Сеть. Книга 1 (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич - Страница 71

Полина давно не прибегала к умению долго обходиться без кислорода. Она покраснела, когда в ее крови повысилось содержание эритроцитов. Надышалась до головокружения и прыгнула за борт. Проплыла вниз двадцать метров. Без костюма сделать это было гораздо сложнее. Пещеру она нашла быстро. У ее входа кто-то будто специально оставил яркий кусок пластмассы. Полина добавила бустер, хотя это и приводило к быстрому расходу кислорода. Сделала она это из осторожности.

Внутри никого не оказалось. Воздушный пузырь, созданный Полиной, еще существовал. Она не стала дышать, опасаясь, что в нем осталось очень мало кислорода. На каменном уступе лежал футляр из резинового материала. Полина взяла его и направилась обратно. Последние метры подъема она преодолела из последних сил. Воздух заканчивался, а дыхание готово было включиться непроизвольно. Мир перед глазами вращался в калейдоскопе естественных и рожденных гипоксией картинок.

Полина громко вдохнула и легла на спину. Грудь ходила ходуном. Генри подплыл и затащил Полину на борт. Девушка победно подняла руку с ярким футляром.

– Я начал волноваться. Тебя не было очень долго. – В голосе Генри было и раздражение, и переживание одновременно. – Надо было взять снаряжение для дайвинга.

– Прости, немного не рассчитала.

– Больше никакой самодеятельности. Все рискованные моменты решаем консилиумом.

– Хорошо, мистер Консилиум. Не будет ли у вас горячего чая на борту?

– Будет, госпожа Вредина.

Связь с Мориц установили с побережья Северной Африки. Алекса будто ждала звонка. Сразу вышла на связь.

– Я рада, что вы сообразили, где я выбрала место для тайника. Это значит, что мы сможем понимать друг друга с полуслова.

– Это Генри догадался первый.

– Отлично, природные способности к логике, это тоже хорошо.

– Через это устройство мы можем разговаривать свободно? – переспросила Полина.

– Да, оно не входит в Сеть и защищено способом, о котором неизвестно Филиппосу.

– До поры до времени. Пока кто-нибудь из ваших не перейдет на его сторону.

– Технических подробностей связи нет ни у кого. Проект инициативный, и о нем почти никому не известно. Вся контора разработчиков у нас, и мы за ними зорко следим.

– Это успокаивает. Где нам встретиться?

– Вам надо попасть в Казахстан. Здесь есть одно очень интересное место, скрытое от глаз людей и, самое главное, Сети. Приезжайте в Алматы, вас найдет наш проводник и приведет к нам.

Город Алматы находился в живописной чаше гор. Воздух в нем становился горячим в летний зной, но стоило подуть ветру, как жара мгновенно растворялась в спускающейся с гор прохладе.

В аэропорту их встретил молодой человек явно не казахского происхождения.

– Привет, меня отправили встретить вас. Меня зовут Деймон. Как добрались?

– С проблемами. Разрешение на поездку все труднее получить, – ответил Генри. – Ты откуда?

– Из Америки. Из филиала Интерпола. Вместе с Алексой учился в академии. А ты?

– Я из Шотландии.

– А я из России.

– Мм, местная почти.

– Как здесь обстановка? – спросила Полина.

– Я бы сказал, не лучше и не хуже, чем везде. Гайки закручиваются, народ ропщет, ответов никто не дает.

– Непонятно, как работает структура власти. Приказы же присылаются сверху. Получается, что наши правительства пляшут под дудку Филиппоса? – Полина решила, что у Деймона есть ответы.

– Мы анализировали это и поняли, что по большей части случаются подлоги. Заменяются руководители на всех уровнях без ведома вышестоящих лиц, и потом получится так, что на всех уровнях будут люди, поставленные Филиппосом, а правительства останутся не у дел. Произойдет тихая революция. Самая тихая за все время существования человечества, но с самыми глобальными изменениями.

Деймон привел их на стоянку вертолетов, похожих на мыльные пузыри с винтом. Пришлось еще два часа лететь на машине, управляемой вручную. Вертолет сел на площадку перед горой с плоской вершиной.

– База находится в горе? – удивленно спросил Генри.

– Да, и вы будете удивлены еще сильнее, когда окажетесь внутри нее, – пообещал Деймон.

Словно из ниоткуда возникли два человека и ловко накрыли вертолет серой камуфляжной тканью, сливающейся с окружающим пейзажем. Деймон повел Полину и Генри по камням.

– Когда-то, давным-давно, когда Америка и Советский Союз находились в непримиримых позициях и готовы были применить друг против друга ядерное оружие, кому-то в голову взбрела идея построить внутри горы город-убежище для советской верхушки. Его и построили: взорвали внутри горы ядерную бомбу, деактивировали последствия, отгрохали настоящий город, а потом забыли. Законсервировали до лучших времен. Они все не наступали и не наступали, пока не случилось то, чему вы стали непосредственными свидетелями. Нам друзья напомнили об этой базе. Мы подтерли всю информацию о ней, пока она не попала на глаза Филиппосу, и стали ее обустраивать заново. Скажу вам, что вы не представляете того, что увидите.

Деймон подвел их к неприметной металлической двери, окрашенной в текстуру камня. Недолгая проверка – и дверь открылась, очень бесшумно для своего массивного внешнего вида. Они шагали по гулким тесным коридорам, похожим на те, что были в горе на Ликидосе, пока не вышли наружу. Так показалось Полине. На самом деле они были в горе, но выглядело это так, будто они на улице в вечернее время. Дорожки, тротуары с газонами, клумбы с цветами, дома вдали, техника и люди… Вместо солнца – освещение многочисленными фонарями. Ни верха, ни противоположной стены видно не было. Мир внутри горы был огромен. Генри тоже застыл, разинув рот. Деймон ухмыльнулся.

– Вот куда надо было везти родителей, – произнес Генри.

– А где они у вас?

– В Африке, в саванне. Мы подумали, что их надо убрать из-под колпака Сети, – пояснила Полина.

– Это логично. Проблем с доставкой еды и воды нет?

– Как нет? Есть. Мы пока наняли местных, чтобы они возили на быках. Как бы не одичали наши родственники, – объяснил Генри.

– А у вас есть места? У меня только мама с папой, а у Генри еще и два брата и две сестры.

– У Алексы спросите. Она всем заведует. А вот и босс наш идет, легок на помине.

По дорожке навстречу шла Алекса Мориц. Она широко и радушно улыбалась. Алекса крепко обняла Полину, а потом и Генри. Глаза у нее заблестели от слез. Деймон не стал мешать трогательной встрече, удалился по своим делам.

– Как вы тут круто обустроились! – Полина уже успела просканировать недра горы тепловым зрением и усиленным слухом. Это помогло ей понять размеры внутренней полости.

– Спасибо прошлым поколениям и их мании к гигантским стройкам. Идеальное убежище. Выдерживает прямое попадание ядерной ракетой, и не одно. Но наш козырь не толстые стены, а секретность. Устали с дороги? Пойдемте, покажу нашу столовую и комнату для вас.

Полина и Генри не возражали. Алекса провела их по дорожке, выложенной плиткой. Через равные промежутки попадалась плитка терракотового цвета с барельефом серпа и молота. Полина прикинула в уме, сколько лет могло быть этой плитке, а она выглядела так, будто вчера уложена. Алекса завела их внутрь пятиэтажного здания, на стенах и дверях которого тоже было много советской символики. В фойе сразу запахло едой.

– Здесь у нас столовая. Кармашки тут не делают. Многое готовим из продуктов, оставленных на хранение. Сроки уже давно прошли, но анализ показал, что продукты пригодны в пищу. Обедайте смело. Порции у всех одинаковые, разнообразия блюд минимум, а ля гер, как говорится, ком а ля гер. После обеда пройдете в правое крыло, там комнаты. Ваша будет номер четыреста три. Ключи в замке. Отдохнете, тогда и обсудим детали. Пойду работать.

– Спасибо, Алекса, за гостеприимство, – поблагодарил Генри.

– И за надежду, – добавила Полина.

Полина рассмотрела обстановку в столовой. Ей бросилось в глаза, как те, кто создавал этот город в горе, заботились о том, чтобы у людей не возникало приступов клаустрофобии. На стенах по всему залу были нанесены пейзажи, уходящие вдаль горы, леса, солнце на горизонте. Рисунки местами подправили новой краской. Значит, и товарищи Алексы не считали это излишеством. Вместо стекла в рамы окон установили реалистичные изображения: детская площадка с качелями и ярким заборчиком, березки, автомобили и мотоциклы с коляской. Наверное, таким был среднестатистический вид из окна простого жителя Советского Союза. Идея казалась понятной и правильной. Генри тоже обратил внимание на это.