ставни открываются нажатием на себя и вбок – не сильно очевидно. Подмечаю, что механика довольно простая, при этом очень изящная. Нет никаких ручек или рычагов, да и ставни встают четко.

Окно открывается мягко, будто специально созданы все условия, чтобы таким образом спокойно вылезти из гостиницы. Вполне удобно. Первый этаж играет на руку – сажусь с ногами на подоконник и спрыгиваю на землю. Прикрываю за собой ставни.

На улице темно и тихо. Только со стороны сарая всё еще виднеются отблески пламени. Кажется, вечеринку заканчивать никто не собирается. Отсюда звуки почти не слышны, всё‑таки от гостиницы до «Сарая» метров двести, не меньше. Да и гостиница прикрыта другими постройками.

Мыслями снова возвращаюсь к моменту возгорания ресторана. Не удивлюсь, если маги на примере данного заведения отрабатывали не только навыки выживания и командной работы, но ещё и тушение пожаров. Например, контур ограничения горения в этом заведении был почти ощутимым – видел его своими глазами в процессе. Уверен, что стоящее рядом здание не загорелось только благодаря этому периметру.

– Кого‑то ждешь, Ларион? – раздается сзади знакомый голос.

– Сама как думаешь? – задаю встречный вопрос и оборачиваюсь.

Ко мне подходит девушка. На голову накинут капюшон. По голосу и по походке несложно понять – это Ариадна.

– Пойдём? – спрашивает она.

Девушка поворачивается ко мне спиной и делает несколько шагов.

– Ты одна? – интересуюсь.

– Да, я одна, – подтверждает Ариадна.

– Можешь хоть что‑нибудь объяснить? – обращаюсь к медсестре. – Ты одна, Кольцова нет. Не отвечаешь на мои сообщения в информере…

– Ларик, подожди, – останавливает меня девушка, – это всё не ко мне, правда. Ты получишь ответы на свои вопросы, но не сейчас. Сейчас у нас коридор возможности не больше десяти минут.

– Почему не больше десяти минут? – удивляюсь.

– Потом тебя смогут зацепить наблюдатели, – объясняет Ариадна серьезным тоном. – Кольцов может прикрыть только ограниченное пространство. За тобой же постоянно следят.

Хм. Значит, по поводу следаков не ошибся. Тогда остается всё еще актуальный вопрос: почему защитная группа не вмешалась во время пожара? Ладно, разберемся позже. Тем более, кое‑какие выводы уже сделаны.

– Ты можешь уйти? – спрашиваю.

– Могу, но не хочу, – не раздумывая отвечает девушка. – Я объясню, но чуть позже. Не переживай, тебе ничего не грозит. Обещаю. Могу поручиться всем, чем захочешь.

– Хорошо, – отвечаю после недолгих раздумий.

Мой разум не видит откровенных несоответствий. Кажется, девушка сама прекрасно верит в то, что говорит.

– Пойдём, – говорю девушке. – Веди.

Ариадна бросает взгляд на отблески горящего «Сарая» и ненадолго замирает. Всматривается в темноту и молча кивает на дом с красной крышей между рестораном и гостиницей. Он расположен ровно посередине от одной и от другой точки.

Девушка разворачивается, и мы быстро идём в другую сторону.

Так понимаю, в указанном доме сейчас сидит группа поддержки.

Без остановок идем вдоль дороги. Ариадна ныряет в проход между домами, а я как тень следую за ней.

Подобные маневры повторяются еще несколько раз. Ныряю следом, ничего не спрашивая.

Минуем очередной поворот, и девушка оборачивается ко мне. Успеваю мельком увидеть её встревоженный, но уверенный взгляд.

– Всё, здесь они тебя, скорее всего, найти не смогут, – делает вывод медсестра. – Можем спокойно идти дальше, – немного замедляем шаг.

– Далеко ещё? – спрашиваю.

– Нет, мы почти рядом, – отзывается Ариадна. – Нам осталось пройти примерно километр в сторону города.

– Может, пока мы идём, хоть что‑нибудь расскажешь? – возвращаюсь к недавней просьбе.

Понять, что происходит, пока не удается. Продолжаем идти вдоль дороги, теперь уже без спешки. Ариадна игнорирует возможности поиска и теперь, скорее, просто прогуливается. Это меня еще больше успокаивает.

– Нет, Ларион, ничего не расскажу, – четко отвечает девушка. – Он меня просил ничего не говорить. Кольцову очень сложно… ходить. Ты сейчас сам всё увидишь.

Ситуация становится все более интересной.

Подходим к совершенно непримечательному одноэтажному дому. Совершенно не выглядит заброшенным. Больше похож на дом, за которым ухаживают. Так сразу и не скажешь, что здесь обитель мирового зла по версии обоих следователей.

Ариадна открывает скрипучую калитку. Проходим через маленький садик. В зашторенном окне мягко и по‑домашнему горит одинокая лампочка.

Перед входом в дом девушка оборачивается ко мне.

– Ларион, не удивляйся и не бойся, – просит она. – Кольцов совершенно безопасен. Уж для тебя‑то точно.

Глава 9

Разговариваю с мертвым

Открываю дверь. Захожу в небольшой предбанник.

– Куда дальше? – спрашиваю девушку.

– Прямо иди. На свет, – говорит мне.

Киваю, хотя в сумерках это не особо заметно. Поднимаю на три ступеньки вверх и открываю тяжелую дверь в комнату.

М‑да. Запах тот еще. В нос шибает неприятным запахом болезни. Напротив входа вижу Кольцова. Следак сидит в глубоком кресле, только сейчас я узнаю его с трудом.

Мужик укрыт пледом, на подлокотниках лежат пергаментно‑сухие руки. Сам Кольцов выглядит так, будто не ел месяц. Рядом стоит нетронутая тарелка супа и банка с мутным настоем. Осунувшееся лицо, синяки под глазами, редкие волосы спадают на лоб. Кольцов с трудом открывает глаза на звук открывшейся двери.

– Рад, что не ошибся, – скрипуче произносит мужик.

Да, в этом виде менталист мне точно никак не угрожает. Пусть по словам Ариадны он и может прикрыть от внимания не самых слабых магов приличную площадь. Рядом с менталистом пространство будто бы дрожит. Ощущение, что эфир хочет проявиться, но не получается. Попытки продолжаются.

– Неважно выглядите, Козьма Ефремович, – замечаю.

– Это еще что, Ларион, – усмехается мужик.

Кажется, его состояние не сильно беспокоит.

– Дальше буду выглядеть еще хуже, – грустно смеется он.

– А если к целителям обратиться? – предлагаю.

– Нет, – отказывается маг и делает попытку качнуть головой. – От смерти еще не придумали лекарства.

– А вы уже умерли, Козьма Ефремович? – удивляюсь.

Я же помню, что нежить для этого мира – неприятная реальность. А вот насколько она разумна – точно не знаю.

– Нет, что ты, – тихо смеётся менталист. – Я почти не умер.

– Почти? – удивляюсь.

– Да, – подтверждает Кольцов.

– Это как? – интересуюсь.

– Ларион, – с трудом улыбается следак. – А что ты знаешь об Инферно?

Прикидываю. С момента моего появления в госпитале как раз эту тему информер старался ограничить. Да и Кольцов, когда приходил ко мне в палату. По крайней мере, сам он утверждал именно так.

– Так ведь вы сами перекрывали доступ к информации, – напоминаю.

– Конечно, – подтверждает Кольцов. – Я сейчас не об этом. Я спросил, что именно ты знаешь об Инферно. Возможно, нам будет намного проще говорить, если я буду хотя бы предполагать твою картину.

Задумываюсь. Нет, у меня слишком мало информации, чтобы она могла хоть как‑то мне навредить.

– Да я не особо много знаю, – отвечаю. – Точно понимаю, что это отражение другого плана существования.

Кольцов еле заметно кивает.

– Ну, и монстры оттуда появляются сразу агрессивные к людям, – продолжаю.

– Они ко всем агрессивны, – подтверждает Кольцов. – Мир у… них такой.

– Ещё люди и животные заражаются, потом изменяются и тоже становятся агрессивными. Видел в госпитале, – поясняю.

– Да, с госпиталем так себе получилось, – усмехается следак.

Удивляюсь. Думал, что монстр рвался как раз ко мне. А ведь Кольцов тоже находился на той же линии.