Мужчина из прошлого. Познакомимся с тобой заново? - Галс Марина - Страница 7

Чувствую, как у меня начинает розоветь лицо. На душе становится чертовски приятно от того, что из всех женщин на вечеринке Шахов выбрал именно меня.

– А почему тихушник? – удивляюсь такому прозвищу. – Евгений, вроде бы, совсем не похож на тихоню.

– Нет, он, конечно, не тихоня, – смеётся Лена. – Но очень скрытный. Его личная жизнь – тайна за семью печатями. Никто не знает, встречается ли он с кем-нибудь, есть ли у него постоянная женщина. Всё покрыто мраком и тайной.

– Как в нашем городе можно скрывать свою личную жизнь? – не верю своим ушам. – Здесь же все на виду, и сплетни распространяются со скоростью света.

– У Шахова получается! Очень даже хорошо! – восклицает подруга. – Как развёлся с детсадовской заведующей, так и шифруется с тех пор. Бывает, исчезает на несколько недель, потом снова появляется. Но кольца на пальце больше я у него не видела.

Глава 8

– Не мужик, а одна сплошная загадка, – подливая чай в мою кружку, продолжает Лена. – Столько женщин здесь по нему страдают, а ему хоть бы что! Ни на кого не обращает внимания!

«Странное поведение для зрелого мужчины, – закрадываются в голову определённые сомнения. – С ним, вообще, всё в порядке?»

– Ну, не то чтобы совсем не обращает внимания, – словно прочитав мои мысли, поправляется подруга. – Заигрывает, конечно, налево и направо. Флиртует. Но серьёзных отношений ни с кем не заводит.

– За всё это время никаких серьёзных отношений? Такое разве возможно? Всё-таки Шахов не мальчик уже! Сколько ему сейчас?

– Тридцать пять недавно стукнуло.

– И тебе не кажется, что это… как-то странно. В тридцать пять не иметь даже временной подружки.

– Конечно, кажется! – с жаром отвечает подруга. – И не мне одной! Он же не монах! Но, если у него и есть женщина, то где-то не здесь. И вести её под венец наш Евгений явно не торопится.

Стрелки часов уже перемахнули далеко за полночь, а мы всё не ложимся, продолжая разбирать «по косточкам» бывшего физрука. Кажется, обсудили уже всю его подноготную, но почему он до сих пор одинок, так и не выяснили.

Внезапно мой телефон прерывает нашу интересную беседу. Звонок звучит резко и неожиданно в ночной тишине.

На экране – номер московской соседки.

«Боже! Неужели что-то случилось?! – сразу пронзает мозг паническая мысль. – Почему она звонит так поздно?»

Смахнув вверх зелёную иконку на экране, я дрожащей рукой подношу трубку к уху.

– Ираида Саввична? – спрашиваю срывающимся голосом. – Что-то случилось?

– Вы ещё спрашиваете, Алина? – строго отвечает она. – Вы что, издеваетесь надо мной?

Её резкий тон пугает меня ещё больше.

– Я… я не понимаю, о чём вы? Меня сейчас даже дома нет. Как я могу над вами издеваться?

– Ну, конечно, нет! – возмущённо фыркает она. – А кто же там кричит за стеной: «Ещё, Антоша, ещё! Быстрее, любимый, не останавливайся!»

Она искусно имитирует сладострастные вопли и снова нападает на меня:

– Я ведь просила вас, Алина, чтобы вы занимались интимными делами со своим супругом потише. Вы вообще, прочитали моё послание? Или просто сорвали его с двери и бросили в мусорное ведро?

– Ираида Саввична, – перебиваю я её, – как бы я могла одновременно кричать за стеной и разговаривать сейчас с вами по телефону?

– Как, как! – раздражённо кричит она, и вдруг её голос осекается: – Что… вас на самом деле нет дома?..

– Угу, – мычу я в трубку, опасаясь, как бы не разрыдаться во весь голос.

– Ой, простите меня, деточка! – начинает извиняться она. – Я совсем не подумала, что Антон прелюбодействует там с другой женщиной! Негодяй, какой! Променять такую порядочную жену на какую-то легкомысленную профурсетку!

Я молча хлюпаю носом, будучи по-прежнему не в силах сказать ни слова.

– А, давайте, я пойду сейчас к ним и вытащу за космы эту дрянь из вашей квартиры! – предлагает Ираида, желая хоть как-то реабилитироваться в моих глазах. – Пусть знает, как соблазнять чужих мужей! И кувыркаться в супружеской постели!

Мне очень тошно заново переваривать всё это, но я нахожу в себе силы ответить:

– Не надо, Ираида Саввична. Я сама поговорю с Антоном.

***

Видимо, я настолько меняюсь в лице после разговора с соседкой, что Лена, взглянув на меня, буквально замирает с кружкой в руке, а потом испуганно спрашивает:

– Алин? Что случилось?

Я молчу, тупо уставившись в тёмное окно. На его стеклянной поверхности угадывается лишь моё собственное отражение – бледное и потерянное.

«И как я могла поверить Свиридову? – могу думать сейчас только об этом. – Ведь были же все факты налицо! Но нет! Я продолжала цепляться за призрачную надежду, что нашу семью не коснётся эта напасть. Что Антон не способен на такую подлую низость по отношению ко мне».

– Алин! – трясёт меня за руку подруга. – Да очнись ты! Скажи, что с тобой? Беда, какая?

Её звонкий голос сейчас кажется, будто доносящимся сквозь толщу воды.

– Соседка позвонила. Сообщила, что муж сейчас развлекается дома. С какой-то девицей, – безразличным голосом отвечаю я. – Так бурно, что даже в соседней квартире всё прекрасно слышно.

Внутри у меня будто бы всё умерло. Никаких чувств и эмоций.

– Обалдеть! – Ленка прикрывает ладошкой рот и смотрит на меня во все глаза. – Беспредел, какой-то! Ты хоть знаешь, кто она… эта девица?

– Не-а, – я бессмысленно мотаю головой. – Он нас, знаешь ли, не представил.

Шучу мрачно. А что ещё остаётся? Кричать? Выть по-волчьи? Биться об стену головой?

Нет уж. Не дождутся. Не на ту напали.

– Так нельзя это оставлять! – со знанием дела заявляет подруга. – Надо действовать, Алин! Прямо сейчас! Надо выследить этих любовничков, застать их врасплох, и обязательно сделать фотки, а ещё лучше снять видео.

– Зачем? – спрашиваю устало. – Ну, снимем мы, ну получим неоспоримые доказательства… Разве от этого мне станет легче?

Я бессильно опускаю ладонь на грудь, в то место, где сконцентрировалась вся моя душевная боль.

– Не станет, – отвечает Лена, успокаивающе поглаживая моё плечо. – Но, если решишь разводиться, это будет весомый и сильный аргумент. Он ничего не сможет возразить!

«Разводиться?! – с ужасом думаю про себя. – Неужели я дожила до такого? До измены, до бракоразводного процесса, до взаимных претензий и дележа общего имущества?»

Это кажется страшным, кошмарным сном.

– Ты даже представить не можешь, на какие немыслимые подлости идут эти неверные супруги! – продолжает с жаром убеждать меня подруга. – А я за время работы секретарём в суде такого насмотрелась, что хватит на десять сезонов какого-нибудь сериала! В общем, собирайся. Мы едем в Москву. Моя машина стоит под окнами. Часа за три-три с половиной доберёмся. Устроим твоему благоверному встречу, которую он надолго запомнит!

«Господи! О чём она говорит?! – путаются мысли в голове, не желая складываться в логичную картину. – Какая Москва? Какая машина под окнами? Ведь на дворе уже глубокая ночь!»

– Нет, Лен, никуда мы с тобой не поедем по такой темноте. Не хватало ещё попасть в какую-нибудь историю на трассе. Давай, сейчас ляжем спать, а завтра я на самой первой электричке рвану домой. Сделаю сюрприз мужу! Поговорю с ним так, что мало не покажется!

– И что ты ему скажешь? – не отступает подруга. – Что соседка услышала что-то такое за стеной? Да, он просто на смех тебя поднимет! Придумает кучу отговорок!

– Каких, например? – недоверчиво спрашиваю я, хотя в глубине души чувствую, что доказательств у меня и на самом деле маловато. Только слова Ираиды.

– Да, множество вариантов! – восклицает Елена. – Например, скажет, что кино для взрослых смотрел с откровенными сценами. Или убедит тебя, что из мужской солидарности одолжил вашу квартиру на ночь хорошему другу для встречи с любовницей. Или, что ещё проще, свалит всё на соседку, типа, ослышалась она.

Выдав всё это почти на одном дыхании, Ленка умолкает, но ненадолго.