Егерь. Вызов (СИ) - Скиба Николай - Страница 37

Вариант второй — актив. Барону доложили о владельце двух Королевских ветряных рысей. Ему нужны не мои способности, а мои питомцы. В столице меня могут вежливо, но настойчиво «попросить» продать их за «справедливую» цену в казну. Или просто отнять, найдя какой-то юридический предлог. Власть всегда найдёт способ забрать то, что ей нужно.

Вариант третий… поводок. Все видели Афину, но могли ли догадаться о моей уникальная особенности 'Экспериментальная эволюция? Если там что-то заподозрили, меня вызывают, чтобы сделать ручным псом барона. Посадить на короткий поводок, дать ресурсы, но лишить главного — свободы. Превратить в инструмент для усиления его власти.

И вариант четвёртый, самый смертоносный — свидетельство. Информация о Друиде Крови и сделке Ефима — это не козырь, а клеймо. Если барон сам боится «Семёрки Друидов» или, что хуже, тайно с ними сотрудничает, то я — нежелательный свидетель, которого нужно срочно убрать. Тихо, без пыли, подальше от родной деревни.

Я перебрал эти сценарии, ощущая, как по спине пробегает холодок. Каждый из них был по-своему паршивым. Но паника — удел жертвы, а я — охотник. На каждую угрозу должен быть свой ответ, на каждый яд — своё противоядие. И мысли, как это всё обыграть, у меня уже были.

Во-первых, я буду играть роль, которую от меня ожидают: талантливый, но немного наивный деревенский парень, ошеломлённый вниманием такой важной персоны. Маска простака — лучшая защита.

Во-вторых, я ни за что не раскрою все свои карты. Всегда нужно держать в рукаве то, что удивит в последний момент.

В-третьих, информация о Друиде Крови — мой главный рычаг. Я буду молчать, слушать и внимательно следить за реакцией. Одно неверное слово, один косой взгляд со стороны барона или его окружения на упоминание друидов — и я пойму, с кем имею дело.

Моя главная цель в столице — не произвести впечатление, а собрать информацию. Понять расстановку сил, найти слабые места и только потом действовать. Я иду туда не как гость, а как разведчик на вражескую территорию.

Впрочем, возможно, я себя накрутил, и всё гораздо проще. Может им требуются мои навыки, чтобы поймать нечто уникальное?

Я покачал головой, прогоняя мысли. Гадать бессмысленно.

Афина, наевшись, подошла ко мне и улеглась рядом на крыльце. Её довольное мурчание успокаивало. Красавчик устроился у неё на спине — привычное место отдыха. Актриса заняла наблюдательный пост, а Режиссёр величественно расположился у полигона, окидывая владения царственным взглядом.

Я как раз собирался перекусить сам, когда движение у леса привлекло моё внимание. Фигура среди деревьев двигалась неторопливо, но уверенно — широкие плечи, мощная поступь, знакомый силуэт.

Григор.

Отшельник приближался к моей избе так неспешно, что я невольно усмехнулся. Абсолютная уверенность в своей силе.

В руках у него был… Мой Иглистый ушкан.

Я встал и пошёл навстречу. Да, это определённо был мой зверь, тот самый, которого я оставил Григору на попечение. Но что-то было не так.

Ушкан изменился.

Глава 14

Григор приближался уверенной поступью, но примерно в десяти шагах от моего двора резко остановился. Его взгляд стал оценивающим, настороженным — как у хищника, наткнувшегося на неожиданную угрозу.

Его взгляд метнулся от Афины, развалившейся на крыльце в своём новом, чудовищном обличье, к грациозной Актрисе, замершей в позе наблюдателя, а затем к Режиссёру, который с царственным видом восседал у тренировочного полигона.

Лицо отшельника застыло в выражении полного изумления. Этот человек, которого я видел лишь невозмутимым как скала, буквально разинул рот от удивления.

— Чёрт возьми… — пробормотал он, не сводя глаз с рысей. — Как ты это сделал?

— Что именно? — спросил я, подходя ближе.

— КАК ты поймал королевских ветряных рысей? — В голосе Григора звучало искреннее потрясение. — ДВУХ!

Пожал плечами.

— Мои методы останутся со мной.

— Да я и не прошу! — Григор покачал головой, всё ещё не веря своим глазам.

Отшельник медленно обошёл рысей по периметру, не сводя с них внимательного взгляда. В его движениях читалась профессиональная оценка.

— Понимаешь ли ты вообще, что у тебя есть? — тихо спросил он, и в его голосе прозвучала нотка… удивления. — Таких зверей за всю жизнь видел от силы пяток. И никто из тех, кто их приручил, не был… обычным.

— А что это было вообще? — перешёл я в наступление. — Почему ты не предупредил, что там, в опасной зоне, такая рысь водится? Сказал, что они золотой стоят!

Отшельник вдруг рассмеялся — громко и от души.

— Предупреждал же, дуралей! — воскликнул он, вытирая выступившие слёзы. — Я же говорил тебе: не пытайся ловить особых рысей, не по силам! Ловил бы обычную!

— Да я же не знал, в чём отличие, думал, что они простые…

— Тем страннее, КАК ты их поймал! — продолжил Григор, снова становясь серьёзным.

Я промолчал, не собираясь раскрывать секреты своей победы над близнецами.

Григор понял, что ответа не дождётся и медленно подошёл к Режиссёру. Брат проследил его приближение внимательным взглядом, но с места не сдвинулся.

— Красивый зверь, — пробормотал отшельник, протягивая руку к голове рыси. — Просто великолепный.

Режиссёр посмотрел на приближающуюся ладонь так, словно ему предлагали дотронуться до чего-то крайне неприятного. В последний момент он грациозно отклонил голову в сторону, избегая контакта.

Григор замер с протянутой рукой, а затем тихо засмеялся.

— Да уж, — покачал он головой, опуская руку. — Аристократ ещё тот. Не каждого удостоит внимания.

Режиссёр окинул отшельника взглядом, полным холодного достоинства, словно оценивая, достоин ли этот человек вообще находиться в его присутствии. Затем демонстративно отвернулся, давая понять, что аудиенция окончена.

— Вот ведь… — пробормотал Григор, наблюдая за рысью. — А этот такой ещё гордый. Это очень странно. Обычно самцы более покладистые, а самки капризничают. А тут наоборот.

— Ты опоздал, — холодно заметил я.

— Раз опоздал, значит была причина. Следи за языком, сопляк. Этого малыша тебе притащил, — сказал Григор, поднимая Иглистого ушкана на уровень моих глаз.

— Не сопляк, — покачал головой и твёрдо встретил его взгляд. — Ты как-то говорил, что, если покажу навык, разговор будет другим. Так может пора?

Исполин общался с позиции силы — это его право, раз он помогал. Но мне нужна была информация, а для этого требовалось уважение, а не снисходительность.

— Ох ты как, — Григор удивлённо вскинул брови. — Маленький хорёк огрызается? Ладно, парень, может ты и заслуживаешь другого отношения.

Внимательно осмотрев питомца, я сразу понял — с ним произошли перемены. Ушкан держался как зверь, который обрёл уверенность в себе. Движения стали точнее, взгляд — осмысленнее. Словно внутри зажёгся огонёк, которого раньше не было.

— Что ты с ним делал? — спросил я настороженно. Система показывала семнадцатый уровень существа.

— Работал, как и должно Зверолову, — пожал плечами Григор. — Но решил в память о твоём отце подготовить зверька к следующей ступени развития.

— В память об отце? — переспросил я, нахмурившись.

— Александр был мастером своего дела, — отшельник осторожно переложил ушкана мне в руки. — Уважал я его, говорил же.

Я ощупал знакомое тельце питомца. Ментальная связь — ушкан всё так же откликался на мои мысли и передавал свои ощущения. Но что-то определённо изменилось.

— Как тебе удалось развить его? — спросил с недоверием. — Связь же не прерывалась ни на секунду.

— А и не должна была, — усмехнулся Григор. — Я же не ломал её. Просто… скажем так, помог зверю развиться естественным путём. Как в дикой природе, только под наблюдением. Не думал же, что ты один особенный на все королевства? Звери, которых отдали мне по своей воле, чувствуют себя в гармонии.

Я заметил самое очевидное изменение. Иглы ушкана теперь отливали серебром. При движении они словно мерцали на солнце, создавая завораживающую игру света.