Учитель. Назад в СССР 6 (СИ) - Буров Дмитрий - Страница 46

И все равно я двинул в обход, вернулся дворами почти до колодца, переметнулся через улицу и также огородами пробрался к нужному дому.

Ну, хоть сарай заперли, и то молодцы, — усмехнулся про себя. Потрогал замок, прикинул, вскрывать или не стоит, решил, что не стоит. Осторожно обошел дом и аккуратно заглянул в окно. В доме и в самом деле никого не оказалось. Минуту я колебался, но все-таки решил проследить путь копателей, не лезть в сарай и не смотреть, сколько добра современные могильщики добавили к тем боеприпасам, которые уже видел в подполе.

До околицы добирался тоже дворами, на всякий пожарный случай, чтобы не засветиться на улице. Мало ли, тому же Костяну приспичит зачем-нибудь вернуться, или живот прихватило, присядет парень в лопухи, его не видать, зато я как на ладони.

В последнем дворе остановился, огляделся, наметил маршрут через молодую лесную поросль к самому лесу. Но для начала скинул рюкзак и, пригнувшись, осторожно двинулся к дороге. Нужно было зафиксировать след от шин, чтобы не ошибиться в лесу. Запомнив рисунок, за рюкзаком решил не возвращаться, идти налегке. Тем более, что самое необходимое я раскидал по карманам. Нож, спички, веревка, на поясе фляга с водой, компас, фонарь. Справлюсь.

Вот только пришлось подождать, покуда Костян скроется из виду.

Парень явно не торопился возвращаться в Жеребцово. Мужики, как и обещали, подбросили его только до околицы. Вскоре я понял, по какой причине. Дальше машина двинула не по старой проезжей дороге, а свернула через пролесок влево. Причем кто-то хорошо постарался и поворот этот, после того как «уазик» прошел, тщательно замаскировал. Если бы я не искал следы, с первого раза и не отыскал бы, куда делась машина.

Посланник наконец нырнул в лес, я для надежности выждал еще какое-то время, затем отправился по следу. На одиноком столбе, что отмечал конец деревушки Шафрановка во всех нынче смыслах, оставив зарубку для товарища Сергеева и его команды.

Глава 21

Достаточно скоро дорога стала ухудшаться, постепенно превращаясь из хорошо наезженного проселочного пути в хорошо подзаброшенную разбитую местами заросшую травой колею в ямах и ухабах.

Оперативно передвигаясь по следам машины, я продолжал ставить зарубки на деревьях, стараясь особо не нарушать пейзаж, по которому давно не ступала нога человека и не прикасалась рука.

Через какое-то время я услышал возмущенные голоса, ругань и нырнул в лесную чащу. Случайная встреча с каким-нибудь знакомым грибником могла испортить всю операцию. Подобравшись поближе, выбрал точку обзора и принялся наблюдать. Оказалось, это не грибники, а мои граждане-копатели. Мужики умудрились не просто посадить «уазик» в яму, но еще и проколоть колесо. Троица, перепачканная в грязи, матерясь и переругиваясь, пыталась вытолкать машину из глубокой лужи, при этом водитель настаивал на том, что сначала необходимо поменять колесо.

Щуплый сердился, требовал вытолкать автомобиль из ямы, а уж потом переобувать «уазик». Третий меланхолично с невозмутимым лицом делал то, что велят, не особо вникая в суть происходящего.

Я нырнул поглубже в лес, сделал небольшой круг и вышел в нескольких метрах перед машиной. Мне было непонятно, каким образом мужики умудрились сесть в лужу в буквальном смысле слова. Уверен, по этой дороге копатели ездили не один раз и должны знать каждую кочку и каждую ямину.

Мои догадки оказались верными. Перед машиной, недалеко от лужи, поперек дороги лежало дерево. С той стороны, где я находился, невозможно было понять, рухнуло оно само от старости, или кто-то помог ему упасть так удачно. Я напрягся, нырнул в лес, замер, вслушиваясь и всматриваясь в тишину и в листву. С тишиной, правда, не повезло, копатели продолжали ругаться и одновременно делать два дела: менять колесо и вытаскивать машину из ямы.

— Вот чего я думаю, надо сначала бревно с дороги убрать, — вдруг выдал самый молчаливый из них.

— Чего? — щуплый, который утром вышел с наганом, так удивился, что выронил папиросу изо рта.

— Тебе надо, ты и вытаскивай, — огрызнулся водитель. — Сначала «бобик», потом дерево.

— Не, надо дерево, — так же меланхолично выдал молчаливый. — Сейчас дернем и аккурат в бревно впишемся.

— Не впишемся, — оглянувшись на поваленное дерево, возмутился водитель. — Далеко до него.

— Говорю тебе, бобик твой козликом дернется, подскочит, и врежемся.

Молчаливый достал фляжку, отвинтил крышку и сделал длинный глоток.

— Чего у тебя там? — подозрительно прищурился щуплый, поведя носом.

— Ну… вода… — ухмыльнулся молчаливый.

— Вода, говоришь, — хохотнул щуплый. — Ну, давай сюда что ли, Сивый, и я глотну, — мужик протянул руку.

— Про меня не забудьте, — напомнил водитель.

— А тебе не положено, — довольным тоном выдал щуплый.

— Чего это? Ты, Щуплый, ничего не попутал? — набычился водитель.

— Не, это ты попутал, Рябой. За рулем водку не пьют, — с этими словами Щуплый тщательно обтер горлышко и приложился к фляжке.

— Так чего у тебя, водяра, что ли? — искренне изумился водитель, он же Рябой. — Топор же велел днем ни-ни.

— Ты тут Топора видел? — утирая губы рукавом, поинтересовался Щуплый.

— Где? — водитель завертел головой по сторонам.

— Вот я и не вижу, — ухмыльнулся Щуплый, возвращая фляжку. — Ну чего встали, за дело!

— Так чего, ствол-то двигать будем? Или машиной потом оттащим? — убирая флягу, уточнил Сивый.

— Да чего ты привязался с этим стволом! — возмутился водитель. — Воды лучше дай. Колесо поменяем, вытащим из ямины, потом оттащим, у меня и веревка толстая припасена.

— На, держи, — Сивый залез в машину и достал с заднего сиденья, забитого коробками, еще одну фляжку и протянул Рябому.

— Ладно, пошли, оттащим, — напившись, согласился водитель.

Троица двинула к поваленному дереву.

— Давно бы так, — буркнул Сивый.

— Твою ж мать… И как мы его таскать будем? Тут и веревка не поможет, «Бобик» не потянет. Тут грузовик нужен. Рябой, у тебя пила была… — сдвинув кепку на затылок, поинтересовался Щуплый.

— Тут «Дружба» нужна, ручной не потянем, — похлопав по толстому бревну, задумчиво протянул водитель.

— Ну и чего делать будем?

Копатели замолчали, прикидывая варианты. Я терпеливо ждал, надеясь, что падальщики не повернут обратно в деревню, чтобы объехать другим путем. Бежать за машиной такое себе занятие, все равно не догоню. А искать, куда свернули, значит терять время, которого и так все меньше и меньше.

Мне нужно выяснить, где у падальщиков вторая точка, вернуться и доложить товарищу Сергееву. К тому моменту троицу уже должны взять в Шафранове, я же сэкономлю время, предоставив информацию по перевозке, по схрону.

— А чего, давайте тогда назад толкать, — минут через десять молчаливого курения выдал вдруг Сивый.

— На кой-черт? — удивился Рябой.

Похоже, водитель в этой троице самый большой тугодум.

— Ну а чего, вытолкаем назад, поменяем колесо и попробуем объехать по пролеску. Деревья молодые, если медленно попрем, ну и топориком слеганца подчистим, так быстрее проскочим, чем пупок надрывать. Пупок у меня не казенный, развяжется, худо будет, — философски закончил свою речь Сивый.

Напарники изумленно на него уставились.

— Слушай, Сивый, а ты голова, — восхищенно присвистнул Рябой. — Щуплый, ты это, давай-ка бери топорик и ступай, махай. А мы покуда «бобика» вытолкаем из ямы, — водитель вдруг принялся распоряжаться.

— Чего? — возмутился Щуплый. — Ты чего это рекомендовался? Я — старший, мне и решать.

— Ну, решай, — Рябой сплюнул, облокотился о переднее крыло, сложил руки на могучей груди и уставился в небо.

Щуплый сердито засопел, но потом прикинул в уме все за и против, скрипнул зубами и процедил:

— Ладно, ладно, ты прав. Давай свой топор.

— Так бы и сразу, — хмыкнул водитель. — Ты ж, Щуплый, хоть и жилистый, да в толкаче с тебя толку как с гуся вода, а вот лес рубить, так ты мастер. На, держи, — довольно выпалил Рябой, выныривая из машины.