Газлайтер. Том 37 (СИ) - Володин Григорий Григорьевич - Страница 41

— Не меньше тысячи? — переспрашивает магиня и окидывает меня удивленным взглядом.

На той стороне артефактного канала Хоттабыч делает кашляющий звук:

— Кхм-кхм. Оу… правда? Вы уже и повоеваеть успели знатно.

— Успел только король Данила, Председатель, — отвечает Масаса. — Мы вышли на готовенькое как говорится.

— Что ж, король Данила, прошу простить за чрезмерную фамильярность. Сам понимаешь, ситуация напряжённая.

Я ровно отвечаю:

— Очень напряжённая, тут не поспоришь.

Хоттабыч сглаживает голос и старается не звучать резким:

— Я рад что ты понимаешь. Но мне надо с тобой обсудить твой план насчет Дианы. Мог бы ты ко мне заглянуть?

— Хорошо, Председатель, — отвечаю, подумав. — Я зайду в Лунный Диск ненадолго.

Разворачиваюсь к своим девушкам и обращаюсь в первую очередь к Красивой:

— Охраняйте пока портал. Я ненадолго.

Потом — Маше:

— Маша, ты останешься тут.

Брюнетка кивает:

— Хорошо, дорогой.

Красивая же превращается в тигрицу. Привычный боевой облик для девушки, которую родная прапрабабка так извела своим мужененавистнечеством, что она сбежала во внешний мир и провела сотни лет в наемничестве, пока я не спас на ее глазах парочку тигрят и чем возможно внушил ей в веру в сильный пол.

— Да, корроль, — промурчала оборотница.

Я беру с собой в Лунный Диск только Светку и Змейку. Масаса распоряжается: пятерых Организаторов она оставляет здесь охранять арку, остальные идут с нами. Я не против дополнительной охраны из Грандмастеров — если дампиры вдруг решат вернуться за островом, их быстро заставят прикурить.

Портал выводит нас на чёрную площадь под звёздным небом. Портальная арка за спиной гаснет. Масаса достаёт свой портальный артефакт и просит меня взять её за руку; я, в свою очередь, беру Светку и Змейку так же. Остальные Организаторы делятся на тройки, и в каждой кто-то достаёт портальный камень.

Портал активируется. Пространство дёргается — и нас втягивает в портальный зал Лунного Диска.

Я этот замок знаю уже как свои пять перепончатых пальцев. Спасибо Грандбомжу за то, что поделился со мной схемой своего старого орлиного гнезда. Но вот чего я не ожидал — это того, что по соседству возникнет леди Гвиневра. Блондинка в синем плотном костюме, сидящем на ней как вторая кожа и подчёркивающем всё возможное, выходит из соседнего портала. Похоже, она только что вернулась с какого-то задания.

Высшая Целительница, заметив меня, мгновенно расправляет плечи, ещё сильнее выставляет грудь и лучезарно улыбается:

— Ой, король Данила! Здравствуй!

— Хай, сударыня, — отвечаю я ей в тон.

Гвиневра подходит ближе, наклоняет голову, её глаза расширяются:

— Ой, у вас что-то… это… рана?

— Нет, — спокойно говорю я, глянув на тёмное пятно на плече. — Это всего лишь кровь дампира. Ничего особенного.

Змейка вдруг тихо порыкивает:

— Фака! — и выпускает медные когти, чем изрядно пугает пышногрудую блондинку.

— Мать выводка, леди Гвиневра не опасна, — говорю я своей хищнице.

Светка тут же заявляет:

— А по-моему, очень опасно.

И внезапно Масаса добавляет:

— Тут соглашусь.

Гвиневра только фыркает. А я реально удивляюсь. Смотрю на Масасу, ожидая какого-то объяснения. Она ловит мой взгляд и, задрав подбородок, говорит:

— Идёмте, конунг Данила. Председатель вас ждёт.

И проходит мимо Гвиневры, покачивая тазом, разве что блондинку бедром не толкнув.

Мы идём дальше. Часть Организаторов идёт с нами, в том числе Ясен. Коридор длинный, широкий. Масаса равняется со мной, чуть наклоняет голову и указывает глазами на свой висок — приглашающий жест.

Я подключаюсь к мыслеречи.

Магиня говорит с волнением в мыслях:

— Я хотела попросить о нашем братстве. Могли бы вы не говорить о нём Хоттабычу?

А ну понятно. Конечно, она волнуется о своей секте, цель которой — уничтожить Багрового Властелина.

Я отвечаю мысленно:

— А интересы вашего братства не касаются Дианы?

Масаса в ответ:

— Здесь мы с Организацией одного мнения.

— Иначе вы затащили бы меня в ловушку, — усмехаюсь.

— Как вы могли так думать? — почти обиженно произносит она.

— Действительно, почему? — хмыкаю. — Вы уже забыли, как пытались устроить резню между лордами-дроу в Багровом дворце?

— Я не знала, что вы там будете! — идёт в контратаку магиня. — А если бы знала, клянусь, я десять раз подумала бы, стоит ли исполнять мой план.

Что-то мне не верится, что магиня передумала бы. Впрочем, тут она права — она не знала.

Моё внимание привлекает одна из плиток в стене. Притормаживаю. И Ясен сразу бурчит сзади:

— Чего там плетёшься, менталист?

Я вслух говорю:

— Да тут увидел одну плитку интересную.

И нажимаю на кладку. Из стены вылетает булавка-ловушка, ударяет Ясена в плечо, и друида сносит.

— Что это такое? — хлопает глазами Масаса.

Ясен поднимается — невредимый, весь в пыли.

— Какого кактуса!!!

— Вы не в курсе этой ловушки? Значит, реликт старого хозяина, — произношу я, имея в виду Грандбомжа. — Видимо, не все защитные механизмы ещё деактивированы. Ладно, пойдёмте. Председатель заждался.

И вот я стою перед дверями Хоттабыча.

И вхожу.

Крыло Смерти (цитадель короля дампиров), Мир дампиров

Король Сангерн Морвейн пьёт вино медленно, почти задумчиво. Он давно не позволял себе такой слабости. Слишком древний, слишком дисциплинированный, слишком много веков держал себя в узде, чтобы туман алкоголя не касался его мозга. Но случившееся пошатнуло даже его железный контроль.

Он подносит кубок к губам снова. Глоток — второй, третий. Он чувствует, как терпкая жидкость согревает старую кровь. Но ни капли расслабления это не приносит. Только острое осознание: всё изменилось.

Остров Мискин захвачен. Морвейн потерял контроль над единственным порталом в этот мир. И кроме того, замок, где находился его сын Комарин, разрушен, а сам Комарин мёртв.

Также нет вестей о продвижении дампирских сил и экспансии вглубь Темискиры. Скорее всего, та тысяча дампиров на одиннадцати китах тоже ликвидирована.

Морвейн не был неопытным мальчишкой. Он пожил достаточно, чтобы понимать: против него действует умный игрок. Очень хитрый и изворотливый. Даже назовем его Игрок. Неизвестный достоин этого названия.

И, что особенно примечательно — это точно не Диана. Здесь у Морвейна не было ни тени сомнения. Она — задротка, исследователь, учёный ум, но не военачальник. Стратег из неё никакой.

Морвейн — очень древний дампир. Старше Хоттабыча, старше большинства долгожителей в этой мерзкой Организации. Конечно, он не ровесник Багровому Властелину, Диане или Древнему Кузнецу, но по возрасту стоит недалеко — где-то на той же линии вечности. Он помнит первое Световое Дерево. Помнит, как оно росло, горело, пульсировало силой.

И Морвейн прекрасно знал: будучи в изоляции, Диана не могла не работать над вторым Деревом. Это в её характере — создавать то, что способно изменить мир.

Темискира же, внезапно объявившаяся в мире дампиров, была подарком судьбы. Но за такие подарки всегда приходится платить.

«Кто же ты, Игрок?» — думает Морвейн, покачивая бокалом и наблюдая, как красная жидкость лениво стекает по стенкам.

Игрок, который действует хитро и скрытно, не оставляя свидетелей. Хоттабыч? Нет. Это совсем не его почерк. Может, кто-то из его шавок-Организаторов?

Морвейн чувствует, как по жилам течёт огонь — не от вина, а от ярости, перемешанной с холодным, жадным интересом. Он поднимается, открывает стол и достаёт оттуда артефакт: кристалл, в котором заключено сияние первого Светового Дерева, некогда добытое им самим и смешанное с его собственной кровью. Реликт. Запечатанная мощь, которую он хранил тысячелетиями — на самый крайний случай.

Он смотрит на кристалл — и понимает: случай настал.

Ну что ж… вот уж Игрок удивится.